Препод под прикрытием - Ульяна Николаевна Романова

Мы сели на свободные стулья, а Дамир что-то шепнул Марку. Они поменялись местами так, чтобы Дамир оказался рядом со мной, а Марк устроился напротив.

Стол ломился от обилия еды. Себя любимого Дамир не обидел, а аппетит, по всей видимости, у него был очень хороший, не зря же он такой огромный.

Виновник нашего обжорства взял шампур, бухнул его на мою тарелку, положил печёной картошки и потянулся за тарелкой с овощной нарезкой.

— Я столько не съем, — испугалась я.

— Кушай, Варя, меня мама из дома выгонит, если я тебя такую худую знакомиться приведу. Скажет, голодом морю. Отец вообще откажется от младшего сына за такое. Женщина должна хорошо и вкусно кушать, хабиби.

— Какая мама? Какой папа? — испугалась я. — Куда знакомиться?

— К ним домой, — захлопал он ресницами, — знаешь, как они рады будут? А то, говорят, несерьезный я, раз невесту до сих пор не привел.

— Все-таки переохладился, — с жалостью в голосе резюмировала я.

— Ладно, позже это обсудим. Но ты все равно ешь, а то скоро зима, метели, кирпичи тебе в карман подкладывать надо, чтобы ветром не унесло. Так, остальные птенчики, раз клювики открыли, вы туда тоже еду кладите.

Что примечательно, спорить никто из нас не решился. Лишь дядя Боря мягко улыбался и осматривал всех нас, как папочка большого неугомонного семейства.

Мы добавили дров в печку и до самого позднего вечера сидели в кухне дачного домика, болтая обо всем на свете. Дядя Боря что-то обсуждал с Дамиром, а мы с подругами внимательно слушали.

Дамир как-то ловко положил руку на спинку моего стула и прижал к себе, делая вид, что все так и должно быть. Прижал мою голову к своему плечу и старался шевелиться через раз.

А я настолько успокоилась, что даже задремала у него на плече. Проснулась оттого, что он очень мягко гладил мой затылок ладонью. Открыла глаза, подняла голову и посмотрела ему в глаза.

— Проснулась? — нежно прошептал Дамир, — поехали, домой отвезу.

Глава 30

Дамир

Варвара спала на пассажирском сидении, а я включил печку посильнее, чтобы птичка не замерзла.

Чувствовал себя влюбленным идиотом. И готов был дать ей все, лишь бы улыбалась. Даже свариться, пока веду машину, главное, чтобы птичка не простудилась и не чихнула два лишних раза.

Да-да, Камал был прав, когда говорил, что отказать любимой женщине невозможно. Но я никогда ему об этом не скажу. Никогда! Иначе у него даже борода будет самодовольно топорщиться во все стороны.

Я покосился на нее спящую и снизил скорость. Пусть отдыхает. Было у меня одно предположение, и его стоило проверить!

Варя проспала всю дорогу, а наблюдал за ней. Несмотря на все ее чумовые увлечения, я точно знал, что она очень ранимая и чувствительная девочка. И даже немного трусиха.

Нет, она не боялась крови, и у нее точно есть будущее в криминалистике, а вот своих чувств она боялась. Отношений боялась. Опасалась привыкнуть ко мне, защищая сердечко, чтобы не оказаться брошенной.

Возможно, эти страхи родились еще в детстве. Я выяснил, что родители ее почти всю жизнь провели в командировках, а Варю воспитывал брат и бабушка. И это сто процентов отразилось на ней сейчас.

Меня ни капли это не тормознуло. Что-то было такое в этой девчонке, что меня притягивало. Что-то такое, чего нельзя было облечь в слова, но оно вызывало в груди столько эмоций, сколько я за всю жизнь не испытывал.

И я не мог сказать, что я не влюблялся до нее. Влюблялся, делал глупости, добивался, встречался, расставался. Все было. Не было только странного, иррационального понимания, что она — та самая. Моя. Как второй кусочек мозаики, идеально совпадающий с моим. До встречи с бдительной Варварой, которая подарила мне седло!

Я улыбнулся своим воспоминаниям и притормозил у ее подъезда.

— Варенька, — позвал я, осторожно кладя ладонь на ее плечо.

Девчонка резко распахнула глазищи и испуганно охнула. Осмотрелась по сторонам и успокоилась, когда нашла взглядом меня. Я подтвердил свои догадки и решение принял мгновенно.

— Приехали, принцесса, — нахмурился я. — Родители дома?

— Уехали три дня назад, — зевая, ответила она и снова прикрыла глазки.

Понял.

— Ключики от квартиры где? — мягко уточнил я.

— В кармане, — она снова сладко зевнула и стала медленно выбираться из машины.

Я вышел первым, подхватил ее на руки и понес к подъезду.

— Дамир, я сама, — попыталась сопротивляться она.

— Как давно ты не спишь нормально? — рявкнул я, не сдержав своих чувств.

— Я сплю, — возмутилась птичка, — каждую ночь.

— Дай угадаю: при свете, да? Кошмары снятся?

— Ничего мне не снится!.. Поставь на ноги.

— Поставил, — согласился я у самой подъездной двери.

Она фыркнула, зыркнула на меня и достала ключи от подъезда. Открыла дверь и снова оказалась у меня на руках.

— Не шипи, малышка, на меня яд не действует, — хмыкнул я. — Этаж какой?

— Второй, — вздохнула она. — Я сама могу дойти.

— Зачем, если я есть? Зря седло дарила, что ли? — улыбнулся я.

Она доверчиво обняла меня за шею и неверяще смотрела, пока я легко поднимался на второй этаж.

— Открывай дверь, — я снова поставил ее на ноги и ждал.

Варя пока ничего не поняла и дверь открыла. Я прошел вместе с ней, запер дверь. Варя включила свет, а я спокойно снял обувь.

— Ты… — не поняла она.

— Ночую с тобой, — пояснил я, — что непонятного? Я как этот, которого на кровать вешаешь, а он плохие сны изгоняет.

— Ловец снов, — согласилась Варя. — А тебя обязательно вешать?

— Можно ложить.

— Класть, — поправила она.

— Одна фигня! Это, знаешь, как в стихотворении — «жопа есть, а слова нет». И вообще, я не русский. Давай, иди умывайся, переодевался в пижамку, и спать. Не спорь, хабиби, будет так, как я сказал.

— А если я полицию вызову?

— Полиция уже здесь, — я выпятил грудь вперед. — Давай, не сбивай сон. Потом еще повыясняем, что в семье главный мужчина, а пока спать. Приставать не буду, слово даю.

— Дамир…

— Ладно, если ты мне сейчас убедительно скажешь, что хорошо спишь, когда дома одна и тебе не снятся кошмары, — я уйду. Если не поверю, то либо остаемся тут, либо едем ко мне. Только учти, у меня в мозг вживлен датчик правды.

— А в язык ты что вживил? Ты язык тоже качаешь, чтобы тот не уставал столько болтать? — улыбнулась она.

— И не только для этого тренирую, но остальное я тебе позже покажу, — подмигнул я. — Не