Развод. Месть. Острее скальпеля - Милана Усманова
– Анастасия Васильевна? – почти сразу же ответили удивлённым голосом. – Какая радость! Как вы? Я часто вспоминаю о вас, знаете. Благодаря вам я живу…
– Лариса Семёновна, здравствуйте. Я… – голос предательски дрогнул. – Мне нужна юридическая помощь.
Пауза. Чувствовалось, как она мгновенно собралась, превратилась из благодарной пациентки в профессионала.
– Что случилось?
Я коротко рассказала. О падении с лестницы, о параличе ног, о муже, который требует развода. О кредитах, которые нечем платить.
– Боже мой! – в трубке послышался шум, будто она резко встала. – Анастасия Васильевна, это… это чудовищно! Вы спасли мне жизнь, вернули мне голос, карьеру, всё! Я сделаю всё, что в моих силах. У меня есть знакомая, Марина Звягинцева, она лучший специалист по семейному праву среди тех, кого я знаю. Блестящий адвокат, выиграла десятки сложнейших дел. Сейчас скину вам её контакты. И знаете что? Первая консультация будет бесплатной, я договорюсь. Нет, не спорьте! Это меньшее, что я могу сделать.
– Спасибо, – голос окончательно сел, слёзы безудержным потоком покатились по щекам.
– Держитесь, дорогая. Вы сильная женщина, вы справитесь. Я видела, как вы оперируете, у вас такие уверенные руки, такая стальная воля. Эта сила никуда не делась, она в вас. Просто сейчас другая битва. И я помогу, чем смогу.
Через минуту пришло сообщение с номером и короткая приписка: “Я уже переговорила с Мариной, она ждёт вашего звонка. И помните, вы не одна”.
Я вытерла слёзы тыльной стороной ладони. Набрала новый номер.
– Марина Звягинцева слушает, – голос уверенный, чёткий.
– Здравствуйте. Меня зовут Анастасия Максимова. Лариса Семёновна Свирова дала ваш контакт.
– Да-да, она уже позвонила. Рассказала вкратце о ситуации. Я могу приехать к вам сегодня после шести. В областную больницу, правильно?
– Да, всё верно. Но я пока нахожусь в реанимации, вас ко мне не пропустят.
– Тогда я свяжусь с вами по видеозвонку в пять, окей?
– Буду ждать, – выдохнула я с потаённой надеждой, что этот человек поможет мне разобраться в том безобразии, что сейчас творится в моей жизни.
– До встречи, Анастасия. И не волнуйтесь, мы обязательно найдём решение.
Я откинулась на подушку. Первый шаг сделан. Маленький, но важный.
Но не успела я убрать телефон, как он зазвонил снова. На экране высветилось “Мамочка”. Сердце сжалось. Я три дня не звонила, родители наверняка волнуются.
– Настенька, как дела? – мамин голос дрожал от тревоги. – Не могла до тебя дозвониться, да и Антон отчего-то трубку не берёт. У вас всё в порядке?
Я закрыла глаза. Вдох-выдох. Как сказать матери, что её дочь может остаться инвалидом? Как объяснить отцу, у которого больное сердце вдобавок к артриту?
– Мам, всё хорошо. Просто упала дома неудачно, растяжение связок. Уже намного лучше.
– Упала?! Как? Настя, ты же всегда такая осторожная!
– Поскользнулась на лестнице. Второпях спускалась, не посмотрела под ноги. Ерунда, правда. Через неделю буду как новенькая.
– А Антон? Заботится о тебе? Наверное, с работы отпросился?
Комок подкатил к горлу. Мама так любила Антона. Называла идеальным зятем.
– Конечно, мам. Он… он молодец. Всё время рядом.
– Вот и славно. Хороший у тебя муж. Не каждый так о жене заботится. Кстати, папе через неделю за лекарством пора. Антон ведь достанет, как обычно?
Хумира. Проклятая Хумира за шестьдесят тысяч в месяц. Без неё отцовские пальцы через три месяца скрючатся окончательно, он не сможет держать даже ложку. А мама… мама не справится одна.
– Достанет, не волнуйся. Как папа себя чувствует?
– Да как обычно. Утром суставы болят сильнее, к вечеру расхаживается. Но с лекарством намного легче. Вчера даже в магазин со мной сходил. Передавай Антону огромное спасибо. Не знаю, что бы мы без него делали. В очереди на льготное обеспечение папа двести тридцать седьмой! Представляешь? Месяцами ждать можно.
Каждое слово било как молотком. Родители в соседнем городе, в трёхстах километрах. Живут на папину инвалидность и мамину пенсию, тридцать тысяч на двоих. Я помогаю как могу, но основное – это лекарства, которые я доставала через Антона.
– Передам обязательно. Мам, мне пора на осмотр.
– Выздоравливай, доченька. И осторожнее на лестницах! Мы вас любим!
– И я вас…
Отключилась. Закрыла глаза. Слёзы душили. Врать маме – последнее дело… Но как сказать правду? “Мам, меня парализовало, муж бросил, а без его связей папа останется без лекарств”? Это убьёт их обоих.
До пяти часов я пыталась отвлечься. Читала медицинские статьи о восстановлении после травм спинного мозга: шансы есть, главное не упустить время. Делала дыхательную гимнастику – профилактика пневмонии, частого осложнения у лежачих больных. Даже попробовала пошевелить пальцами левой ноги, но пока безрезультатно. Правая откликалась намного лучше.
Ровно в пять зазвонил телефон. Я тут же ответила и на экране появилось лицо симпатичной молодой женщины с аккуратно убранными каштановыми волосами. Она, поставив телефон на держатель, села в кресло и я рассмотрела её одежду – строгий тёмно-синий костюм, белая блузка. Но больше всего привлекали глаза. Внимательные, цепкие, умные.
– Анастасия Васильевна? Я Марина Звягинцева. Лариса Семёновна обрисовала общую картину, но мне нужны детали. Рассказывайте всё: о браке, имуществе, финансах. Чем больше информации, тем эффективнее я смогу вам помочь.
Я начала с начала. Как познакомились с Антоном в ординатуре. Как я помогла ему стать главврачом, отказавшись от предложенной мне должности. Как копили на дом, оформили на свекровь, поскольку она дала большую часть суммы. Как мечтали о собственной клинике.
– Стоп, – Марина подняла руку. – Дом оформлен на свекровь, но ипотеку платили вы?
– Мы оба. Я переводила деньги Антону на карту, он вносил платежи. У меня все чеки сохранились в банковском приложении. За семь лет – больше трёх миллионов.
– Отлично! Это доказательства вашего вклада в семейное имущество. Не важно, на кого оформлена недвижимость, если вы докажете участие в её приобретении. А клиника?
– Мы копили вместе. Брали кредиты. На меня оформлено три кредита общей суммой десять миллионов.
– На какие цели?
– Потребительские. Но деньги шли на первоначальный взнос за здание клиники. Есть переписка с Антоном, где мы это обсуждаем.
Марина быстро записывала.
– Теперь о ваших правах. По статье 89 Семейного кодекса, супруг обязан содержать нетрудоспособную супругу. Учитывая вашу ситуацию, вы имеете право на алименты.
– Но он хочет развода.
– И после развода тоже. Статья
