Второе высшее магическое - Елизавета Васильевна Шумская

В конце концов какая разница, как объясняют волшебство учителя — колодцами или кротами? Главное, чтобы грамотку дали, а чаровать я и сама умею.

Сегодня у нас впервые учительствовала женщина. Она мне сразу пришлась по душе. Яркая такая, улыбчивая, старше нас всего лет на десять. Загляда Светославовна явно была влюблена в волшебство и искренне хотела пробудить в нас те же чувства.

— Как вы знаете, озеро Ухтиш, Соколиный холм и другие источники чародейской силы всегда считались волшебными, — рассказывала учительница. Родом она была из Царских Гор, там и образование получала. Возможно, поэтому её речь казалась какой-то иной, более учёной будто бы. — Мы не знаем, так это или нет, но людская молва повествует нам о самых разных чудесах, которые якобы случались рядом с этими местами. Из-за этого многие считают, что чародейство всегда чуть-чуть да просачивалось в наш мир в этих местах. Взять хотя бы наши сказки, — она улыбнулась светло и радостно. — Они полны волшебства. Неужели всё это просто придумано? А как быть с тем, что сейчас появляются вещи, про которые наши бабки да няньки рассказывали на ночь как сказку? Тот же клубочек-проводник или скатерть-самобранка? Удивительное совпадение, не правда ли? Возможно, сказки — это не совсем сказки, как разумеете?

Загляда Светославовна оглядела наши лица, на которых явственно читалась попытка думать, и снова весело улыбнулась.

— Давайте представим, что эта мысль верна. Согласны?

Мы болванчиками закивали.

— Тогда скажите мне, что всегда было у ведьм в сказках? Какой неизменный атрибут?

Последнее слово большинство явно не знало, но догадались.

— Метла! — выкрикнул Ждан.

— Зелья! — вставил Немир.

— Котёл, — добавила Бажена.

— Кот, — заорала сбоку от меня Малаша.

— Рецепты, книги, тайные знания, — веско произнесла Груня.

— Ворона… вообще птицы, — с серьёзным лицом предложил Любомысл.

Мои мысли бродили в таких же лесах, что и у остальных. Печь? Травы? Колечко? Ступа? Вроде как всё верно, но судя по всему не то.

— Молодцы-молодцы! — Загляда Светославовна помахала руками, останавливая наши догадки. — Вы всё правильно вспомнили, но нынче я хочу обратить ваш взор на животных. Согласитесь, в каждой сказке рядом с чародейской братией какая-нибудь зверушка да живёт? Кот ли, пёс ли, ворона или галка, иногда конь говорящий, порой змей-заклинатель. Много их разных.

Тут я с ней не могла не согласиться. И кажется, знаю, к чему она клонит. Какое же разочарование… Может, всё-таки нет?

— Когда чародейство только появилось, многие эту черту припомнили, — глаза Загляды Светославовны прямо горели восторгом. — Пытались приучить животных к волшебству, но никто из них не заговорил и вообще никак не изменился. Кто-то тогда решил, что нужны животные особые вроде грифонов заморских или змея трёхголового. Другие говорили, что должны смениться поколения наших верных спутников, чтобы чародейство проросло в их сути. Иные и вовсе посчитали это сказкой.

И были правы. Никаких магических животных нет. Я точно это знала. Не было их сейчас, не будет и через двадцать лет. Грёзы это всё, бабкины сказки.

— Но были и те, кто догадался, — продолжала вещать Загляда, — что речь идёт не о настоящих животных, а о чародейских помощниках.

Она нас победно оглядела, а я только вздохнула. Опять побасёнки. Вот не ожидала я такого от стольноградских чародеев! Обидно даже, Загляда Светославовна мне нравилась.

— Потребовалось какое-то время, чтобы научиться их призывать. И вот, — она подставила руку, и откуда ни возьмись на её ладонь села мелкая яркая птичка. Я бы сказала, что она походила на синичку, но не бывает синичек с ромашками на крыльях! А у этой были!

Загляда Светославовна тем временем устроила для нас почти что скоморошье представление: её птичка по прозвищу Ромашка — Ромашка! — летала вокруг неё, выделывала петли, садилась по приказу и приносила разные вещи. Некоторые больше неё самой.

— Как видите, сила чародейского помощника не всегда зависит от его размеров. Ведь он есть суть волшебство. Хотите получить такого же?

Вот же оглашенные, чуть не оглохла от их криков. Но сама я молчала. Просто понимала, что Ромашка — это артефакт, никакое не животное и не помощник. Хотя, конечно, жаль.

— Я рада, — счастливо разулыбалась учительница. — Но сразу скажу: получается призвать чародейского помощника не у всех. Увы. Нет-нет, не надо кручиниться. Хотение да умение — вот что поможет. Хотение у вас есть, теперь об умении. Первый раз своего зверя можно призвать так: нужно что-то смастерить своими руками. Причём делать надобно именно то, что у вас лучше всего получается и более всего радует. Кто-то вырезает по дереву, я вот хорошо шью. Иные рисуют, другие лепят из глины. Разным люди душу греют.

Ну что я говорила? Артефакт и есть.

— И пока вы это делаете, надо звать своего помощника. Недаром это называется призыв, — Загляда Светославовна внимательно на нас посмотрела, дабы все прониклись важностью её речей. — Представьте, что где-то он есть. Бездельничает и ждёт ваш зов. Попробуйте ощутить его. Только прошу, не воображайте грифона али гидру какую, — она засмеялась.

— Почему? — возмутился Лешко Жаров. — А, может, у меня помощник такой?

— Может, но я подобного ещё не видала, — покачала учительница головой. — Обычно молодцы что-то такое и воображают, тужатся, пыжатся, пытаются представить то, чего нет, и ничего не получают. Злятся и перестают пробовать. А вот если бы прислушались к себе, то, глядишь, крыска какая и прибежала. Или птаха прилетела.

— У меня не крыса! — возмутился Лешко. — Почему крыса-то?

Загляда Светославовна пожала плечами.

— Почему бы и нет?

— А если кто-то не умеет ничего строгать? — фыркнул Сновид. — Не приучен, так сказать. Холопы всё за него делают.

— То это очень печально, — отрезала Загляда. — Он останется без чародейского помощника.

С разных сторон ойкнули.

— А если я не слишком умела… в рукоделии? — с трудом спросила Груня.

— Было бы хотение, — успокоила её учительница. — Вам не обязательно создавать рукодельный шедевр, но старание приложить должно. Ну что, начинаем, чада?

Глава 3.2

И мы начали. У каждого помощники Загляды интересовались, в чём тот умел, и приносили нужные материалы. Я попросила бумагу с карандашами и начала рисовать. Конечно, это шарлатанство не сработает, но когда ещё любимым делом будет времечко заняться?

— А почему вы сказали, что в первый раз так призываем? — вдруг подняла руку и спросила Груня.

— Какой хороший вопрос, милая. Забыла об этом упомянуть, — посетовала учительница. — Потом чародейский помощник будет приходить по зову. Главное, не уничтожить его материальный