Оборотень из Кривого леса - Антонина Штир
Оборотень, скорее всего, идет следом, значит, у него мало времени. Надо было налить в чай не три капли, а десять, или даже весь пузырек вылить. Пусть бы они оба с оборотнем сдохли, а он спокойно убил бы волчицу. Но теперь уже ничего не исправишь.
Клинок по-прежнему торчал в груди оборотницы, Райли вытащит его, когда приготовит инструменты. Кривой нож для разделки, баночки для крови – продаст знакомому магу в Ахмадоре. Жаль, что шкуру нельзя загнать на черном рынке, король наверняка заплатит мало. Ну что поделать, у него все-таки репутация.
Райли подпер дверь хижины колченогим столом изнутри. Оборотня это не остановит, но задержит, а потом будет поздно.
Как удачно, что Райли в свое время жил в этом лесу и нашел эту хижину. Кто в ней раньше обитал, он понятия не имел, но она уже тогда пустовала. И больше никого на километры вокруг в Нейтральных землях 10 лет назад не было. Но все течет, все меняется, видимо, люди добрались и сюда. Ничего, они далеко и не помешают.
Райли взялся за ручку кинжала, резко вытащил его из раны. Волчица вздрогнула, прерывисто вздохнула и застонала, тихо, едва слышно. Кровь хлынула на белую шерсть, и пятно на груди разлилось, словно лужа. Она еще жива, но это ненадолго.
Райли поднял клинок над головой, прицеливаясь. Один точный удар в сердце – и ждать смерти волчицы больше не придется. Он почти успел донести кинжал до тела, когда стол отлетел в сторону, едва не задев Райли, а следом за ним в слетевшую с петель дверь ворвался оборотень.
От неожиданности охотник выронил кинжал, который тут же проскользил к стене – оборотень оттолкнул его лапой. Райли усмехнулся, вытаскивая из-за пояса еще один нож – поменьше, с деревянной ручкой. Оборотню еще повезло, что он не любил ружья и пистолеты.
Бросок – нож полоснул серую шкуру, закапала кровь, яркая, как заря на небе. Оборотень даже не поморщился и, выпустив когти, задел его руку – несерьёзно, но ощутимо.
— Ты опоздал, оборотень. Она все равно истечет кровью, тебе лучше сразу отступиться.
Оборотень, разумеется, не ответил, но глаза сверкнули сдерживаемым гневом. Хорошо, подбросим еще масла в огонь.
— Зачем тебе волчица? – заслоняя собой оборотницу, продолжил Райли. – Я знаю, ты любишь свободу. В Кривом лесу живут только те, кто бежит от общества. Ты ведь не собирался жениться, правда? Поразвлечься – она миленькая, твоя волчица, когда не выглядит как монстр.
Оборотень угрожающе зарычал, скаля зубы. Правильно, так и надо, сейчас он рассвирепеет и ошибется, а Райли его уничтожит. На его счету не менее сотни оборотней, и с этим он тоже справится.
— Так что, оборотень, ты готов сражаться до победного за какую-то шлюшку, которую ты почти не знаешь? Готов отдать за нее собственную жизнь? Какой-то дух навязал тебе волчицу, неужели ты согласишься с чужим выбором? Так просто возьмешь и пойдешь на поводу у судьбы? Да и нет ее, никакой судьбы, а духи лишь играются нами.
Тут Райли вспомнил кое-что очень личное, и ее лицо на мгновение встало у него перед глазами. Виринея – так ее звали, для него – Нея.
Реальность вернулась в виде волчьей лапы, схватившей его за горло. Райли еще успел взмахнуть ножом, задевая морду зверя, прежде чем железная хватка усилилась. Охотник захрипел, хватаясь руками за лапы, но силы покидали его. Он в последний раз дернулся и затих, и оборотень отбросил его прочь, как сломанную куклу.
Глава 8
Ферран бросился к Майе, на ходу меняя облик. Она истекала кровью, но, к счастью, сердце не было задето, лишь легкое. Так, спокойно, для начала надо перевязать рану.
Ферран оторвал длинную полосу от своей рубашки; чистой она, конечно не была, но ничего более подходящего в домике не нашлось. Пошарил в карманах Райли, брезгливо сморщившись, и выудил флягу с вином. Полил из фляги на ткань и бережно перевязал волчицу, прислушиваясь к ее слабому дыханию. Майя не откликалась ни на мысленный призыв, ни на голос Феррана. Плохо, всё очень плохо.
Надо унести ее отсюда, ей срочно нужна помощь. А на километры вокруг никого нет, кроме жителей той лесной деревни. Значит, туда он и понесет волчицу. Выбора всё равно нет.
Ферран осторожно взял Майю на руки и понес на опушку леса, к Амбросу. Он, должно быть, уже очнулся, а действие зелья закончилось. Да, к дракону применили зелье – пузырек лежал в одном из многочисленных карманов охотника. Однажды Ферран уже видел такой: в приюте для монстров. В арсенале работников приюта было много интересных штучек.
Дракон встретил его на полпути между домиком и опушкой леса. Он держался за голову руками – похоже, приложило его неслабо, но в остальном выглядел сносно.
— Это Райли сделал? – только и спросил Амброс.
Ферран кивнул – говорить не хотелось.
— Что со мной было?
— Что было, то уже прошло. Сейчас мы должны донести Майю до деревни, помнишь, ты про нее говорил?
— Но мы же не знаем, кто там!
— А что ты предлагаешь? Сидеть здесь и ждать, пока она умрет? – зло выкрикнул оборотень.
Он едва сдерживался, чтобы не сойти с ума. Зверь в нем бился и метался от желания крушить и ломать, но разве это поможет Майе?
— Ты сможешь лететь? Сможешь поднять нас двоих?
— Думаю, да, – поморщился Амброс. – Немного кружится голова, но я в норме. Это я сам ударился или ты постарался?
— Прости, брат. Времени нет, превращайся, Амброс.
— Я понесу ее в когтях – так надежнее. А ты садись на спину, – скомандовал дракон.
— Ты уверен, Амброс? Она очень слаба. Малейшее сотрясение...
— Мы справимся, Ферран. Мы ее спасем, – уверенно произнёс дракон, похлопав его по плечу.
И, больше не медля, принял свой истинный облик.
***
Они летели над лесом, высматривая внизу поляну с поселением. Нашли они его быстро, но еще минут пять кружили в небе, стараясь рассмотреть, кто там живет. Наконец из крайнего дома выбежал высокий, широкоплечий мужчина с желтыми глазами, и Ферран выдохнул с облегчением – там жили не люди, а оборотни.
