Однажды в сердце демона - К. М. Моронова

Я киваю.

— Что ж, Алира, теперь можешь не беспокоиться, что тебя отправят в битву. С этого дня твоя единственная работа — рожать наследников Калела.

У меня сводит живот от ярости. Я стараюсь не дать гневу отразиться на лице, но Король Ахилл все равно его замечает и берет меня за подбородок, заставляя посмотреть себе в глаза.

— А может, и некоторых моих тоже. Я не ожидал, что ты окажешься такой миленькой. А что насчет того, что ты, как я слышал, можешь контролировать драконов? — говорит он, находясь в паре сантиметров от моих губ. Так, будто я принадлежу ему.

— Это не подтверждено, — рычит Калел.

Но взгляд королевских глаз говорит мне о том, что он слышал совсем другую версию событий. Боги, я не зря об этом волновалась.

— Представь себе королевского наследника, который сможет контролировать этих чудовищ, — Король Ахилл смотрит на меня с жадностью.

В моем сердце появляется зияющая пустота. Такой путь я выбрала. Я говорю это себе снова и снова, но слезы все равно обжигают глаза. Я ненавижу то, что плачу от злости и не могу ответить придурку, который довел меня до этого.

— О, не стоит грустить. К тебе будут относиться, как к королеве. Ты ни в чем не будешь нуждаться. Кто из полубогов может похвастаться подобным? — он целует меня в щеку, обдавая запахом бурбона и книг.

Взгляд Калела острый, как нож.

— Я не собираюсь ни с кем ее делить.

Король Ахилл останавливается около стола, его плечи напрягаются. Ужасное мгновение он просто выжидает, прежде чем повернуться и бросить на Калела холодный взгляд. Что-то тяжелое наполняет воздух между ними, и от этого бисеринки пота скатываются по моей спине. Но потом король медленно улыбается, и это чувство исчезает.

— Как скажешь, старый друг. Может, по прошествии нескольких лет, когда у тебя появится ребенок или два, или ты погибнешь в битве, я позабочусь о ней.

Калел отвечает быстро:

— Я не погибну в бою.

Приходит еще одно неловкое и напряженное мгновение.

Король Ахилл стискивает зубы и смотрит на меня взглядом, полным ледяного огня.

— Что ж, нам лучше вернуться на бал. Мы ведь не хотим опаздывать. Ты ведь подаришь королю последний танец, да, дорогуша? — он поднимает мою ладонь и целует ее внутреннюю сторону.

Неуверенно улыбнувшись, я бормочу:

— Да, конечно, мой король. И спасибо, что освободили мое королевство, — я не забываю последовать совету Калела и благодарю его.

Глаза Короля Ахилла вспыхивают, и он бросает на Калела заинтригованный взгляд.

— Вечер не будет ждать. Иди же, Калел, потанцуй со своей прекрасной невестой.

Калел медлит, глядя на короля, но предлагает мне руку, как джентльмен. Я в последний раз смотрю на пугающего короля через плечо. Он медленно вращает в руке бокал с бурбоном, глядя нам вслед. Не хотела бы я узнать, что он замышляет. Одной тьмы в его глазах достаточно, чтобы заставить меня вздрогнуть.

Надеюсь, он не серьезно говорил про последний танец.

— Я не знаю ни песен, ни танцев твоего королевства, — шепчу я Калелу, пока он выводит меня из королевской библиотеки.

К моему удивлению, Калел наклоняется и прижимается губами к моим, проникая языком в мой рот. Проведя большим пальцем по моим губам, он усмехается.

— Я покрываю тебя запахом, а не проявляю чувства. И просто позволь мне вести тебя, маленькое божество.

— А как же поцелуй в том зале? — выпаливаю я до того, как успеваю подумать.

Глаза Калела округляются.

— Просто пьяный поцелуй, — отвечает он, прочищая горло и резко отводя взгляд. Не знаю, понимает ли он, что от смущения у него краснеют уши. Я улыбаюсь про себя.

То, как он сейчас держит меня за руку, очень похоже на проявление чувств ко мне.

ГЛАВА 27

АЛИРА

Как только мы входим в бальный зал, музыка стирает тревогу, внушенную мне королем.

Я не знала, что мы спустимся в зал по огромной лестнице, но, когда мы появляемся на площадке второго этажа, отовсюду слышатся крики. Даже музыканты от неожиданности нарушают ритм исполняемой мелодии. Благодаря огромным стеклянным вазам с пионами, наполненными сияющей золотой водой, зал выглядит уютно.

Мое сердце сжимается, а ноги прирастают к полу.

Калел спускается на ступеньку ниже и поворачивается ко мне. Впервые он смотрит на меня тепло и ласково. Интересно, волнуется ли он так же сильно, как и я из-за окружающей толпы? Разве это все не захватывающе?

— Не позволяй никому из них тебя запугать. Это самое безопасное, что ты делала до сих пор, — он убирает с моего лица выбившиеся пряди волос.

Я нервно улыбаюсь.

— Ты говоришь так, потому что не видел, как я танцую, герцог Лорнхельм, — он моргает, когда я произношу его официальное имя.

Он хитро улыбается, обнажая клыки, и ведет меня дальше по ступеням. Все взгляды обращены к нам, и я быстро нахожу в конце зала Николая и Тессу. Они шикарно одеты и похожи на королевских особ.

Половина присутствующих смотрит на нас с восхищением, в то время как остальные хмурятся и бросают на меня полные ненависти взгляды. Я держу подбородок приподнятым и иду ровно. Мы доходим до середины зала, и все расступаются, освобождая для нас пространство.

Калел делает такой низкий поклон, что его колено почти касается пола, а голова склоняется ко мне. Когда он выпрямляется и протягивает мне руку, мои щеки вспыхивают. Я медленно вкладываю свою ладонь в его, и он осторожно притягивает меня к себе, пока мы не соприкасаемся в районе груди. Мои глаза округляются, пока я смотрю на него снизу-вверх. Я и не знала, что танцы могут быть настолько полными близости.

Конечно, я видела в Алзоре несколько балов, но это было задолго до войны. Я никогда не танцевала с аристократами и не принимала участия в празднованиях. Когда-то я мечтала стать прекрасной девушкой, танцующей с мужественным принцем.

Теперь я не сомневаясь выберу не принца, а угрюмого демона.

Калел ведет в танце, двигаясь медленно и обдуманно. Я повторяю его движения, и через несколько мелодий мне начинает казаться, что я запомнила несколько из них. Музыка останавливается и снова начинает играть уже более оживленно, давая остальным понять, что они могут присоединиться к нам. Они выходят в центр зала и двигаются вместе со своими партнерами, как влюбленные голубки.

Все вокруг превращается в водоворот музыки, полных радости движений и безопасности.

Пока мы кружимся и вращаемся, Калел ни на секунду не отпускает меня. Он крепко прижимает