Твоя пустота - Айрин Крюкова
Воды стекали над нашими телами.
Теплый поток обволакивал нас, словно скрывая от всего мира, оставляя только меня и его. Я закрыла глаза, пытаясь отдышаться после всего, что уже произошло, ощущая, как каждый дюйм моего тела всё ещё пульсирует от удовольствия. Всё внутри было растянуто, чувствительное, измождённое… но в то же время будто заново пробуждённое к жизни.
Именно в этот момент он резко прижал меня к себе. Я вздрогнула, распахнув глаза. Его член, всё ещё твердый, упирался в мой живот. Горячий, напряжённый, большой.
Он молча взял флакон с гелем для душа, открыл его, и, не сводя с меня взгляда, начал медленно лить его содержимое мне на грудь. Прохладная скользкая масса стекала между моими вздымающимися грудями, по рёбрам, по животу, задевая мою лобковую кость, оставляя после себя липкую, сладко-ощутимую дорожку.
Когда он поставил флакон на место и снова посмотрел на меня, я заметила в его глазах нечто первобытное, хищное. Его пальцы скользнули вверх, собирая капли геля, и мягко обхватили мою грудь. Большие ладони сжали её, выдавливая стон из моих губ. Я прикусила нижнюю, пытаясь сдержать реакцию, но тело снова вспыхнуло. Опять. Снова. Без шанса на передышку.
– Что ты делаешь?… – спросила я срывающимся голосом.
– Помогаю тебе мыться, – спокойно произнёс он, но его голос был с хрипотцой. А взгляд… он прожигал.
Он начал медленно, нарочито тщательно размазывать гель по моим грудям. Скользил пальцами по соскам, задевая их большими пальцами, пока они не затвердели от прикосновений и возбуждения. А потом резко сжал их так, что я вскрикнула, резко втянув воздух. Внизу живота вспыхнуло, будто меня пронзили молнией.
Он знал, как именно касаться, чтобы я не могла сопротивляться. Чтобы я растворялась в его руках.
И когда его руки опустились ниже на мой живот, затем на лобок, я задрожала от предвкушения. Его пальцы нашли мою щель и уверенно скользнули по ней, собирая влагу, которая не успевала смываться водой.
– Твоя киска опять мокрая, – прошептал он мне прямо в ухо, и я всхлипнула.
Он надавил пальцем на клитор, круговыми движениями начал массировать, и у меня подкосились ноги. Меня буквально выворачивало изнутри. Каждое движение его руки было пыткой и раем одновременно. А когда он ввёл палец в меня резко, и жёстко, я вскрикнула, оттолкнувшись лопатками от кафеля.
И этого было достаточно, чтобы он взорвался.
Он поднял меня, будто я ничего не весила, прижал к холодной стене душевой и рывком вжал мои бедра в свои. Наши лица оказались почти вровень, дыхание слилось. Вода стекала по нашим телам, смывая остатки геля и разогревая возбуждение.
– Блядь, не могу насытиться, – выдохнул он, прежде чем впиться в мои губы. Его поцелуй был бешеным, безумным, хищным. Он не целовал. Он захватывал. Вгрызался в мои губы, кусал их, сминая, будто хотел вдавить в себя. И я отвечала тем же. С такой же жадностью.
Я обвила его за шею, ногами зажала его талию, ощущая, как его член скользит между моих складок, тёрся, дразнил. Там всё уже болело… но это желание не утихало. Наоборот, с каждой секундой становилось всё яростнее. Он не дал мне времени подумать. Одним движением он вошёл в меня на всю длину, и я вскрикнула, прижимаясь к нему всем телом.
Мои ногти впились в его спину, оставляя красные царапины, я не могла остановиться. Боль и удовольствие переплетались в такую плотную спираль, что я не различала грани. Мэддокс застонал в мои губы, и начал двигаться. Резко, жадно, будто его кто-то держал взаперти слишком долго, и теперь он срывался с цепи.
– С… стой, ты не надел… – выдохнула я.
– От одного раза ничего не будет, – прохрипел он, и снова впился в меня губами.
Он сжимал мою попу, насаживая меня на себя снова и снова. С каждым толчком я ощущала, как он всё глубже, всё сильнее… Таз врезался в мой, грудь скользила по его груди. Я больше не могла говорить. Только мычать, стонать, замирать под его тяжестью и жаждать большего.
Вода текла по нам, но казалось, будто она не способна остудить наш жар.
Я видела его лицо искривлённое страстью, рот приоткрыт, брови сведены, дыхание сорвано. Он закрыл глаза, чуть откинул голову назад, и в этот момент я поняла. Я никогда не видела его таким. Таким… уязвимым, страстным, потерянным.
Он насаживал меня с бешенством, с голодом. И я сдавалась ему снова. Без остатка.
Я закусила губу так сильно, что почувствовала боль. И тут же, металлический привкус крови на языке. Он резко открыл глаза, и снова впился в мои губы, почувствовав вкус. Его пальцы сжались на моей коже.
Капля крови осталась на его нижней губе, но тут же была смыта водой. Всё было в движении. Всё было на пределе.
Я закрыла глаза, теряя себя. Я была игрушкой в его руках, но при этом словно королева, за которой он охотился, чтобы владеть, чтобы почувствовать, чтобы держать при себе.
Он двигался в меня так глубоко, так яростно, что мир за пределами душа перестал существовать. Мои пальцы вцепились в его волосы, я кусала его плечи, бёдра сводило от напряжения.
И вот оно, волна за волной нарастает, нарастает… Я закричала его имя, будто проклятие, и в тот же момент меня пронзает оргазм. Он разносится огнём по венам, забирает воздух, разрывает грудь. Я сжимаюсь на нём, дергаюсь, чувствую, как его член внутри меня начинает пульсировать всё сильнее и сильнее…
Он застонал, глухо, с надрывом, и в следующую секунду кончил в меня, вжимаясь в меня всем телом. Его семя горячими толчками наполняло меня, пока он не зарычал от последнего импульса.
Несколько секунд, и мы оба обмякли. Он не выпускал меня, крепко прижимая к себе, дыхание всё ещё сбивчивое. Я чувствовала, как он пульсирует внутри, а моё тело дрожит, будто после лихорадки.
После этого я была слишком слабой.
Каждая мышца моего тела подрагивала, как перетянутая струна после последнего аккорда. Казалось, будто всё нутро вывернули наизнанку, вытряхнули из меня последние остатки сил и снова слили обратно в этот хрупкий, изнеможённый сосуд, которым стала я.
Даже дыхание казалось непосильной задачей. Короткие, прерывистые вдохи рвались сквозь пересохшее горло, грудь вздымалась медленно, тяжело. В голове гудело. Между ног жгло и покалывало, как будто я только что прошла через огонь и лед одновременно.
Я не знала, возможно ли
