Пышка. Ночь с главврачом - Оливия Шарм

Он наклоняется и целует меня в губы — долгим, нежным поцелуем, от которого по-прежнему кружится голова. Затем опускается на колени и прикладывает щеку к моему животу.

— Доча, как ты там? — шепчет он, обращаясь к животику.

— Всё прекрасно, — отвечаю я, проводя пальцами по его густым, уже с проседью волосам. — Просто немного устала. Сегодня мой последний рабочий день перед декретом.

— Я же предлагал тебе уйти еще месяц назад, — он поднимает голову. — Сидела бы дома, отдыхала.

— А я люблю свою работу, — смеюсь в ответ. — И хотела провести эти последние недели здесь, с тобой. Пока есть возможность.

Он медленно встает, садится рядом со мной и обнимает за плечи. Его рука скользит с плеча на грудь, налитую молоком, и ладонь ложится на округлость живота.

— Я тебя люблю, Наташенька, — шепчет.

Он наклоняется, осыпая поцелуями мою шею, плечи. Его поцелуи становятся все более жаркими, настойчивыми. Его рука задирает мой медицинский халат, и пальцы находят мое влажное, чувствительное лоно. Я стону, запрокидывая голову.

— Здесь... — шепчу я. — Именно здесь все и началось.

— И здесь же мы продолжим.

Он укладывает меня на диван. Я сгибаю ноги в коленях и широко расставляю. Руслан быстро расстёгивает штаны и вклинивается между моих ног. Он входит в меня осторожно, глубоко, и это совсем не похоже на наш первый яростный секс. Это медленный, нежный танец, полный любви и благодарности. Я обнимаю его за спину, чувствуя мощные мышцы под его белым халатом.

Прошлое всплывает в памяти обрывками. Измена мужа. Боль. А потом — он. Его сила. Его терпение. Он не просто помог мне забыть бывшего — он подарил мне новую жизнь. Мы поженились через полгода после того дня. Скромно, только для самых близких. А теперь ждем ребенка.

Что случилось с Васькой? Я не знаю. Он бесследно исчез из моей жизни, как и та юная практикантка. Иногда я ловлю себя на мысли, что даже не могу вспомнить его лицо. Он стал просто призраком из другой, чужой жизни.

Руслан ускоряет ритм, его дыхание срывается. Я чувствую, как нарастает волна наслаждения, теплая и полная, а не дикая и разрушительная, как тогда. Я тихо кончаю и прижимаю к себе мужа.

Мы лежим несколько минут, просто дыша. Потом он помогает мне подняться, поправляет халат.

— Заводишь меня с полуоборота, — мурчит. — Ты и наша дочь это самое дорогое, что у меня есть.

Он целует меня в макушку и нежно прижимает к себе.

— Я тоже тебя бесконечно люблю, — выдыхаю.

Так и началась наша долгая и красивая история любви.