Прекрасная новая кукла - Кер Дуки
— Чёрт, — прохрипел он, его губы в сантиметре от моих. — Чёрт, Монстр.
То, как он рычал эти слова, то, как тело воображаемой куклы вынужденно скользило вверх-вниз по моему члену — этого было достаточно. Я закрыл глаза и увидел её.
Элизабет.
Моя Бетани.
Новая куколка.
Она, такая милая, в белом.
Чёртова принцесса.
Моя королева.
Я кончил. Долго, судорожно, с рыком, наполняя шлюху семенем, предназначенным для другой. Я едва подавил крик, когда брюнетка оторвалась от меня. Я был пьян — алкоголем, фантазией, властью. Но кровь и дерьмо покрывали мою руку. Чёртова отвратительная шлюха.
Монстр насытился.
А Хозяин всё ещё был голоден.
Развернув её, он поставил на колени между моих бёдер. — Сними презерватив и вычисти его дочиста, — рыкнул он, грубо вцепившись в её тёмные волосы.
Мой член обмяк, но от того, как он заставлял её кричать, он снова начал наполняться кровью. Она неуклюже сдернула презерватив, и он отпустил её ровно настолько, чтобы спустить штаны и натянуть на свой член новый. Не сводя с меня горящего взгляда, он поднял её за бёдра и глубоко вошёл в её истекающую соками киску.
Мне нравилось осознавать, что он хочет почувствовать то место, где только что был я. Её визг напоминал крик свиньи на бойне. Его кулак снова впился в её волосы, заставляя её насаживаться на него с новой силой.
Меня забавляла и возбуждала его жестокость. Она не была настоящей. Она была грёбаной шлюхой. Распутной пиздой. Кошмаром, пока всё, на чём я мог сосредоточиться, была моя мечта.
Таннер входил в неё с такой силой, что она завизжала, обхватив мой твёрдый член, и от вибрации мои яйца болезненно сжались. От этого волосы на моём голом животе встали дыбом. Эти крики будили зверя, злили его, кормили.
— Тебе нравится? — прохрипел он, его глаза пылали вожделением, когда он смотрел на меня. — Ты счастлив, Монстр?
Я буду счастлив, когда ты встанешь на колени и поклонишься мне, Хозяин.
— Держи её за руки.
Его приказ звучал как мольба, и мне пришлось приложить усилия, чтобы не ухмыльнуться. Вместо этого я подчинился, схватив её за запястья, пока он одной рукой доставал из внутреннего кармана куртки нож. Лезвие блеснуло при свете лампы. Открыв его, он смотрел прямо на меня.
Таннер вышел из себя. Он потерял контроль и бушевал, как тот зверь, что часто просыпался во мне. В его глазах пылали похоть, ярость и ревность, когда он приподнял её голову, чтобы не задеть мой член, и вонзил лезвие ей в горло. Без колебаний. Лезвие рассекло сонную артерию, и он вытащил его с низким рыком, когда из раны хлынула кровь — алая, тёплая, как из самой жадной вагины. Он не сводил с меня глаз, пока она захлёбывалась, всё больше обвисая на мне. Жар её крови обрушился на меня, как водопад похоти, и я снова ввёл свой член ей в рот, теперь, когда она, почти мёртвая, уже не могла сопротивляться.
Я кончил ей в глотку.
Боже правый, как же я кончил. И глаза Таннера пылали адским пламенем, когда его собственная сперма смешалась с кровью, вытекающей из созданной им дыры.
Таннер тоже кончил.
Мы рычали, как два диких зверя, а наша общая добыча истекала кровью между нами.
Его взгляд говорил о притязаниях. Мои. Мои. Мои.
Одержимость, которую я в нём взрастил, была опасной. Настолько, что могла угрожать моей новой куколке, если он не сдержится. Мне придётся сбавить обороты. Держать его на коротком поводке. Научить Хозяина, как не быть чёртовым Монстром.
На это нужно время.
Ты должен проявить терпение.
Это были его слова, а не мои.
Я всего лишь следовал этим простым правилам.
Я выиграю.
Я сохраню их всех.
Мои идеальные, драгоценные куколки.
Мои.
Таннер вытащил свой член из мёртвой шлюхи и лениво столкнул её на пол. Её лицо скользнуло по моему бедру и с глухим стуком упало между моих ног. Его безумный взгляд прилип к моему залитому кровью члену, к алой реке, стекающей между моих напряжённых бёдер. Как бык на арене, он бросился вперёд, его жадные, жаждущие руки погрузились в это месиво.
Конча.
Кровь.
Слюна.
Его пальцы скользили по кровавой реке, будто он собирался разрисовать ею стены. Он пнул мёртвую куклу тяжёлым ботинком и занял её место. Возвышаясь надо мной, как разъярённый дракон, он погрузился в кровь, в моё семя, в меня. И я позволил. Позволил ему упиваться этим хаотичным моментом, изучая его дыхание, движение челюсти, безумие в его глазах.
Одержимость.
Мной.
Мой член дёрнулся в последний раз, и его руки стали не любопытными, а решительными. Откинувшись, я наблюдал, как он размазывал кровь по моему прессу, груди, а затем по моему члену, с которого всё ещё капало. Пронизывающее меня острое удовольствие не имело ничего общего с оргазмом. Оно было связано исключительно с потребностью обладать. Владеть.
Он убрал руки с моего тела и сжал свой твёрдый член, начав яростно дрочить, пока не кончил с тихим, сдавленным стоном. Я вздрогнул, когда его сперма брызнула на мой живот.
И его спина напряглась.
Резко. Внезапно. Остро.
Реальность вернулась с запахом железа и смертью, пропитавшей подушку подо мной. Я быстро стёр его следы своей же окровавленной рубашкой.
Ни один из нас не произнёс ни слова, когда он отдёрнул руку от своего члена, будто обжёгся.
Глупышка, дьявола не обожжёшь.
Выпрямившись во весь рост, он потянул штаны и бросил на меня сердитый, почти растерянный взгляд.
Он отступал.
А мне нужно было, чтобы он остался.
Поэтому я дёрнул за поводок.
Дёрнул. Дёрнул. Дёрнул. Как если бы он хотел дёрнуть за мой толстый член.
Проведя пальцами по окровавленному животу, я поднёс их к губам и слизал кровь.
Его взгляд прожигал меня насквозь. Любимый цвет Таннера — красный. Любимый цвет Таннера — это я.
Красный. Красный. Красный.
Когда все мои куколки будут в ряд, я обязательно куплю ему галстук-бабочку. Блестящий, красный.
— Хочешь сходить в
