Социализм и капитализм в России - Рой Александрович Медведев
Социализм и демократии
Как форма государственного правления демократия возникла еще в античные времена – в городах древней Греции и в Римской республике. Там же появился и сам этот термин – от слов «демос» – народ и «кратос» – власть. Демократия – это общественная власть или государство, основанные на признании народа в качестве источника власти. Демократия противопоставлялась другим формам государственной власти: аристократии, монархии, деспотизму, тоталитаризму, авторитарным режимам – по таким основным признакам, как подчинение меньшинства большинству, равноправие всех граждан, разделение властей, свобода мнений, равное право на участие в управлении обществом и др. Из этих основных признаков в современном обществе проистекает и множество производных признаков: выборность всех главных органов государства и должностных лиц, их подотчетность избирателям, ответственность и подконтрольность органов государства и т. д. Значительное развитие институты демократии получили и в период становления капитализма: демократические лозунги свободы, равенства, народовластия, отмены привилегий доминировали во всех буржуазно-демократических революциях. Демократия – это форма политического, а не социального устройства общества. Сторонники демократии могут быть и противниками социализма. Однако все искренние сторонники социализма должны поддерживать ценности демократии.
Известно, что К. Маркс и Ф. Энгельс впервые вступили на поприще общественной деятельности как революционные демократы, и в их первых публичных выступлениях главной темой была проблема демократических свобод. Понятно также, что из всех демократических свобод Маркс выделял тогда в первую очередь свободу слова и печати, ибо «призрачны все остальные свободы при отсутствии свободы печати!»[210]
Маркс выступал против сословных привилегий, в защиту всеобщего избирательного права и жестко бичевал присущий монархическим и корпоративным государствам «всеобщий дух бюрократии». Таких же взглядов придерживался еще до встречи с Марксом и молодой Ф. Энгельс. К середине 1844 года они завершили переход от радикального демократизма к утопическому коммунизму, пытаясь при этом соединить одно с другим. Как писал Ф. Энгельс в конце 1845 года, «Демократия в наши дни – это коммунизм. За исключением таких демократов, которые в счет не идут, все европейские демократы являются более или менее сознательными коммунистами»[211].
В «Манифесте Коммунистической партии» проблемы демократии отходят для Маркса и Энгельса на второй план, уступая место проблемам пролетарской революции. Авторы «Манифеста» заявляют, что первым шагом в рабочей революции станет «превращение пролетариата в господствующий класс, завоевания демократии»[212]. Но это политическое господство пролетариата будет использовано «для деспотического вмешательства в права собственности и в буржуазные производственные отношения». В конечном счете «на место старого буржуазного общества с его классами и классовыми противоположностями приходит ассоциация, в которой свободное развитие каждого является условием свободного развития всех»[213].
Эту замечательную формулу в ХХ веке забыли коммунистические партии, которые, выдвигая на первый план интересы общества и государства, не заботились и не думали о правах и свободах каждого гражданина. Но эту же формулу отбрасывали и либеральные демократы, которые, выдвигая на первый план права и свободы личности и ценности индивидуализма, не заботились и не думали об обязанностях личности и об общественных интересах.
Начиная свою революционную деятельность в России с создания дисциплинированной и централизованной пролетарской партии, В. И. Ленин не был демократом. Советское государство при Ленине в 1917–1924 гг. было диктаторским и не особенно претендовало на право называться демократическим. Рабочий класс в России составлял в начале XX века меньшинство населения, и Октябрьская революция была революцией меньшинства. Даже внутрипартийная демократия в РКП(б) нередко ограничивалась. Отвергая большую часть принятых в странах Запада демократических институтов и процедур как «формальную» или «лживую» демократию, В. Ленин, однако, не отрицал важности соединения принципов «истинной» демократии и социализма, но в перспективе. «Невозможен победоносный социализм, – писал Ленин еще до 1917 года, – не осуществляющий полной демократии»[214]. Это положение, к сожалению, не стало руководством для преемников Ленина, в том числе и во времена «победившего», или «развитого» социализма.
Среди источников марксизма Ленин называл, как известно, английскую политическую экономию, немецкую классическую философию и французский утопический социализм. Но и марксизм и ленинизм прошли мимо тех достижений буржуазной демократической мысли, которые были связаны с работами таких выдающихся деятелей американского демократического просвещения, как Бенджамин Франклин, Томас Джефферсон, Т. Пайн, Б. Раш, или английский философ Дж. Стюарт Милль. Как теория, так и практика демократии развивались и в XX веке главным образом в странах капитализма.
Понятие демократии связывалось в прошлом преимущественно с характером политической власти и с порядком принятия и исполнения политических решений. Но с усложнением общественной жизни обогатилось и усложнилось и понятие демократии. Мы соединяем теперь с ним едва ли не все стороны общественной жизни – и производственную деятельность, и досуг, и занятия искусством и литературой, и научную деятельность. Учение о демократических правах нашло отражение и в международном праве. Уже после Второй мировой войны была сделана важная попытка составить как можно более полный кодекс важнейших демократических норм и институтов, наличие которых обязательно для всякого общества и государства, которое претендует на то, чтобы называться демократическим. Я имею в виду принятую в 1948 году ООН Всеобщую декларацию прав человека и принятые ООН в 1966 году Международный пакт об экономических, социальных и культурных правах и Международный пакт о гражданских и политических правах. Делегация СССР и других социалистических стран принимала активное участие в этой трудной работе, однако в последующие 25 лет СССР так и не ратифицировал принятые ООН пакты. Нетрудно доказать, что в СССР после Октябрьской революции было немало сделано в области экономических, социальных и культурных прав человека. Речь идет о праве на труд и профессиональное обучение, о праве на организацию профсоюзов, о праве на отдых и образование, о праве на медицинскую помощь и социальное обеспечение, на помощь семье, матери и охрану детства и др. Но также нетрудно доказать, что наш прогресс в области гражданских и политических прав был минимальным.
Реальные шаги по демократизации советского общества и государства тогда начали проводиться только в 1987–1988 гг. в рамках предпринятой тогда перестройки. Эти усилия были продолжены в 1989–1990 гг. при обосновании первого общесоюзного и республиканских парламентов.
Этот процесс принял вскоре хаотичный, стихийный и неуправляемый характер, и он привел в конечном счете к политическому поражению КПСС и к распаду СССР. Советский коммунистический режим не сумел освоить даже азы демократии. Это не было неизбежным результатом проводимой тогда демократизации, но такой результат нельзя и назвать случайностью. Советский Союз являлся к концу 1980-х годов больным государством, и его нормальное существование было бы невозможно без большого числа компенсаторных механизмов,
