Душа на замену - Рада Теплинская
Безмятежный покой вскоре был нарушен, но это произошло красиво и радостно. Наша старшая дочь, сама по себе выдающаяся женщина, обещала вскоре приехать со своими тремя преданными (и порой измученными) мужьями и нашей единственной внучкой. Эта маленькая девочка, настоящая сила природы, была «золотой драконихой» до мозга костей. Она унаследовала не только огненную магию своей матери, но и редкую, мощную водную магию своего отца — почти неслыханное сочетание, из-за которого она доставляла немало хлопот трём своим преданным отцам. В самом лучшем смысле этого слова она была восхитительным чудовищем, миниатюрной матриаршей в процессе становления.
Нашего старшего сына, первенца, всегда ждали с особым трепетом, его отсутствие ощущалось как мелодия, временно умолкшая в большой симфонии нашей жизни. Он всё ещё находился в том таинственном, но абсолютно необходимом для становления души поиске своей единственной, той, чья мудрость и нежность смогли бы укротить его неуёмный, порой бунтарский дух и разделить с ним не только бремя престола, величие приключений и ответственность за бесчисленные народы, но и тихие, наполненные уютом вечера у домашнего очага. Очаровательный, но бесконечно беспокойный юноша, он постоянно искал своё место в этом огромном, многомерном мире, простирающемся за пределы нашего понимания. Он путешествовал по самым далёким и непостижимым измерениям, пересекал звёздные океаны и погружался в тайны забытых цивилизаций, с неизменным рвением помогая своим отцам и дедам в их бесчисленных начинаниях: от деликатных дипломатических миссий, где одно неверное слово могло спровоцировать межгалактический конфликт, до сложных многомерных торговых операций, связывающих целые планетарные системы. Материнское сердце трепетно замирало при мысли о нём, надеясь, что вскоре он обретёт своё счастье, свою истинную пару, с которой сможет познать глубину безусловной любви и обрести покой.
Но предстоящее совместное празднование дня рождения моих великолепных мужей — Емриса, олицетворяющего первозданную силу; Аза, воплощающего мудрость; Иты, дарующего свет; и Исы, хранящего гармонию, — было слишком важным, слишком радостным и священным событием, чтобы его пропустить. Это был тот редкий шанс, который нельзя было упускать, чтобы собрать под одной крышей всё наше огромное, шумное и невероятно разношёрстное семейство, состоящее из представителей самых разных магических рас — от величественных эльфов и суровых гномов до загадочных джиннов и могущественных драконов, — и у каждого из них был свой уникальный характер и наследие. Это торжество обещало стать вихрем смеха, переливающегося гомона и сердечных объятий, символом нашего единения.
В этот умиротворённый момент тишину родового поместья, нарушаемую лишь отдалённым гулом жизни его обитателей и ласковым шелестом листьев за резными окнами, разорвал прерывистый, высокий и полный неприкрытого восторга голос. Я встретила его привычной, по-матерински нежной улыбкой, уже предчувствуя очередное детское открытие или забавную шалость.
— Мама! Мама! — звонко и настойчиво кричала наша младшая дочь, совсем крошечная, но уже обладающая таким сильным и целеустремлённым характером, что порой казалось, будто в её миниатюрном теле живёт дух древней воительницы.
Она была ещё слишком мала, чтобы делать такие серьёзные и безапелляционные заявления, как то, которое она собиралась озвучить, но её уверенность была непоколебима. Её большие любопытные глаза были широко раскрыты и сияли неподдельным восторгом, отражая яркие, почти магические отблески недавнего, несомненно, грандиозного события. Её стройные ножки, казалось, едва касались земли, когда она бежала ко мне, а за спиной развевался растрёпанный водопад золотистых локонов.
— Рей… он победил папу Емриса на мечах! — выдохнула она, торжественно объявив о неслыханном подвиге с таким ликованием, словно сама одержала победу над миром, гордо выпятив свою маленькую грудь. Она тяжело дышала, возможно, от быстрого бега или от переполнявших её сердце и разум эмоций, но излучала чистый, ничем не омрачённый детский восторг и абсолютную веру в значимость произошедшего.
А затем из-за угла дома, со стороны тренировочной площадки, где всегда кипела жизнь и звенела сталь, появилась внушительная процессия из мужчин и мальчиков, которая двигалась с нескрываемым чувством гордости и глубокого удовлетворения. Впереди шёл Емрис, верный себе, как самый преданный и невероятный «нянь» на двух ногах, демонстрируя свою уникальную педагогику, в которой гениально сочетались строгость древних воинских традиций и игривость, превращающая любое занятие в увлекательное приключение. Иногда я в шутку завидовала тому, сколько безграничной энергии, сил и искреннего внимания он уделял нашим детям, превращая даже самые обычные уроки в захватывающие театрализованные представления и героические саги. Он только что завершил головокружительный, но неизменно контролируемый спарринг с нашими средними сыновьями, Реем и Роном, где каждый взмах меча был не только упражнением на силу и ловкость, но и глубоким уроком мастерства, чести и стратегии. Рей, казалось, всё ещё находился под впечатлением от своей невероятной победы. Его глаза сияли, а Рон, его верный брат и спарринг-партнёр, хоть и уступил, но с улыбкой разделил триумф брата. А младшие близнецы, Дэн и Дина, едва поспевая за старшими, широко раскрытыми от изумления и неподдельного восхищения глазами наблюдали за этим захватывающим, почти театральным зрелищем, впитывая каждое движение, каждый звон стали, словно впитывая мудрость и силу предков.
Казалось, что все наши дети были рождены не просто людьми, а настоящими золотыми драконами — потомками древней расы, обладавшими невероятным преимуществом, наследием, глубоко запечатанным в их крови: они были исключительно сильными магами огня, их стихия бушевала и искрилась в их венах, готовая вырваться наружу по их воле. Как будто какой-то игривый «таракан» в моей голове за эти годы решил быстро и эффективно пополнить популяцию могущественных золотых драконов, обеспечив им не только процветание в этом постоянно меняющемся мире, но и позаботившись о том, чтобы они были хорошо вооружены, обучены и благословлены для защиты себя и нашей семьи от любых, даже самых немыслимых угроз. И, честно говоря, мы были совсем не против такого «таракана» и таких невероятно одарённых, могущественных детей.
Емрис подошёл ко мне плавными и мощными движениями, каждое из которых было наполнено первобытной грацией и внутренней силой. Его шаги были бесшумными, как у хищника, выслеживающего добычу, но в них сквозила нежность, когда он наконец приблизился ко мне. Затем он наклонился, чтобы нежно и тепло поцеловать меня в губы. В этом поцелуе было обещание бесконечной преданности и глубоких чувств. Его могучее тело излучало знакомый, успокаивающий жар, словно
