Реальность на кону: Как игры объясняют человеческую природу - Келли Клэнси

более совершенного вооружения, и игра по-прежнему служила необычно точным инструментом прогнозирования для агрессивно расширявшейся германской армии. Она позволяла военным теоретикам – подобно лейбницевскому играющему в шахматы Богу или системе принятия решений в нашем мозге – перебрать множество гипотетических сценариев и изучить пространство возможного, прежде чем выбрать наилучший вариант. Офицеры использовали симуляции не только для проверки конкретных тактик, но и для разработки планов целых кампаний. Гельмут Иоганн Людвиг фон Мольтке, племянник Мольтке-старшего, стал начальником Генерального штаба незадолго до вступления Германии в Первую мировую войну. Страна теперь противостояла России, своему бывшему союзнику. Как и его дядя, Мольтке-младший в значительной степени полагался на кригшпиль при планировании всего, от стратегии высокого уровня до рутинных операций. При разборе в кригшпиле одного критически важного сражения игра показала, что у подразделений на крайнем правом фланге боеприпасы закончатся за два дня до конца. Для решения этой проблемы Мольтке организовал моторизованные батальоны снабжения боеприпасами; они оказались первыми в своем роде и сыграли решающую роль в успехе всей кампании. Кригшпиль стал самой ранней программой для логистического прогнозирования.

Однако Первой мировой войне предстояло показать, чего недоставало в этих симуляциях. Мольтке и его предшественник Альфред фон Шлиффен использовали кригшпиль для разработки всеобъемлющего плана будущей войны. Несмотря на тщательное моделирование вторжения в Бельгию, они неверно оценили его социально-политические последствия. Мольтке и Шлиффен были застигнуты врасплох, когда мирные бельгийцы разобрали собственные железнодорожные пути, чтобы затруднить германским захватчикам транспортировку припасов. Они также не учли дипломатических последствий вторжения. С 1839 г. Бельгия придерживалась политики нейтралитета. Нападение на нее втянуло в войну союзника Бельгии – Великобританию, а затем и США, что в конечном итоге привело к поражению Германии.

Версальский договор, ознаменовавший завершение Первой мировой войны, наложил на потерпевшую поражение Германию значительные санкции, включая суровые ограничения на размер ее вооруженных сил. Численность сухопутной армии не могла превышать 100 000 человек, а военно-морской флот не мог иметь более шести линкоров. Однако кригшпиль позволил немецким офицерам продолжить обучение этих недоукомплектованных соединений, совершенствуя их навыки виртуально. Офицеры, которым было запрещено иметь дело с реальными частями, могли проверять потенциальные исходы гипотетических решений на игровом поле. Немецкие военные теоретики также использовали кригшпиль для анализа своего поражения, разбирая исторические сражения, чтобы понять причины успехов или неудач. Историк Ганс Дельбрюк понимал, что военная и политическая история неразрывно связаны, и стремился утвердить в изучении прошлого количественный подход. В попытках разработать науку о войне Дельбрюк на протяжении всей своей карьеры собирал массивы исторических данных и неустанно прорабатывал давно завершившиеся битвы для проверки своих теорий. Он полагал, что просчеты Германии в Первой мировой войне были прежде всего стратегическими по своей природе, и выступал за то, чтобы ослабленная Версальским миром армия всерьез занялась изучением истории и симуляциями. Благодаря таким симуляциям в межвоенный период немцы разработали новую форму ведения боя с использованием теоретических сил, которых еще не существовало, но которые вскоре должны были появиться. Она должна была покончить с затяжной позиционной войной, характерной для Первой мировой, сделав ставку на внезапность для подавления и деморализации противника. Во Второй мировой войне эта тактика обрушит смерть с небес на самые разные концы Европы. Весь мир станет называть ее немецким словом «блицкриг» (нем. Blitzkrieg – быстрая война).

Адольф Гитлер стал канцлером Германии в 1933 г., всего через пятнадцать лет после окончания Первой мировой. Хотя он и обещал немецким гражданам новую империю, созданную путем военных завоеваний, кригшпиль его в целом не впечатлял – холодному расчету этой игры он предпочитал собственное чутье. Тем не менее его офицеры продолжали втихомолку проигрывать сценарии, не желая отказываться от этой технологии. Подполковник Эрих фон Манштейн использовал кригшпиль, чтобы продемонстрировать возможные исходы вторжения в Чехословакию, чем убедил Гитлера сделать выбор в пользу мощного начального наступления вопреки собственным интуитивным догадкам. Эти и другие симуляции позволили немцам покорить своих соседей быстрее, чем это было бы возможно в ином случае. Затем кригшпиль верно предсказал, что два сражения против Великобритании закончатся вничью. Гитлер начал относиться к игре серьезнее.

К тому времени диктатор обратил свой взор на Советский Союз, надеясь расширить свою империю и захватить земли, пригодные для освоения «высшей расой». Его генералы провели с помощью кригшпиля симуляцию под кодовым названием «Отто». Они прорабатывали вторжение три недели. Оглядываясь назад, можно сказать, что прогнозы немецкого командования относительно российской кампании были поразительно точными. Игра показала, что к ноябрю немецкие войска уничтожат 240 советских дивизий, оставив в строю лишь 60. Генералы не стали продолжать симуляцию дальше: предсказанный ими перевес был настолько велик, что Красная армия оказывалась фактически уничтоженной. Кампания развивалась в целом в соответствии с ожиданиями. Ко дню, которым завершилась соответствующая симуляция, немецкие войска продвинулись вглубь России ровно на столько, на сколько предсказывала игра, и уничтожили 248 советских дивизий – на восемь больше, чем предполагалось.

Однако советский Генштаб также моделировал наступление сил стран «оси» с помощью военной игры. Русские переняли кригшпиль после того, как веком ранее Рейсвиц-младший продемонстрировал его великому князю Николаю. В их симуляции вторжения роль немцев блестяще сыграл Георгий Жуков, восходящая звезда советского генералитета. Руководитель СССР Сталин был так напуган успехом симулированной кампании Жукова, что приказал своим генералам бросить на оборону от немецкого наступления абсолютно все силы. Хотя русские и потеряли в боях 248 дивизий, Сталин мобилизовал столько войск, что для дальнейшего отпора у него оставалось 220 дивизий, а не 60. Кроме того, приближалась зима – фактор, который немцы в своей сокращенной симуляции не учли. Они слишком рано объявили о воображаемой победе. Если бы «Отто» был продолжен после ноября, они, возможно, оказались бы лучше подготовлены к грядущей беспощадной зиме. Хотя война продлится еще несколько лет, это катастрофическое поражение ознаменовало начало конца гитлеровского рейха.

Кригшпиль быстро вышел за стены офицерских клубов и исторических факультетов. Видные мыслители тревожились из-за распространения демократии по Европе, опасаясь, что воспылавший национализмом простой человек может проголосовать за ненужные войны. Военные игры предлагались как предупредительная мера – они могли стать важнейшим инструментом для оповещения населения о страшных издержках войны. Писатель-фантаст Герберт Уэллс опубликовал в 1913 г. целую книгу, подробно описывавшую правила созданной им по образцу кригшпиля настольной военной игры[150]. Она получила снисходительное в отношении женского пола название «Маленькие войны: игра для мальчиков от двенадцати до ста пятидесяти лет и для тех более сообразительных девочек, которым нравятся игры и книги для мальчиков» (Little Wars: A Game for Boys from Twelve Years of Age to One Hundred and Fifty