Злодейка в деле - Мстислава Черная

— Хм?

— Угу. Пап, у меня по Книге есть кое-какие намётки, но пока они не особо внятные.

Вру. План у меня в голове расписан по шагам, затруднение только с самыми последними пунктами, надо уточнить некоторые детали и внести коррективы, но озвучивать свой план я не стану, потому что мой план чистое безумие. И не всё будет зависеть от меня…

— Как отца ты меня не убедила, Кресси, запереть бы тебя в Тан-Дане от греха подальше. В камере даже ты приключений не найдёшь. Но как император я убеждён. Когда выступаешь?

— Как можно скорее, пап. Хан ждать не будет, нападёт на наш юг. Расклада, когда герцог Майрай поднимает мятеж и переходит на сторону хана, исключать нельзя. Дальше, думаю, можно не продолжать?

Если Великий хан с войсками беспрепятственно пройдёт по югу, как по своему стойбищу, то он в считанные дни достигнет центральных регионов и ударит в уязвимое “подбрюшье” империи, а там и до столицы недалеко. Когда-то именно этот сценарий вынудил папу привести новую жену…

Папа выглядывает из кабинета:

— Принца Олиса ко мне.

Я падаю в ближайшее кресло, вольготно откидываюсь, одну ногу подгибаю под себя. Папа, глядя на меня, фыркает и проходит за рабочий столи. Олиса мы дожидаемся в молчании, вроде бы обговорить ещё можно и нужно многое, но не тянет. Не знаю, о чём думает папа, а я вспоминаю маму.

Я действительно на неё похожа? От окружающих я часто слышала, что — да, похожа. Но недавно я убедилась, что внешность унаследовала от Рейзан. Как так? Возможно, от мамы мне достались отдельные черты, а все разговоры о сходстве — лесть? Стоит взглянуть на портрет… Или не стоит?

— Его высочество принц Олис, — докладывает Рыжик.

— Мы будем чай, — решаю я за всех. Постараемся создать хотя бы подобие семейной атмосферы.

Получив разрешение, Олис входит, замирает у двери и склоняется в поклоне. Излишне торжественно, отчуждённо.

— Олис, проходи, располагайся, — приглашает папа. — Должен сказать, когда Тери был в твоём возрасте, я его близко к управлению армией не подпускал. Есть сложности в отношениях с твоим дедом, ты это знаешь, но безотносительно всех этих политических тонкостей, я действительно считаю, что для заместителя главнокомандующего ты слишком юн. Однако Кресси настаивает.

Олис вцепляется в спинку пустого кресла, к которому подошёл, не садится, переводит взгляд с меня на папу и обратно.

Тьфу! Щекотливая ситуация, надо спасать:

— Па-а-ап, кажется, Олис воспринял твой монолог как намёк, что следует отказаться от должности по собственной инициативе, но, извини, ничего не выйдет. Я уже взяла с Олиса обещание и повторюсь, кандидата достойнее нет. Правда, Олис? — я расплываюсь в улыбке.

На Олиса я смотрю с вполне искренней симпатией, лишь слегка преувеличенной.

— Ваше высочество, вы предлагаете мне подтвердить вашу последнюю фразу? — Олис уже не такой напряжённый, даже перестал терзать спинку кресла и садится, хоть и на самый краешек, явно, что готов вскочить в любой момент.

— Именно! — радуюсь я. — Видишь, папа? Олис понимает меня с полуслова! Мы отлично поладим.

Папа только вздыхает:

— Вижу. Олис, отправляйся с Кресси, я не возражаю. Но не учись у неё плохому. Двух чудовищ я не выдержу.

Олис склоняет голову в знак послушания, а я тихо фыркаю.

Рыжик вовремя приносит чай, и папа посылает его за картами, а заодно и за генералом, на чьи плечи ляжет реальное управление, потому что от нас с Олисом проку мало. Олис получил полноценное образование, а вот я с военными науками познакомилась лишь поверхностно, причём с упором на парадный протокол. Как оказалось, это было ошибкой, которую исправлять нет времени. На Олиса тоже рассчитывать трудно, и я не про доверие. Папа прав: Олис владеет теорией, ему бы хоть немного реального опыта получить, прежде чем вставать во главе армии.

Вся надежда на генерала и Книгу, подбросившую весьма занятную зацепку.

Ради карты трое лакеев вносят в кабинет дополнительные столы, настолько она большая. Увы, после электронной масштабируемой, да ещё и с функцией геолокации, цветастая, дотошно прорисованная, великолепная бумажная карта не впечатляет. Папа с Олисом встают рядом, а я уделяю внимание чаю, словно совещание меня не касается.

Папа недовольно косится:

— Госпожа главнокомандующая не изволите ли изложить свой план?

У-у-у…

Я поднимаюсь с кресла, не выпуская чашки. С рабочего стола заимствую карандаш.

— Мы в столице, — я небрежно указываю в центр карты, промахнувшись на пяток сантиметров. — В темпе идём на юг, к степям, — я перевожу карандаш левее и указываю на линию границ, — и занимаем оборонительную позицию. Наша армия не готова к полноценному вторжению в степи, поэтому главной задачей станет защита наших рубежей, нельзя позволить степнякам топтаться по нашей территории. А затем мы нанесём один точечный удар. Власть нынешнего Великого хана держится на его личном авторитете, на его способностях. Что случится, если он будет убит?

— Я слышал, у него есть преемник, — осторожно отвечает Олис.

— Толку с того преемника? Великий хан пришёл к власти, выиграв в традиционном поединке, но его правление — сплошное нарушение традиций. Им недовольны, его власть держится на страхе перед его войском. Грубо говоря, нужно победить всего одно племя, и единство степняков развалится. Убрать его, парочку других ханов и, обезглавленные, степняки отступят. Не только отступят, но и погрязнут во внутренних раборках. Как-то так.

— Звучит мутно, — Олис от изложенного не в восторге.

И надо признать, он прав.

Хах, Олис ещё не слышал мой настоящий план, вот где муть и безумие.

Я допиваю чай, отставляю чашку:

— Выдвигаемся завтра.

— Кресси, нереально, — морщится папа.

— Завтра выдвигаемся мы с Олисом во главе передового отряда. Пап, я тороплюсь. Чем быстрее мы наведём порядок на юге, тем лучше. Разве нет? — я беззаботно падаю обратно в кресло и болтаю ногами, как маленькая девочка. Поведение под стать по-детски несуразным словам.

Я нарочно безобразничаю, всё равно я некомпетентна.

— Генерал прибыл! — докладывает Рыжик.

— Ваше высочество, — обращается ко мне Олис. — торжественный смотр войск назначен на послезавтра.

— Присоединяйтесь, — папа жестом приглашает генерала, не дожидаясь поклонов. — Лорд Риц, только вам я могу доверить детей.

Генерал редко бывает при дворе, но я помню его с детства. Непропорционально крупный, с богатырскими плечами и спичечно тонкими ногами, он вручил мне уличный леденец на палочке, чем раз и навсегда покорил.

— Есть, ваше величество!

Я встаю. При генерале кривляться совсем не хочется, я его слишком уважаю.