Фатум (ЛП) - Хелиантус Азура

Я вдруг почувствовала себя глупой, в памяти начали всплывать вещи, выученные бог знает когда. — И совсем недалеко от Мессины есть Мистретта, ам-аштарт… «город Астарты».

Он удовлетворенно улыбнулся мне, а затем с упреком посмотрел на племянника.

— Это твоя мать, ты должен знать такие вещи. Я и так сказал вам слишком много, теперь идите.

Я поднялась, стараясь получше запечатлеть в памяти всё, что он нам поведал, с надеждой, что это действительно поможет. И с осознанием того, что мой муж был прав: это лишь начало огромного моря бед. — Как мы справимся без твоей помощи?

— Я не смог бы помочь вам, даже если бы захотел, дорогая моя. Не отчаивайся, кто-нибудь сделает это вместо меня. — Он серьезно вскинул подбородок.

Это означало, что для него разговор окончен.

Химена неловко попрощалась с ним, последовав моему примеру и повторив те же жесты, что и раньше. Данталиан же пошел за мной, не проронив ни звука. Он не попрощался и не поклонился — он застыл, словно ледяная статуя.

Я открыла дверь и вышла в коридор, но он еще раз обернулся к принцу, который был ему дядей, плотью от плоти, и сейчас походил на него как никогда. — Ты хочешь сказать, что я должен просить помощи у матери? Даже зная всё, что она совершила, ты заставляешь меня нуждаться в ней.

Тот снова высокомерно вздернул подбородок. — Идите.

Однако в его взгляде промелькнула тень понимания. Мне показалось — почти сострадание.

Данталиан опустил глаза и больше ничего не добавил, заходя за мной в лифт.

В ту же секунду я ощутила в голове что-то чужое — присутствие, которое было мне совсем не знакомо и от которого по спине побежали ледяные мурашки, совсем не похожие на то тепло, что я чувствовала рядом с Данталианом. Кем бы он ни был, он воздвиг защитную стену так высоко, что изолировал нас двоих от всего мира.

Скоро увидимся, Арья.

Голос Астарота исчез так же быстро, как и появился, унося с собой холод, дрожь и ощущение чужого присутствия, но оставляя после себя чувство тревоги, которое больше меня не покидало.

За миг до того, как металлические двери лифта окончательно закрылись, я опустила взгляд в пол. Краем глаза я видела, как Данталиан повернулся ко мне.

— Что нам делать? — спросил он.

Я лишь вздохнула от усталости. — Понятия не имею.

— Главное — держаться вместе, — Химена попыталась разрядить обстановку.

Я посмотрела на неё и согласилась. — Мы против всего мира.

Это были последние мгновения спокойствия в нашей жизни; с этого момента мы еще долго не узнаем ни минуты покоя. Но мы об этом еще не знали.

Тревога, окутавшая меня, была словно тяжелая одежда в знойный день — она не желала оставлять меня в покое, и я буквально обливалась потом.

Я так глубоко ушла в свои мысли, что когда лифт открылся, возвращая нас в земной мир, заметила ламию перед собой только тогда, когда она бросилась на меня.

— Арья! — проревел Данталиан, едва успев шагнуть вперед, чтобы защитить меня. Не понадобилось.

Какая-то неведомая сила отшвырнула ламию на несколько метров прежде, чем та успела тронуть хоть волосок на моей голове. Тварь быстро вскочила, сначала вперившись взглядом в Химену, а затем переключившись на Данталиана, когда увидела, что он идет на неё.

Я машинально сунула руку под майку, чтобы быстро выхватить один из кинжалов, пока она не смотрела в мою сторону. Я вонзила лезвие наугад — куда-то между животом и ложбинкой груди, просто чтобы выиграть драгоценное время.

Омерзительное создание взвыло от боли и отшатнулось, попав прямо в когти Данталиана, который уже зашел ей за спину. Он с силой обхватил её за шею, обездвиживая, а я с миллиметровой точностью ударила в сердце, вымещая всё нервное напряжение на её теле.

Данталиан выпустил её, и труп рухнул на пол, чтобы затем исчезнуть в привычном облаке дыма. Я смотрела на оставшийся на земле пепел; грудь часто вздымалась, а остекленевшие глаза были устремлены в пустоту.

Ни разу в жизни я так не ослабляла бдительность.

— Это ты её отбросила? — Я уставилась на Химену, но та выглядела еще более потрясенной, чем я.

Она не ответила. Замерла на месте, глядя в никуда и переваривая всё, что случилось за последний час.

Впрочем, слова были не нужны, когда я встретилась взглядом с Данталианом: каким-то образом мы оба понимали, что это её рук дело.

Тем временем он одним широким шагом сократил расстояние между нами и взял меня за лицо. Его глаза впились в мои, что-то выискивая. — Ты в порядке?

Я почувствовала раздражение — возможно, потому, что мне было стыдно за то, что я подставила нас под удар. Было неловко признавать: если бы не он, я бы получила болезненный укус в плечо, а то и хуже.

— Я в порядке. Не нужно беспокоиться, я сама могу о себе позаботиться. — Я резко сбросила его руки со своих щек и отвернулась.

Я прошла мимо него, но всё же успела заметить, как выражение его лица сменилось со страха на досаду. — Не похоже было, что ситуация у тебя под контролем.

— Мне не нужна твоя помощь!

— Я тебе и не помогал.

— Ах, нет? — Я прищурилась. — И что же ты тогда делал?

— Я заботился о себе, Арья. Твоя боль — это и моя боль, и уверяю тебя, я давно перестал страдать из-за других, особенно из-за таких, как ты. — Он смерил меня своей привычной холодностью.

Из-за таких, как ты. Сколько раз я слышала эти омерзительные слова.

— Если не желал чувствовать мою боль, не стоило на мне жениться, — пробурчала я.

Оставшаяся часть пути до Академии прошла в абсолютном молчании. Мы шли через переулки, застроенные полуразрушенными домами, среди мрачных красок и тревожных звуков, но, по словам Данталиана, это был лучший короткий путь, чтобы не встретить лишних людей.

Его ноги в черных сапогах чеканили шаг, демонстрируя всему миру его ярость. Его напряженная поза и сжатые кулаки убеждали меня в том, что была и какая-то другая причина его раздражения, не имеющая ничего общего с нашей мелкой перепалкой.

Возможно, теперь, на трезвую голову, он обдумывал слова принца.

Несмотря на то что меня тоже бесила скверная ситуация, в которой мы оказались из-за гибридки (кем бы она ни была на самом деле), я не собиралась долго сокрушаться над тем, у чего нет решения. Оставалось только идти вперед и искать истину там, где нам указали.

У меня был долг, и я собиралась выплатить его как можно скорее, чтобы снова стать свободной.

У него-то выбор был, но он его профукал. И винить в этом он мог только себя.

Возможно, перебравшись в Италию, мы стряхнем демонов с хвоста, и проблем станет меньше. Никто не знал об этом внезапном перемещении, и то время, которое им понадобится, чтобы понять, куда мы направились, — это как раз то, что нам нужно: к моменту, когда нас раскроют, мы, вероятно, будем уже на пути в другое место.

Я всем сердцем надеялась, что всё пройдет хорошо.

Не легко, а именно хорошо.

— Пришли. — Данталиан посмотрел на меня с недоверием. — Ничего не делай и ничего не говори, я сам разберусь.

Он заслонил собой меня и Химену, не дав мне времени возразить, за что удостоился испепеляющего взгляда. Академия походила на средневековый замок с рыцарями в доспехах у внушительного входа. По бокам от темных деревянных ворот, отмечавших вход в заведение, стояли две статуи адских бестий.

Бестии походили на львов, только более поджарых и без шерсти, с жуткими черными крыльями на спине и огромными когтями, чтобы хватать добычу.

Их редко можно было встретить, потому что, согласно пророчеству, эти твари явятся лишь тогда, когда всё придет к концу — в момент Армагеддона, финальной битвы между добром и злом.

Вместе с бестиями должны были явиться и Эринии. Последних никто никогда не видел, их знали лишь те, кто правил Адом. Для многих, включая большинство демонов, они оставались легендой, которую никто не подтверждал и не опровергал. Согласно преданиям, у них были опасные змеи вместо волос, огромные черно-красные крылья без перьев, и часто их изображали с вилами и другим оружием в руках, которое они использовали, чтобы мстить за преступления между друзьями или родственниками.