Я украла личность своей госпожи и стала женой принца - Лера Андерсон

Он вглядывается в моё лицо. Действительно смотрит и видит, а не просто соблюдает условности. Его зрачки плавно скользят по моему лицу, проделывая путь от глаз к щекам, с щёк перебираются на губы, а потом снова возвращаются к глазам. Это немного… смущает. Мои щёки словно вот-вот покраснеют от такой дерзкой прямолинейности. Но я не собираюсь отводить взгляд. Всё-таки мы — супруги. Пусть это и фарс, однако пора перестать убегать от него.

— Я уже в добром здравии, Ваше Высочество. Спасибо за внимание к моему здоровью.

Вряд ли кронпринц и вправду переживал. Ко мне приходил лекарь, слушал дыхание и осматривал горло. Но мой недуг был вовсе не телесным, чтобы его советы «пейте больше горячего» и «держитесь подальше от сквозняка» сработали.

— Я рад это слышать. — Лицо Его Высочества Статуи снова покрывается мраморной коркой, стирая тень человечности. Он переводит взгляд на королеву. — Ваше Величество, уже время ужина. В столовой всё накрыто, придворные спустились и ждут вечерней трапезы.

— Ох, и правда, уже вечер. Идите и начинайте без меня, я скоро присоединюсь. Нужно кое-что закончить здесь.

Она это нарочно. Её аура загорается разноцветными огоньками, точно она одновременно радуется и переживает. Думаю, она в курсе наших сложных отношений с кронпринцем. Или король рассказал ей о том разговоре.

Морвин кивает и разворачивается в сторону двери. Я делаю лёгкий поклон, отступаю на пару шагов и тоже направляюсь к выходу из зала, поравнявшись с принцем.

Глава 40

Мы идём по безмолвным коридорам замка. Слышны лишь отголоски его тяжёлых, но ровных шагов и стук каблучков моих туфель о мраморный пол. Гордые и холодные взгляды красноволосых предков Морвина провожают нас, наблюдают с портретов, обрамлённых в золотые рамы.

Молчание между нами сложно назвать неловким. Скорее уж оно просто пустое. Нам нечего сказать друг другу.

Хотя… почему это нечего? Это ведь шанс!

— В тот раз, в старом крыле… — Начинаю я. — Простите, я была слишком резкой. Плохо себя чувствовала, и раздражение от болезни наложилось на моё эмоциональное состояние.

— Не стоит извиняться. Ваши слова были искренними. И совершенно правдивыми. — Его голос эхом отдаётся от стен коридора. — Вы правы. Я действительно не уделял вам должного внимания. Даже если наш брак — всего лишь формальность, это не значит, что надобно отталкивать вас.

Почему-то его слова заставляют моё сердце пропустить удар. «Всего лишь формальность»… В этой фразе нет лжи, но она задевает меня. Ком подступает к горлу.

Странно.

Что со мной? Отголоски недавней болезни?

Я резко останавливаюсь. Он по инерции делает пару шагов, но потом замирает и оборачивается, бросая на меня почти удивлённый взгляд.

Слова снова начинают литься из меня сами по себе, прорываясь через блокаду здравого смысла.

— Для вас это и правда всего лишь формальность, Ваше Высочество? — Мой голос звучит ровно, но сердце бешено колотится.

— А для вас? Разве нет? — Кронпринц плавно сокращает расстояние, оказываясь рядом. Когда он стоит вот так передо мной, смотрит с высоты своего роста, все мысли в панике разбегаются.

Краска всё-таки проступает на моих щеках. Я не вижу этого, но чувствую жар, пульсирующий под кожей.

— В-вы не думаете, что будет… грустно… вот так прожить жизнь вместе, даже не попытавшись сблизиться?

Кронпринц не отвечает. Его лицо становится ещё более холодным, словно он сейчас и вправду превратится в статую. Кажется, этот вопрос задел его. Или нет?

Как же сложно с ним общаться!

Вдруг он отмирает. Делает ещё шаг. Наклоняется ко мне, и его голос раздаётся прямо над ухом.

— Как же мы сблизимся, если ты до сих пор дрожишь при виде меня?

Я медленно поворачиваю голову. Его лицо так близко. Дыхание, неожиданно горячее и пропитанное ароматом кофе, касается моей кожи.

— Но что с этим делать? Я не виновата, что моё тело так реагирует.

— И даже наедине ты соблюдаешь формальности. — В голосе Морвина появляется странная хрипотца. Пламенный взгляд касается моих губ, и я ещё сильнее покрываюсь краской.

— Если вам… тебе… угодно общаться более непринуждённо, я ничего не имею против.

— Уже лучше. — Через мраморную маску пробивается странная ухмылка.

В этот раз она не вызывает отвращения. Напротив, в груди разливается щекотливое тепло. Оно заставляет моё дыхание сбиться, выдать вдруг возникшую из ниоткуда слабость.

Только сейчас приходит осознание… Я ведь тоже смотрю на его губы.

— Значит, ты хочешь «попытаться» сблизиться? Почему? — Голос кронпринца звучит всё тише. — Только потому что страшишься жизни в одиночестве? Желаешь научиться… терпеть меня?

Действительно, почему я вдруг заговорила об этом? Хочется думать, что дело в моей миссии. Что мне просто нужно втереться к нему в доверие. Но есть что-то ещё.

Я никогда не встречала таких, как он. Может, дело в этом. Прежде мне не приходилось смотреть на человека и гадать, что он чувствует, что ощущает. Что в действительности у него на уме.

Да, он для меня загадка. Книга, которую невозможно прочитать. Но мне… хочется?

— Я хочу разгадать тебя.

Эти слова срываются с моих губ. Я произнесла это вслух? Чёрт, и вправду!

Кажется, он ошеломлён. Ухмылка вмиг испаряется.

Я не замечаю, как расстояние между нами начало сокращаться.

— Ох, вот вы где!

До боли знакомый голос герцогини заставляет меня вздрогнуть и тут же отстраниться.

— Ваши Высочества, вас уже ждут к ужину. Её Величество Королева не с вами?

Что…

Это…

Только что…

Было?

— Она подойдёт позже. — Отвечает Морвин. Абсолютно невозмутимо и спокойно. — Мы тоже подойдём позже.

Аура леди Ранхейм вспыхивает ядовито-красным цветом. Я не вижу её, обзор мне загораживает высокая фигура кронпринца. Он даже не оборачивается на герцогиню.

— Ох, Ваше Высочество, но…

— Вы можете приступать. Мы скоро придём.

Его тон не терпит возражений. Леди Ранхейм остаётся лишь послушно удалиться. Я чувствую, как внутри неё кипит гнев, разливаясь за пределы тучного тела. Когда она сворачивает из коридора, я наконец выдыхаю.

Фух. Какое счастье, не видеться с ней ещё некоторое время.

— Что-ж, мне нужно переодеться к ужину. Спасибо за бесе…

Я не успеваю договорить.

Крепкая рука притягивает меня за талию, выталкивая воздух из груди. Я врезаюсь в