Маховик времени: Начать всё сначала - Ника Трейси
– Если ты настаиваешь… – согласилась я, будучи уверенной, что ничего не вспомню.
– Буду ждать от тебя вестей, – кивнул он и ушёл.
Что это сейчас было? Почему вдруг налетел на меня? И кого я вообще должна была встретить?! Покачала головой, пытаясь отвязаться от того ощущения давящего ледяного спокойствия и пустоты, которое ощутила в те минуты после своей смерти. Ильяс и раньше казался мне немного странным, чем-то отличался от других. Иногда в его взгляде появилось безразличие ко всему происходящему, что невольно возникало ощущение – ему банально все надоело. Сам факт его существования не имел никакой значимости.
А ведь получается, что на него не подействовало влияние времени! Только тот, кого выбрали центральным в заклинании возвращения в прошлое, будет помнить обо всем, все остальные забудут! И не похоже, что Ильяс проходил через это впервые.
Кто он вообще такой? Как много знает об этом? И как долго живет?..
Нет, меня это касается. Он сам сказал, что не станет вмешиваться в мои дела и изменение будущего его совсем не волнует. Это хорошо, не придётся переживать, что кто-то с воспоминаниями вмешается в мои планы.
Стиснув зубы и с трудом перебирая ногами, потащилась к общежитию. Наверное, со стороны это выглядело забавно, потому что ковыляла я как старушка, постоянно морщась и стараясь не завывать от боли. Обычный путь занял в два, а может в три раза больше времени и вот я снова в своей комнате.
– Ты где была? – лишь приподняв немного голову, спросила соседка, а после опустила её обратно.
– Тебе есть до этого дело? – усмехнулась я.
– Нет, – она отвернулась.
Первым делом ванная! Хотя нет, сначала зелье! Я хранила все покупки в своём браслете, поэтому Эдония никак не ожидала увидеть у меня артефакт. И какое же у неё было удивление, когда я выпила зелье! Сомкнув веки, расслабилась, чувствуя, как эффект снадобья распространяется по телу, боль постепенно проходила.
Когда открыла глаза, встретила завистливый и жадный взгляд эльфийки. Но гордость не позволила ей что-то попросить у простолюдинки, поэтому она снова отвернулась, закусив губу.
Кого-то ждёт адская ночь, а кто-то будет расслабленно отдыхать! Это мысль заставила меня ощутить радость.
Глава 4. Занятия продолжаются, встречи не обходят стороной
Утром я чувствовала себя превосходно, от боли и усталости не осталось и следа. Я снова поднялась с постели раньше своей соседки и отправилась на утреннюю пробежку. Осилила два круга, решив начать с малого, потому что сейчас не планировала пить зелье, лучше сделать это вечером, чтобы хорошо выспаться.
Когда вернулась, Эдония уже собиралась выходить. Увидев меня в костюме для тренировок, замерла, на лице появился шок.
– Чем ты вообще занимаешься? – скептически спросила девушка.
– Нам придётся видеться каждый день, но общение вряд ли наладится, так что давай не будем лезть в личную жизнь друг друга, ладно? – предложила я. – Подругами нам всё равно не стать.
Эльфийка промолчала, покинув комнату.
В аудитории я появилась минут через двадцать. Едва переступила порог, как оказалась в центре внимания. Ну, ничего удивительного, в этой жизни мне придётся часто сталкиваться с чужим интересом.
Вчерашняя проигравшая Хильда смотрела на меня с ненавистью, руки дрожали от злости. Контролировать эмоции она не умела даже в прошлом, быстро выходила из себя, стоило только что-то не то сказать. Очень вспыльчивая девушка, которая, на удивление, смогла продержаться в академии до пятого курса. Но что с ней стало после выпуска, мне было неведомо.
Первые два занятия прошли спокойно и снова скучно, но третьей у нас стояла защита. Один из самых нелюбимых предметов простолюдинов, особенно на первых курсах. Преподаватель Лаура Корвин по происхождению чистокровная аристократка, которая на дух не переносила учеников из низшего сословья. Смотрела на нас как на паразитов – с презрением и ненавистью, что вызывало в наших сердцах страх. При любом удобном случае пыталась унизить, часто вызывала и неоднократно ставила в пример. Мол, будете плохо учиться, ничего не добьетесь и, в конечном счете, станете как они.
Я профессора Корвин очень не любила и после выпуска надеялась больше никогда с ней не встречаться. В начале пятого курса она узнала одну мою тайну, поэтому начала относиться иначе, во всяком случае, не так, как обычно. Но сейчас этот секрет доступен только мне, раскрывать его я не планировала.
Когда я вошла в аудиторию, Хильда уже о чем-то беседовала с преподавателем. О суровом нраве последней знали даже новички, поэтому, ожидаемо, сокурсница, мечтающая о мести, первым делом поставила её в известность. Потому профессор встретила меня с презрением, осмотрела с головы до ног, вот только внешний вид никак не мог указать на моё происхождение.
– Доброго дня, группа, – заговорила женщина, когда началось занятие. – Моё имя Лаура Корвин, для вас профессор Корвин. Магия очень разнообразна, она позволяет действовать в разных направлениях, не ограничиваясь на чем-то одном. Сейчас вам мало что известно, но в стенах этой академии находятся знания, которые помогут расширить ваш кругозор и наполнить ваши молодые головы необходимыми заклинаниями. Моя специальность – защита. Я помогу вам освоить простые и более сложные методы, чтобы сохранить жизнь себе, близкому или товарищу. Первые несколько занятий мы будем проверять уровень ваших знаний, мне хотелось бы узнать, на что каждый из вас способен. Я буду выборочно вызывать двоих, один будет в защите, другой в атаке.
Женщина взглянула в список и первым вызвала Стейна, второй была я, что совсем не удивило. Сокурснику нужно нападать, а я же должна была просто защищаться. Ничего нового, даже чувства ностальгии не возникло.
Профессор стаяла у окна, прислонившись к подоконнику и сложив руки на груди. Возле неё в воздухе висело перо и листок, на котором были записаны наши имена. Таким образом, тех, кто не прошёл, она будет вычёркивать.
– Профессор Корвин, я могу воспользоваться вашим стулом? – спросила я.
Женщина на мгновенье растерялась.
– Бери, – разрешила она.
Да, ко мне подобным она относилась пренебрежительно, хотя ученики и преподаватели должны обращаться друг к другу уважительно – так написано в правилах. Вот только оно не всегда соблюдалось, но если я вдруг что-то не так скажу, она тут же доложит об этом ректору.
