Экономическая эволюция. Новый взгляд на мальтузианство, этнический отбор и теорию системной конкуренции - Лэминь У
Какие выводы мы можем сделать в рамках этой модели? Прежде всего типичный человек выберет для потребления точку на границе производственных возможностей, поскольку для любой точки потребления ниже границы и в серой зоне есть точка, которая содержит больше и сельскохозяйственной, и промышленной продукции одновременно. Умные люди такой разницы не упустят. Во-вторых, этот человек обязательно выберет на границе производственных возможностей точку с наибольшей полезностью: точку потребления, которая максимально касается самой высокой кривой безразличия. Точка, удовлетворяющая этому условию, представляет собой точку касания между границей производственных возможностей и самой высокой кривой безразличия (точка E на рис. 2.1). Поскольку эта точка отсечения — оптимальный выбор для типичного человека, она содержит всю информацию о благосостоянии на душу населения: сколько потребляется сельскохозяйственной и промышленной продукции.
На данный момент в книге представлено содержание основ экономики для первокурсников бакалавриата. Единственная разница в том, что в университетском курсе эта координата обычно представляет общий объем производства и общего потребления всей экономики, а здесь — производство и потребление на душу населения.
В этой небольшой разнице и проявляется мальтузианский эффект: объем производства и численность населения не могут изменяться пропорционально в краткосрочной перспективе, поэтому увеличение или уменьшение популяции повлияет на положение границы производственных возможностей на душу. (Приведенная ниже «граница производственных возможностей», если не указано иное, относится к показателю на душу населения, а не к общему количеству.)
Если население увеличится, общественное производство может несколько расшириться, но коэффициент расширения не способен угнаться за темпами роста населения (например, если оно увеличится на 10%, производство вырастет только на 5%). В результате ресурсы на душу населения сократятся, граница производственных возможностей, она же граница возможностей потребления, сузится, и оптимальная точка потребления, конечно, также снизится. А если население уменьшится, граница возможностей производства на человека расширится вовне, а оптимальная точка потребления повысится следом.
Изменения в потреблении на душу, в свою очередь, повлияют на рост населения. Охарактеризуем это третьей линией, которая не встречается на занятиях по основам экономики. Как только мы нарисуем ее, модель станет живой. Это линия баланса численности населения (рис. 2.2).
Рис. 2.2. Линия баланса численности населения
Поскольку темпы прироста населения зависят от потребления сельскохозяйственной и промышленной продукции на душу, мы естественным путем можем найти набор точек в системе координат. В этих точках темпы прироста равны нулю — население находится в равновесии. Справа от этой линии потребление на душу превышает потребность в поддержании численности населения, и оно будет увеличиваться; слева потребления недостаточно для поддержания баланса численности населения, и оно будет уменьшаться. Эта линия круче, чем кривая безразличия, и близка к вертикали, ведь сельскохозяйственная продукция важнее для роста населения, чем промышленная (если кривая безразличия круче линии баланса населения, это эквивалентно обмену позициями между промышленными и сельскохозяйственными продуктами; если поменять местами маркеры вертикальной и горизонтальной осей, это не повлияет на анализ). В случае с кокосами и розами последние никак не влияют на прирост населения, и соответствующая линия баланса численности вертикальна. Эта геометрическая модель позволяет наклонить данную линию, чтобы обеспечить универсальность: в конце концов, некоторые промышленные продукты также имеют определенную ценность для выживания и воспроизводства, но они не столь эффективны, как сельскохозяйственные. Линия баланса численности населения на рисунке слегка выпукла к началу координат по той же причине, почему и кривая безразличия выдается вниз и влево: это тоже «снижающаяся предельная норма замещения»[20].
С помощью этих трех линий мы выстраиваем нашу модель. Как показано на рис. 2.3, а, мы проводим границу производственных возможностей, кривую безразличия и линию равновесия населения на одной картинке. Это позволяет сделать первое предположение: экономическое равновесие должно находиться выше линии баланса населения. В этом состоянии кривая безразличия касается границы производственных возможностей, а точка касания попадает точно на линию равновесия населения.
Рис. 2.3. Почему равновесие должно быть выше линии баланса населения
Почему так происходит? Представьте, что точка потребления на душу населения (точка касания между кривой безразличия и границей производственных возможностей) появляется на правой стороне линии баланса. Как показано на рис. 2.3, б, в точке касания E’ двух пунктирных линий потребление на душу населения превышает количество ресурсов, необходимых для поддержания баланса численности, в результате последняя увеличится, граница производственных возможностей сократится, а точка потребления на душу переместится в левый нижний угол, пока не достигнет линии баланса; популяция перестанет изменяться. А если точка потребления на душу населения будет располагаться слева от линии баланса, потребление окажется недостаточным для поддержания численности населения, и тогда оно начнет сокращаться, граница производственных возможностей станет расширяться, а потребление — уменьшаться, и точка потребления переместится в правый верхний угол, пока не достигнет линии равновесия населения. Следовательно, баланс экономики должен соответствовать балансу численности населения.
Это мальтузианское равновесие, которое содержит основные выводы мальтузианской модели. Например, если сейчас случится голод, то он приведет к сокращению населения, в результате чего граница производственных возможностей расширится наружу (рис. 2.3, б). Точка потребления переместится из исходного положения равновесия E в правую верхнюю часть E’, и в краткосрочной перспективе оно увеличится. Но E’ находится справа от линии равновесия, поэтому по мере роста населения граница производственных возможностей будет сужаться, а экономика вернется от E’ к линии равновесия. Для простоты анализа предположим, что граница производственных возможностей не изменит своей формы при увеличении или уменьшении численности населения (структура производства нейтральна к численности населения), а когда уляжется пыль, экономика все равно вернется в исходное состояние — в точку Е. Стихийные бедствия не меняют потребление на душу населения, доход или благосостояние. Тот же анализ применим к любому технологическому прогрессу, который не меняет форму границы производственных возможностей. Рост численности населения в итоге сведет на нет краткосрочное воздействие технического прогресса на доход на душу населения.
Но что, если появится новая технология, которая повысит эффективность производства промышленной продукции, но не повлияет на сельское хозяйство?
На рис. 2.4 показано влияние такой чисто промышленной технологии. Граница производственных возможностей расширится вверх — при наличии определенных ресурсов типичный индивид сможет производить больше промышленных продуктов. В краткосрочном периоде точка касания между границей производственных возможностей и кривой безразличия переместится от E к E’, и полезность на душу населения увеличится (рис. 2.4, а). Поскольку E’ временно находится справа от линии равновесия населения, оно, соответственно, увеличится, граница производственных возможностей пропорционально сузится вниз, а экономика упадет из точки E’
