Королева хаоса - Н. Оуэнс

Он мрачнеет.

— Но те, кто следовал за ней с самого начала… вот они станут настоящей проблемой. И я понятия не имею, с чем именно нам придётся столкнуться.

— Не думаю, что это будет проблемой, — усмехаюсь я. Мой демон довольно расправляет плечи внутри груди, уже готовый найти и защитить нашу пару.

— Ты так и не сказал, как мы поймём, что настало время, — снова напоминает Кейн. И мы все опять поворачиваемся к Майклу. Он открывает рот, чтобы ответить… И вдруг мне кажется, будто грудную клетку вспарывают изнутри. Резкая жгучая боль пронзает меня. Я хрипло стону и резко смотрю на свои руки, пытаясь понять, не ранен ли. Я ничего не вижу и оглядываюсь по сторонам. Братья делают то же самое.

Майкл резко вскакивает, стул опрокидывается позади него, он смотрит на нас с ужасом. Мак, Айви и Калеб тоже поднимаются, переглядываясь в страхе. Калеб делает шаг в сторону, потом смотрит на Майкла и медленно кивает.

— Что происходит? — выдавливаю я сквозь зубы, с трудом втягивая воздух, когда боль немного отступает и позволяет лёгким снова раскрыться.

— Аззи, — тихо произносит Майкл. Так тихо, что я едва его слышу.

Он поворачивается к Калебу и кивает.

— Пора.

Калеб поднимает руки, и вокруг него вспыхивает свет — он сосредотачивается на заклинании. И тут наконец в моей голове всё складывается. До меня доходит, что означает эта боль.

Портал открывается. И по ту сторону я вижу огромный бальный зал. Люди уже сражаются между собой, но я не замечаю никого, только её. Только Аззи. Я жадно впитываю каждую деталь. На ней длинное платье в пол глубокого красного цвета. Она стоит лицом к порталу, опустив взгляд на руки, прижатые к груди, а потом вдруг поднимает голову, словно почувствовала нас. Её глаза расширяются, она снова смотрит вниз. Отсюда кажется, что на груди у неё какое-то чёрное украшение поверх красного платья. Подвеска, но затем она хватает её, срывает и бросает на пол. Раздаётся тяжёлый металлический звон. И я вижу: её руки залиты кровью.

Аззи снова поднимает взгляд, смотрит прямо на меня и нежно улыбается, но улыбка исчезает, корда она вдруг начинает падать вперёд. Колени с глухим ударом врезаются в пол, затем она заваливается набок. Я бросаюсь вперёд раньше, чем успеваю подумать. В голове только одна мысль. Только она.

Что же ты наделала, малышка?

26 АЗЗИ

Я закончила объяснять всем свой план после того, как мы ещё немного познакомились. Через решётку камеры мамы я встретилась и с остальными своими отцами. До сих пор немного странно осознавать, что у меня несколько пап, но, наверное, пора привыкать. У меня самой шесть мужчин. Суженые моей мамы оказались совершенно не такими, какими я их представляла. И все очень разные. Но в глазах каждого читалось беспокойство за маму и за меня тоже.

Джаспер объяснил, что у каждого из нас свой биологический отец, который передал нам ДНК, но для него все они одинаково были отцами.

Его отец — Грег. Несмотря на восемнадцать лет в этом подземелье, он всё ещё выглядит устрашающе. Зелёные глаза, тёмные волосы, от природы смуглая кожа. С первого взгляда он кажется опасным. Но стоит ему улыбнуться своей мягкой улыбкой — и он больше напоминает огромного плюшевого медведя.

Затем был Дэвид, он отец Марго и когда я посмотрела на него, он словно избегал моего взгляда. Наверное, потому что именно его отпрыск хочет меня убить. Тёмно-каштановые волосы с более светлыми прядями, которые переходили в бороду вдоль подбородка. Когда он всё-таки поднял глаза, я увидела ярко-голубой цвет. Он был меньше Грега, но выглядел ничуть не менее пугающе.

Последним был Джеймс Более высокий и худой. Лохматые светлые волосы, ярко-голубые глаза. В них сияло счастье, но под ним всё равно скрывалась боль.

Мама всё время оставалась рядом со мной. Будто чувствовала, что я скрываю часть плана, Но всё равно продолжала утешать меня, словно понимала, что сейчас мне это нужнее всего. Пока я рассказывала о том, что должно произойти, она не переставала слабо улыбаться. Никто из них не спорил, никто не пытался меня отговорить, но я видела тревогу в их глазах. Я знаю, что Марго намного опытнее в магии, но мне остаётся верить в свою силу и в своих мужчин. Потому что только так я могу спасти всех.

Я уже собиралась спросить об их магии, когда снова услышала, как в конце коридора открылась дверь. Глаза мамы резко расширились. Она быстро вскочила и потянула меня к стене, которая соединялась с моей камерой, затем кивнула Джасперу. Он схватил меня за плечи и буквально втолкнул обратно сквозь стену.

— Прости, — едва слышно прошептал он.

Я никогда не привыкну проходить сквозь твёрдые предметы как ни в чем не бывало. Я наконец снова смогла нормально вдохнуть и поспешила к койке как раз в тот момент, когда услышала звук ключа в замке.

— Ну здравствуй, сладкая. Вижу, ты уже проснулась.

Тот мужчина ранее мурлычет и от его голоса меня снова передёргивает, я пытаюсь скрыть отвращение, но по телу всё равно пробегает дрожь, когда входит в мою камеру. В одной руке поднос с чем-то, что, кажется, должно изображать еду, в другой — большая чёрная коробка с красной лентой. Мне везет, когда он не замечает моей дрожи и не принимает это за что-то другое. Он идет ко мне и в этот момент я слышу грохот по прутьям. Мама пытается отвлечь его внимание. Он закатывает глаза и ставит рядом со мной коробку и поднос. поворачиваясь к решётке.

— Успокойся. Мне приказано пока не трогать её.

Он подмигивает мне, затем поворачивается и идет к двери. Я слышу, как он открывает остальные камеры и разносит коробки и подносы. Когда заканчивает, он громко объявляет нам:

— Коробки — это подарки от её величества Марго. Советую принять дар и завтра за ужином вести себя как можно лучше. Ваше присутствие обязательно. А после вас ждёт великолепное домашнее представление.

Он смеётся и наконец уходит. Я закатываю глаза на «Великолепное представление». Да уж. Никто здесь не настолько глуп, все прекрасно понимают, что задумала моя психованная сестричка.

Я смотрю на ужин и решаю, что лучше поголодаю. Это больше похоже на собачий корм. Я кормила Грима и Жнеца лучше, когда думала, что они просто дворняги и не знала, кем они являются