Красавец и чудовищ...ная ведьма - Татьяна Антоник
Меня обрядили в темную рубашку, брюки с подтяжками, потому что, несмотря на худобу Криса, его штаны на мне совсем не держались, и нахлобучили кепку из твида.
— Что-то надо придумать с ее волосами, — задумчиво произнес Говард. — Слишком приметные.
— Я могу их заплести и спрятать под шапкой, — предложила я, когда Кристофер, блеснув маниакальными искорками в глазах, потянулся к ножницам.
— Ты мелкая, тебя затолкают, и твоя кепка первой улетит с макушки. Нет, надо их перекрасить во что-то менее благородное.
— У меня есть идея! — воскликнула Маргарита, и я невольно отступила назад. В этом доме все отдаются задаче полностью, часто со страшно опасным результатом. — Да мы тебя просто покрасим, — отмахнулась она, заметив мою панику. — Ничего тебе не будет.
— Где же ты поздним вечером краску для волос найдешь? — прикидывала в уме часы работниц салона красоты.
— Нам поможет... — она, недоговорив, выбежала на кухню, что-то там уронила, распахнула скрипящие ящики, протопала обратно и показала на корзинку с валяющимся, пророщенным луком. — шелуха.
— Нет, давай хоть на Крисе опробуем, — перепугалась я не на шутку.
— Не надо на мне ничего пробовать, — психанул молодой мужчина. — Я, вон, напробовался, теперь с дознавателем в одной комнате сижу.
Сохранявший молчание Ричард, деловито уточнил у Мэгги.
— Окрасят? Как быстро смоются?
— Да уже к следующей ванне. Зуб даю, меня бабка-ведьма этому учила, когда свою седину красила.
Я делала неутешительные выводы. Бабка у Маргариты почила очень рано, и не хочется до конца сводить эту логическую цепочку. А дракон, если я откажусь, лично меня окрасит.
После сорока минут в душевой, откуда доносились мои, леденящие душу вопли, я предстала перед парнями в новой внешности.
Так появились еще два вывода: отвар луковой шелухи превосходно окрашивает блонд в грязно-пятнисто-рыжий. И волосы не перестают вонять.
— Что? — уставилась на обоих, мысленно рассылая проклятия.
К их чести, они держались. Сначала за диван, потом друг за дружку, стоически отворачивались, но дикий хохот прорвался.
— Вив, не переживай, — утирал слезы смеха Крис, — теперь я верю, что в баре Вортаута ты не пострадаешь.
— Это всего на одну ночь, Вивиан, — поднялся дракон, у которого не сходила улыбка с лица. — Если потребуется, оплачу вам новую прическу... или парик. Идемте, мы уже опаздываем.
Я задыхалась от негодования, но не было смысла с ним спорить. Я уже наполовину хохлатая курица. С этого мгновения шапка не казалась глупым предметом одежды.
Экипаж господин Говард бросил за два квартала до бара. Чем ближе мы подходили к месту, где проводятся аукционы, тем отчетливее я осознавала, насколько мой благополучный, сытный мир отличается от прошлого мира Кристофера.
Прохожие были грубее, мужчины не один, не два раза задели Ричарда, желая вступить с моими сопровождающими в драку. Меня и вовсе чуть ли не пинками отталкивали, когда я встревала, чтобы эту самую драку предотвратить и заставить этих негодяев свалить и забыть о нашей встрече. Улицы не освящались, всюду валялся мусор, какие-то компании распивали эль прямо на проезжей части. С другой стороны, за все наше путешествие я увидела всего две кареты, закрытые наглухо.
— Мы пришли, — остановился Крис, постучав по железной двери.
Маленькое окошко отъехало, и показалось огромное, круглое лицо какого-то брутального здоровяка.
— Я к мистеру Вортауту, — нервно оглядывался друг.
— Пароль, — фыркнул этот здоровяк.
— Какой пароль? Не было никаких паролей.
— Не тот! — отрезал страж и захлопнул дверцу.
— Эй, — не сдавался мой взломщик, — сейчас же откройте, — забарабанил он по металлической поверхности.
— Вообще не тот, — глухо раздавалось с той стороны.
Как будет обидно, если придется возвращаться. Говард стремился попасть внутрь, признавал, что с силой дракона ему ничего не стоит выбить дверь целиком, но это путь в никуда.
— Давай я попробую, — с сочувствием похлопала Криса по плечу. Вздохнула, и уже не старалась хрипеть и пытаться изобразить грубую интонацию. — Доброго вечера, — пропела я самым льстивым выражением, — а вы не могли бы меня впустить. С господином Вортаутом у меня назначена встреча.
— Какая встреча, девка безродная? — возмутился охранник и свое окошко вновь открыл, чтобы обругать наглую деваху.
Тут-то я на него и напала, моментально схватила за ухо, провела второй рукой по щеке и ментально воздействовала:
— Впусти нас и забудь, что мы вошли. Ты нас никогда не видел и не слышал.
Если не считать поникшего Криса, то первая часть плана прошла довольно удачно. Мы без особых сложностей вошли в бар, охранник нас не задерживал, — несколько растерялся, расфокусиров взгляд.
Мы застряли в гардеробной, но из нее открывался восхитительный вид на весь бедлам. Три стены в главном помещении заняли огромные, длинные барные стойки, к которым щемился народ, заказывая напитки. В центре стояло нечто похожее на боксерский ринг, огороженный магией. Подозреваю, что внутри него и размещался распорядитель аукциона.
— Хорошо сработала, Вивиан, — похвалил меня дракон, стоявший до этого мгновения поодаль, но вошедший первым.
— А я, — скромно хрустнула костяшками пальцев, — работать даже не начинала.
В этот момент в зале раздались крики, потом мольба какого-то мужчины, шум драки и звуки разбитого стекла... непременно об чью-то голову. Мы прижались к стене, чтобы нас не вынесла толпа, а толпа, не обращая никакого внимания на посетителей, выкинула несчастного за дверь.
— С чего вдруг? — вернул страж себе прежний вид.
Опомнился, но следуя моему заклятию, про нас не подумал.
— Вортаут приказал, — отозвался один из сотрудников, — сообщил, что какой-то воришка пробрался в здание. Нам не нужны приключения перед аукционом.
Рядом вздрогнул и сглотнул мой верный взломщик. Повезло, что суровые работники владельца бара нас не приметили. С другой стороны, судя по гостям, да и по самим работникам, публика в зале очень разношерстная. Собрались самые низкие слои населения, а на втором этаже, с балконов, сидя за темными и плотными шторами, на бедняков воззрились богачи.
— Держись ко мне поближе. Вряд ли они пожалеют девчонку, наряженную в парня, — шепнул мне Ричард. Впрочем, он отсранился, уставился на меня, видимо, осознал, что держаться поближе входит в мои планы, но еще я придерживаюсь философии «авось, проканает», и судорожно вздохнул. — Проклятье, теперь жалею, что потащил тебя за собой.
— Умница, наслаждайся самобичеванием и виной за то, что не оставил мне выхода. Идем уже, самое интересное пропустим.
Мы, наконец-то вошли. Я крутила головой, аки волчок на палочке, старательно запоминая каждую дверь, лестницы и тех людей, кто находился поблизости.
— Посторонись, мальчишка, — толкнула меня грубо подавальщица, прокладывая свой путь, пиная всех ногами.
Меня пожалела, ударила слабее, чем мужика до этого, но как прицельно она била... прямо в почки. Ее,
