Хозяин Зимы - Ирена Мадир
– Кофе? – удивилась Севара, принюхиваясь.
– Точно! – выпрямился маг.
– Я думала, его сюда не возят.
– Не возят. Дорого. Но на заказ привезут что угодно. Есть у меня знакомый, вот у него лучшие сорта продаются!
– Мне стоит взять контакты вашего знакомого, домн[17]… – Севара специально сделала паузу после обращения, ожидая, когда ей наконец представятся.
Маг оторопел, будто только сейчас осознал, что так и не назвался, а затем улыбнулся:
– Радмил. Простите, не каждый день оказываешься в таком обществе…
Севара подняла брови, в остальном сохраняя невозмутимость.
– Кхм… Что ж, нужно подтвердить личность. Могу я просить вашу руку? – Маг замер, видимо обескураженный двойственностью фразы, и уточнил: – Мне нужен только ваш палец.
– Хотите пустить мне кровь, чтобы проверить по семейной печати, – догадалась Севара, высвобождая левую кисть из муфты.
Радмил кивнул, растерянно улыбаясь. Вряд ли он часто общался не то что с благородными, а вообще с людьми. Тем не менее он вполне профессионально проколол безымянный палец своей новой знакомой, будто проделывал такое по сотне раз на дню.
Неспешно Севара прижала ранку к прохладному металлическому кругу с вырезанным в нем семейным гербом, мазнув по нему кровью. Радмил любезно шепнул заклинание, заставившее прокол затянуться, и приступил к проверке. Он сделал несколько пассов, прочел что-то нараспев и щелкнул по гербу. Тот ответил ярким свечением.
– Вот и все, – Радмил наклонился, раскрыл папку и что-то размашисто написал в ней, – личность подтверждена, сударыня. Приятно познакомиться, Севара Милояровна. Подпишите здесь и здесь, пожалуйста.
Оставив свои подписи, она, не удержавшись, спросила:
– А вы, случаем, не знаете, что с моими грабителями? Их ловят?
– Зачем же ловить мертвецов? – пожал плечами Радмил.
– Мертвецов? – Автоперо выпало из руки, оставив небольшой росчерк на бумаге.
– Окоченели ваши лихие люди.
– Не из-за магии?
Воспоминания услужливо подкинули образ беловолосого мужчины с ледяной короной. Тот наверняка был способен наказать преступников по-своему.
– Почему вы так решили?
– Слышала, что из Башни кто-то сбежал, – нашлась Севара. Не рассказывать же ему о странной встрече? Чего доброго, за безумную примут.
– Вот оно что… – нахмурился Радмил. – Не думайте о том. Разбойники пали жертвой стужи, а беглеца мы поймаем.
Рассеянно поддакнув, она вышла. Вещи остались на хранение в другом кабинете, где Севара, выяснив, что ее старика-извозчика отправили в Лединск, попросила хотя бы его почтовый адрес. Прямо в участке составила недлинное письмо с благодарностью и пожеланиями скорейшего выздоровления. Из только что забранных вещей Севара вытащила кошелек и добавила к письму деньги, расплатившись, таким образом, и за дорогу. Отправила его, не отходя далеко, прямо в почтовом отделении.
Когда саквояж был оставлен на постоялом дворе, Оленя провела к конечному пункту назначения – к поместью «Снежное». Если бы Севара знала, что дорога будет долгой, так еще и в гору, то послала бы за извозчиком.
На возвышенности, откуда открывался вид на город, стоял массивный дом, зажатый пристройками. Поместье имело два этажа и узкие окна, стены из темного дерева и высокое крыльцо. Забор кое-где виднелся, но в основном уже давно сгинул под натиском северных ветров. Мрачное строение на вершине холма внушало беспокойство каждому, кто решил бы забраться сюда. Все выглядело так, словно внутри давно никто не жил, но притом не покидало странное ощущение, что из-за оконных стекол, отражающих тучи, выглядывали призраки обитавших здесь людей.
Распахнув шубу, Севара тяжело дышала, изучая свой новый дом и одновременно прикидывая стоимость ремонта. Ей бы тетрадь и автоперо, чтобы составить список дел, но пока в распоряжении были одни только мысли.
– Много же работы предстоит! – Севара запахнула шубу, почуяв, что начала замерзать. Не хватало еще заболеть.
– Какой такой работы? Что надыть? – гаркнули вдруг за спиной. – Вы кто такие? Я вас не звал!
Оленя подскочила от неожиданности, а Севара едва заметно вздрогнула, прикрыла глаза, успокаивая сильнее забившееся сердце, и оглянулась. Перед ней стоял высокий жилистый старик с короткой, но густой седой бородой. Под нахмуренными бровями виднелись зеленые с точками охры глаза. Он опирался на длинную палку, заканчивающуюся крюком и похожую на пастуший посох. На плечах незнакомца лежал тулуп, будто нацепленный наспех.
– Добрый день. – Севара чуть задрала подбородок. – Мое имя Тамъярова Севара Милояровна, я хозяйка сего поместья, со мной Оленя, служанка. Могу я осведомиться, кем являетесь вы?
– О как, – пробормотал старик, почесывая затылок, – надо же… А что с Всемилой Милодаровной? Неужто померла? Молодая еще ж…
– Всемила Милодаровна – моя бабушка, она вверила мне управление «Снежным», – терпеливо объяснила Севара. – Вы не желаете представляться?
– Прощения просим, хозяйка, – старик склонил голову, – дед Ежа я. Уж не примите близко на душу, что встретил вас эдак. А токмо шастают тут всякие… Что не хитник, то охлестыш.
– Охле… лест… – Севара беспомощно обернулась к Олене.
Последняя поспешила прийти на помощь:
– Охлестыш – то человек нехороший, с дурной славой, бессовестный.
– Вот как… А вы, значит, их гоняете? – Севара вернула взгляд к деду Еже.
– Уж не привечаю![18] – воскликнул тот.
– У вас с моей бабушкой какая-то договоренность была? Ибо меня, увы, не известили.
– Нет. Я так, добровольцем. Мальчишкой еще здесь жил, как подрос, на шахты ушел. Домик себе в городе отстроил, там сын сейчас с семьей. Я дюже[19] стар стал, не хочу молодости мешать, а так и сынок ходит, и внучки прибегают. Но мне и тут хорошо. Однако ж, ежели вы меня прочь погоните, так противиться не буду.
– Отнюдь, – Севара позволила себе улыбку, – никуда я вас не погоню. Мне помощники нужны, а вы и дом знаете, и город, и шахты. Лучше и не найти.
Дед Ежа усмехнулся:
– Добро! Свое поместье поглядеть желаете? Идемте, госпожа.
Ключи, которые выдала бабушка, старые и немного ржавые, больше не котировались. Замки́ сменились новыми без уведомления хозяев. Внутри дом оказался холодным, пустым и пыльным. К тому же окна первого этажа, выходящие во «внутренний» двор, были разбиты:
– Их побили в первую же зиму после смерти прежнего хозяина. Снаружи укрепленные – не разбить просто так, а тут чепуха. Искали, чем поживиться и согреться. Токмо ваша бабушка еще по лету приезжала, все ценное забрала да заперла. Три десятка зим минуло с тех пор или около того…
Окна внизу дед Ежа заколотил тонкой фанерой, не пропускавшей совсем уж злые ветра. Однако по полу гулял ледяной сквозняк, гоняя пыль. Зато не было паутины. В
