Фронтир в американской истории - Фредерик Джексон Тёрнер
Итак, мы провели беглый обзор движения поселений приграничья из низинной местности в западном направлении в период с конца XVII до начала XVIII вв. Есть много общего во всей этой полосе наступления. Первые поселенцы аккумулируют лучшие земли более старых районов. Законтрактованные сервенты и вновь прибывшие колонисты уходят на фронтир в поисках места, где они могли бы получить участок на условиях подушного права или основать новые поселки. Предприимчивые богатые плантаторы, занимавшиеся спекуляцией землей, приобретают огромные поместья в новых районах и привозят поселенцев, чтобы выполнить условия, по которым они получают свои обширные владения, — заселить их и обрабатывать. Таким образом создается сословие йоменов — владельцев или арендаторов небольших земельных участков. Они существуют бок о бок с собственниками огромных территорий. Наиболее дальновидные из вновь прибывших следуют примеру крупных плантаторов и подают петиции об увеличении полученных значительных земельных пожалований. А тем временем пионеры, подобные Аврааму Вуду, который сам был когда-то законтрактованным сервентом, и джентльмены, подобные полковнику Уильяму Бэрду, торговали с индейцами в своих факториях у «истоков» рек. Они одновременно занимались охраной границы и изучением новых мест и землемерными работами. От них стало известно о плодородных землях в более отдаленном Пидмонте. Уже в первой половине XVIII в. население фронтира проявляло тенденции к тому, чтобы быть обществом примитивной демократии. Очень существенной была среди поселенцев доля шотландцев из Ольстера, немцев, валлийцев и французских гугенотов, религиозные верования которых совершенно отличались от тех, что исповедовали приверженцы традиционной церкви в низинных районах. Появление в регионе рабов не имело большого значения — но такие факты известны.
В 1730 г. Виргинская долина была практически не заселена, как и большая часть виргинского района Пидмонта и весь каролинский Пидмонт. Эти пустовавшие территории — Долина и Пидмонт находились за пределами областей, оккупированных в ходе экспансии с побережья. Значение прихода сюда колонистов с Севера состояло в том, что эти районы были в географическом отношении изолированы от движения поселенцев на запад, шедшего от берегов Атлантики. При этом численность людей, переселявшихся в Долину и Пидмонт с Севера, была достаточной для того, чтобы мобилизовать демократические силы и на долгое время отсрочить процесс социальной ассимиляции по тому типу общественной жизни, который существовал в низинных районах.
Как уже указывалось, пояс песчаных пустошей, поросших сосновыми лесами, особенно в обеих Каролинах, примерно 80 миль шириной, тянулся параллельно полосе водопадов. Таким образом, он препятствовал продвижению на запад еще до тех мест, где реки становились судоходными. Почти столь же реальным препятствием в Виргинии был Голубой хребет, отгораживавший Долину р. Шенандоа от движения в западном направлении. В то же время эта Долина была всего лишь продолжением Большой долины, протянувшейся вдоль восточного кряжа Аллеганских гор в юго-восточной Пенсильвании. Меж ее горных гряд находились долины рек Камберленд и Хейгерстаун. Короче говоря, широкий известняковый пояс плодородных земель протянулся между горных теснин от Пенсильвании на юг в сторону юго-западной Виргинии. А отсюда шли долины рек, прорезавшие хребты и открывавшие пути спуска в каролинский Пидмонт. Весь этот регион, походивший на полуостров, вклинивавшийся из Пенсильвании, считался относительно недоступным для продвижения переселенцев из низинных районов на запад, но он был вполне доступен для населения, прибывшего в Пенсильванию{181}.
Таким образом, это привело к тому, что с 1730 по 1760 г. поколение колонистов преодолевало эти гористые территории, чтобы попасть на южные возвышенности, или Пидмонт, создав там новый постоянный социальный и экономический район, расположившийся поперек искусственных колониальных границ. Этим были дезорганизованы обычные нити местного управления, шедшие от побережья на запад. Была создана новая Пенсильвания, ставшая контрастом по сравнению со старыми квакерскими колониями. В противоположность прибрежному Югу возник Новый Юг, который составил южную половину Старого Запада.
С начала своего существования Пенсильвания рекламировалась как прибежище для раскольнических сект, стремящихся к свободе в условиях жизни в дикой местности. Но только когда примерно в 1717 г. начался исход немецких законтрактованных сервентов{182}, лишь тогда из Пфальца и окружающих его районов Германии хлынула волна иммигрантов. Ко времени Революции они составляли почти треть всего населения Пенсильвании. Согласно скрупулезным оценкам, в тринадцати колониях в 1775 г. проживало более 200 тыс. немцев, в основном вдоль пограничной зоны Старого Запада. Из них 100 тыс. человек нашли себе приют в Пенсильвании, главным образом в Большой долине, в районе, который по сию пору является столь заметным обиталищем «пенсильванских немцев»{183}.
По причине нехватки места я не могу здесь описать это колонизационное движение{184}. Переход на плодородные известняковые почвы пенсильванской Большой долины был легким, в связи с небольшой высотой хребта Саут-Маунтин. Туда вели долины рек, прорезавшие этот хребет. Далее следовало естественное продолжение пути на юг по такой же Долине в Мэриленде и Виргинии, особенно в связи с тем, что рост численности эмигрантов привел кповышению стоимости земли{185}. В 1719 г. цена, запрашиваемая крупным собственником за землю в Пенсильвании составляла 10 ф.ст. за 100 акров, а квит-рента — 2 шилл. В 1732 г. цена поднялась до 15,5 ф.ст. с квит-рентой в полпенса за акр{186}. В период с 1718 по 1732 г., когда немцы прибывали в больших количествах, управление земельными ресурсами разладилось. Многие люди становились скваттерами без оформления прав собственности на землю{187}. Это стало счастливой возможностью для бедных законтрактованных сервентов, которые продавали свои услуги на несколько лет, чтобы оплатить свой проезд в Америку.
Согласно оценкам, к 1726 г. скваттерами были 100 тыс. человек{188}. Из 670 тыс. акров, занятых в 1732–1740 гг., поселенцы не оформляли получение земли общей площадью 400 тыс. акров{189}. Тем не менее за них в конечном счете необходимо было платить с процентами. Предоставление скваттерам преимущественного права на покупку освоенного ими земельного участка облегчало эти процедуры. Но только в 1755 г. губернатор предложил брать участки бесплатно, не оформляя покупку, и предлагалась земля только к западу от Аллеганских гор{190}.
Хотя система кредитов облегчала трудности в Пенсильвании, земли этой колонии конкурировали с землями Мэриленда, предлагавшимися в 1717–1738 гг. по цене 40 шилл. за 100 акров. В 1738 г. стоимость поднялась до 5 ф. ст.{191} А в это же самое время, как вы помните, в Виргинской долине земля раздавалась бесплатно, по 1 тыс. акров на семью. Хотя большие участки в Долине р. Шенандоа получали спекулянты вроде Беверли, Бордена, Картеров, лорда Фэрфакса, владельцы продавали землю на 6–7 ф. ст. за 100 акров дешевле, чем это делала
