Сумрачный ворон - Александра Дегтярь
Осторожно вернула кочергу на место, после опрокинула столик, стоящий у окна и покинув свою комнату изображая жертву пошатываясь и цепляясь за стену постанывая побрела по коридору.
видев в коридоре тумбу с красивой дорогой вазой из тончайшего фарфора в которой, стояли чайные розы — страсть леди Артемисы, я решила привлечь внимание слуг — опрокинула тумбу с вазой на пол. Грохот раздался просто замечательный. Не теряя ни секунды, рухнула рядом, изображая обморок.
Раз… Два… Три… Пятнадцать. Топот шагов разорвал тишину, а затем раздались испуганные крики слуг.
Мимо меня пробежало несколько человек. Сволочи. Они видели, что герцогиня лежит без чувств в коридоре, но проигнорировали это. Все правильно. Елена для них всегда была пустым местом. Вскоре шум усилился, и по крикам я поняла, что его светлость спешно несут в его покои.
Я оставалась неподвижной, ожидая дальнейшего развития событий. Холодный пол неприятно обжигал кожу. Уже собираясь изобразить возвращение в сознание, я услышала тихие, размеренные шаги. Кто-то остановился рядом, присел на корточки. Затем, чьи-то руки осторожно приподняли мою голову, и к носу поднесли склянку с отвратительной, резкой жидкостью. Запах был настолько невыносим, что казалось, будто в мозг вонзили тонкую иглу.
Я слабо дернулась, стараясь не выдать себя, и медленно открыла глаза. На меня смотрели серые, жесткие, безжизненные глаза. Взгляд, прожигающий насквозь. Я сразу поняла — передо мной хищник.
— Ваша светлость, вы в порядке? — чарующим голосом произнес незнакомец.
Голос сочился медом, но глаза оставались ледяными. Я видела такие глаза не раз. Глаза человека, привыкшего убивать.
Боясь обнаружить свой обман, я отрицательно покачала головой.
Мужчина подхватил меня на руки и понес в мою комнату. Интересно, откуда он знает, где моя комната? В памяти Елены не было никаких воспоминаний об этом человеке.
Он бережно опустил меня на софу, о которую так неловко ударился мой благоверный, развернулся и направился к двери. На пороге он остановился и, обернувшись, окинул меня долгим, полным сомнения взглядом. Затем, открыв дверь, вышел, оставив меня наедине со своими мыслями.
Минут через десять в дверь робко постучали, и в комнату, испуганной ланью, впорхнула запыхавшаяся служанка Мия.
— Ваша светлость, — пролепетала она, приближаясь ко мне, — чем могу быть полезной?
— Помоги мне подняться и переодеться, — попросила я.
В спальне девушка выбрала мне темно бардовое платье, помогла переодеться. Корсет я отвергла, морщась изображала дискомфорт.
— Ох, леди… — прошептала Мия, потупив взор, — Зачем же вы вернулись? Из-за вас его светлость чуть не до смерти запорол конюхов.
В ответ я лишь одарила её ледяным молчанием. Неужели девчонка наивно полагала, что я проникнусь жалостью и начну корить себя? Она ошибалась. Я не Елена. Безусловно, конюхов жаль, но моя собственная жизнь мне куда дороже.
Мия принялась колдовать над моими растрепавшимися локонами, создавая подобие элегантной прически.
— Ужин будет в шесть, в малой столовой, — еле слышно прошептала она.
— Мия, — решила я все же утолить свое любопытство, — кто гостит сейчас у его светлости?
Служанка нервно вздрогнула, словно я застала ее за чем-то предосудительным.
— Это милорд Вагаро, кузен его светлости, — пролепетала она, — старший сын леди Артемисы.
Я отпустила Мию, оставшись наедине со своими мыслями. Присев на мягкую софу, я погрузилась в раздумья. Задача усложнялась. Маркус — неуравновешенный псих. А вот его братец… Тот опасен своей хладнокровной расчетливостью. Его появление было столь же нежеланным, сколь и несвоевременным. Первоначальный план требовал немедленной корректировки.
Ровно в назначенный час я спустилась в малую столовую. Стол был сервирован на три персоны. Я прошла к привычному месту Елены, где услужливый лакей бесшумно пододвинул мне стул. Спустя пару минут в столовую вошли леди Артемиса и ее сынок. Интересно, знает ли он о тихих играх своей маменьки?
К моему крайнему удивлению, кузен Маркуса, граф Вагаро, уселся во главе стола, прямо напротив меня. Какая дерзость! При живом, пусть и не совсем здоровом герцоге, его брат возомнил себя здесь полноправным хозяином.
— Елена, — фамильярно обратилась ко мне тетушка мужа. — Позволь представить тебе моего старшего сына, графа Вагаро, кузена твоего обожаемого супруга.
— Что ж, приступим, — граф небрежным жестом подал знак слугам, приказывая подавать еду.
Хм. Какую же змеиную игру они затеяли?
— Как поживает ваша матушка, леди Елена? — Поинтересовался кузен с лицемерной учтивостью.
— Благодарю вас, ей значительно лучше, — сдержанно ответила я, стараясь не выдать своего раздражения.
— Елена, — вновь нарушила все мыслимые рамки приличия тетушка Маркуса
Это уже верх наглости! Кажется, леди Артемиса окончательно утратила связь с реальностью и забыла о элементарных правилах приличия.
— Леди Артемиса, — мой голос звучал мягко, но в нем сквозила сталь, — я не потерплю фамильярностей в свой адрес. Никаких! И если вы все еще намерены наслаждаться гостеприимством этого дома, то вам настоятельно рекомендуется об этом помнить.
В наступившей тишине раздались громкие, нарочитые аплодисменты. Граф Вагаро, изучающе с усмешкой на лице смотрел на меня, хлопал в ладоши, словно оценивая представление.
Ну что ж, они таки вынудили меня показать им зубы. Вот только у меня было преимущество перед ними. Я не Елена — Я Сумрак! И играть эту игру я буду, как Сумрак.
Родственнички
Я сидела и размышляла над ситуацией. Аккуратно размазывая еду по тарелке, создавала иллюзию, что поглощаю пищу. М-да. Планировала сюда приехать на пару дней, но все пошло не по плану. Гадство сплошное.
Итак, что мы имеем в сухом остатке? Супруг — псих, наркоман и алкоголик, его любовница и ее отпрыск, возомнившие себя полновластными хозяевами поместья и, видимо, наследниками Маркуса. Это значит… Это значит, что моего благоверного, похоже, скоро отправят за Грань. И что делать мне? Сложить лапки и ждать, пока его уберут? Или… Или и меня, как нежелательного свидетеля, а одно с ним?
Думай, Сумрак, думай!
Сославшись на внезапную усталость, я поспешно закончила ужин и направилась к своим покоям. Отойдя шагов десять, бесшумно вернулась на цыпочках и прильнула к двери, превратившись в слух.
— …не говори, эта серая мышь дрожит от собственной тени, — услышала я тихий голос тетушки Маркуса.
— Я бы на твоем месте не был столь уверен, — ответил ей холодный голос графа.
— Не стоит сомневаться, я достаточно долго жила с ней под одной крышей, чтобы составить о ней
