Окровавленный - Дженика Сноу
Слёзы выступили у неё на глазах, когда она уткнулась лицом мне в шею.
— Я не хочу думать об этом.
Я поцеловал ее в волосы, крепче прижимая к себе.
— Тогда не думай. До того дня ещё далеко. Сейчас важно только одно — настоящее.
Она содрогнулась в моих объятиях, прижимаясь сильнее, и я держал её, пока сон не утянул её за собой. Я остался бодрствовать, наблюдая, как огонь превращается в пепел и все мои обостренные чувства были настроены на нее — на ритм ее дыхания, на биение ее пульса, тепло её кожи рядом с моей холодной. Мое зрение пронзало темноту так же легко, как дневной свет. Мой слух уловил слабое движение камней далеко внизу. Все инстинкты, все обостренные чувства существовали для одной цели: защитить ее.
На рассвете я почувствовал, как сквозь закрытые ставнями окна пробиваются солнечные лучи. Клара зашевелилась, сладкая улыбка тронула её губы, когда она приподнялась. Даже это едва заметное движение разожгло во мне желание, пока оно не взревело, как животное.
Позже уже одевшись, я услышал за дверью ее тихий голос. Я последовал за ним и нашёл её в саду во внутреннем дворе, сидящей на знакомой каменной скамье, где когда-то она кормила птиц, только теперь в её руке был телефон, а не зёрна.
— Да, Buni (бабушка). Я в безопасности, — мягко сказала Клара, и тепло в её голосе заставило меня улыбнуться.
— Я не могу сейчас всё объяснить, но скоро смогу. Иван хорошо ко мне относится. Тебе не о чем волноваться.
Мои чувства обострились, заострились, как лезвия. Даже на расстоянии я слышал слабый, но уверенный голос её бабушки
— Будь осторожна, Клара. Тени могут защитить, но могут и поглотить.
Ответ Клары был резким.
— Сейчас все по-другому. Не так, как с Ласло.
Это имя пронзило меня, как оголенная сталь. Я услышал, как у неё перехватило дыхание, почувствовал её страх, когда она призналась бабушке. Ласло приходил сюда, разыскивая её. Она порвала с ним, он жестоко обращался с ней.
Мир померк, сузился до одного лишь имени, эхом отдающегося в моём черепе.
Ласло.
Угроза, которую оставляют в живых, остаётся угрозой. Он все еще дышал. А это означало, что он мог её найти. Все еще мог пробраться в ее кошмары. Всё ещё мог претендовать на её страхи.
Я этого не допущу. Однажды ей уже причинили боль и отняли у меня.
Но больше никогда.
Во мне проснулся зверь, голодный и безжалостный. Ласло все еще дышал.
Пришло время поохотиться.
ГЛАВА 20
Иван
В баре пахло Палинкой (Pălincă в Румынии — это крепкий фруктовый бренди двойной дистилляции (особенно из слив, но также из яблок, абрикосов, персиков, груш и других фруктов). Производится в Трансильвании), мужским отчаянием и потом. В воздухе стоял туман из сигаретного дыма, а рассохшиеся половицы скрипели при каждом шаге.
Возраст этого места въелся в стены, как плесень. Мужчины склонились над своими стаканами, глаза остекленевшие, их громкий смех резал слух, но, если вслушаться, в нём не было ничего, хоть сколько-нибудь похожего на жизнь.
Мне здесь не место, и они это знали. Они слышали слухи, разные истории о моём виде, они знали, что я сама смерть.
В тот миг, когда я переступил порог, разговоры оборвались. Дым повис тяжёлой пеленой, все взгляды обратились ко мне, плечи напряглись. Инстинктивно они узнали хищника, поняв, что для меня они лишь добыча.
Бармен застыл с наполовину наполненным стаканом, и по залу пробежала рябь, будто сам воздух дрогнул. Но тот, ради кого я пришел, этого не заметил.
Ласло.
Я дождался наступления ночи, чтобы оставить Клару спокойную и беспробудно спящей в замке. Сначала я направился к ее дому, где запах этого мужчины все еще витал у порога, словно знак незаконного проникновения. Дым, пот и горький привкус страха. Этого было достаточно, чтобы пробудить во мне жажду крови.
И вот, я пошел по следу через спящий город так же легко, как волк шел по следу за раненой добычей. Клара спала, ничего не подозревая, пока я охотился ради нее.
И вот я стоял здесь, уставившись на мужчину, от которого, даже спустя столько времени, пахло моей женой.
Ласло развалился за дальним столом в конце бара, что-то громко и злобно крича. Его рубашка была в каких-то пятнах, ворот расстегнут, от него несло спиртным. Его смех, такой мерзкий и глухой, разнесся по залу. Когда официантка поставила перед ним еще один бокал с ликером, он слишком быстро протянул руку и сжал пальцами ее запястье.
Она застыла, а ее улыбка стала натянутой.
— Давай, милая, — пробормотал он, притягивая её ближе. — Улыбнись мне, также как и она, мне улыбалась когда-то.
Из меня вырвался низкий рык, потому что я поняла, кого он имеет в виду.
Она выругалась и отдернула руку.
— Да на большее ты всё равно не годишься.
Её губы сжались в тонкую линию, а он ухмыльнулся шире, наслаждаясь своей жестокостью. Дешёвая бравада для того, кого он считал более слабой добычей.
Я двинулся к нему. Толпа расступалась, как масло перед водой. С каждым моим шагом тишина сгущалась, пока в зале не остался лишь его голос слишком громкий и едкий.
Он не заметил меня, пока я не отодвинул стул напротив него и не сел, не произнеся ни единого слова.
Он посмотрел на меня затуманенным взглядом и моргнул.
— Ты, блядь, кто такой?
Что-то знакомое в чертах его лица заставило меня похолодеть. Расположение бровей, линия рта… будто я заглянул сквозь века в воспоминание, которое пытался похоронить.
Свет факелов. Каменные стены. Насмешливая улыбка, которая когда-то принадлежала Радуцелю, моему брату по оружию, тому, кто предал меня. Ласло не был воином, лишь пьяной тенью человека. Но отголосок остался: предательство, кровь и родство, ставшие смертельными врагами
Моя рука, лежащая на столе, сжалась в кулак, узнавание пронзило меня насквозь. Судьба вернула мне это сходство, одетое в более дешевую кожу, и мой голод взревел в знак согласия. Это была не только месть за Клару. Это была история, замыкающая круг и умоляющая быть завершённой.
Бар, казалось, затаил дыхание. Послышался скрип стульев, шарканье чьих-то ботинок по деревянному полу, когда мужчины проскользнули к двери. Никто не хотел присутствовать при том, что должно было произойти.
Я наклонился вперед, опершись локтями о липкую стойку, и мой голос прозвучал тихо и угрожающе.
— Однажды ты решил, что имеешь право
