Хозяйка Дьявола - Катерина Траум
– Теперь у тебя достаточно вдохновения, чтобы порвать всех в клочья?
– Ты сущий Дьявол, – вздохнула Сандра, не сдержав улыбки и ощущая полную невесомость в его руках.
– Твой личный Дьявол, – не стал он спорить, и только серебряные отблески в его глазах выдавали, как сильно ему понравилось слово «твой».
Забег
Приводить себя в порядок пришлось в спешке: со стороны ипподрома уже прозвучал первый гудок, призывая всех лошадей занять места в стартовых боксах. Сандра торопливо застегивала камзол, пока Деон повязывал ей на плечо нарукавник с номером.
– Надеюсь, ты два дня пропадал неизвестно где не просто так? Удалось что-то выяснить? – спросила она у него, тревожно поглядывая в сторону выхода из закутка денника.
– О да, практически все, – многообещающе заявил Деон. – Помог один старый друг, тоже бывший гладиатор. Сейчас некогда рассказывать, но на самом деле я бы тебе настоятельно рекомендовал отказаться от участия. Пока убийца не пойман…
– Я не могу, это вопрос дружбы с мэром и репутации моих лошадей, – вздохнула Сандра, наконец-то закончив с пуговицами. – А мне и так предстоит летом отрабатывать все последние траты – на моих жеребцов должна быть очередь, чтобы можно было взвинтить цены.
Она резво сняла со стены наспех выбранный хлыст, одним хлестким ударом проверив его жесткость на собственном ботфорте, и Деон шумно выдохнул:
– Заберем с собой эту штуку после скачек? Я знаю ей куда более интересное применение…
Взглянув на его вдохновленно светящееся лицо, на котором не было и следа былой озлобленности, Сандра не смогла сдержать смеха. Игриво хлопнула гибким кончиком хлыста по его бедру и побежала к выходу, пока за ней не явились организаторы.
– Хорошая идея, но хлыст – мой конек, а не твой.
– Подожди! – окликнул ее Деон, заставив обернуться, и кинул ей шлем, пойманный на лету. – Удачи, моя госпожа. Буду болеть за тебя из первого ряда.
Улыбнувшись ему в последний раз, Сандра понеслась к нетерпеливо бьющей копытом Искорке, на ходу застегивая шлем. Легко вспорхнула в седло и потрепала любимицу по угольно-черной гриве. На боках у той уже было закреплено полотно со стартовым номером и висел дополнительный груз на недостающие пять фунтов.
– Покажем им, на что мы способны? – бодро спросила Сандра, чувствуя, что Деону удалось-таки зарядить ее энергией и азартом на предстоящий забег.
Пусть они вряд ли смогут выиграть, но и легко победу точно не отдадут!
Кобыла согласно заржала и повезла наездницу на ипподром. Яркие лучи полуденного солнца на миг ее ослепили, чтобы затем высветить с детства знакомую картину. Эллипсовидные дорожки, тщательно вычищенные от снега и припорошенные песком. Деревянные хердели[15] на каждой тысяче футов. Высокий постамент для судей в середине поля, с которого подавались сигналы и ведущий в рупор комментировал происходящее. Уровневые трибуны, в отличие от бойцовской арены не выделяющие места по их стоимости: одинаковые лавки, и только где-то в середине затесалась ложа для мэра.
Солнце весело играло на лицах собравшихся зрителей, шумно обсуждавших происходящее. Лошади как раз тянулись из денников в общий коридор, ведущий к дорожкам, позволяя оценить себя со всех сторон. Всего восемь участников, и почти все Сандре были знакомы. Под номером один неспешно вышагивал вороной Торнадо, и его наездник в черной форме вызвал у графини возмущение: скотина Ньюэлс, отказавшийся быть жокеем Искорки из якобы гуманных соображений. Похоже, мэру отказать было сложнее. Уловив на себе взгляд Сандры, он торопливо опустил голову и шлепнул поводьями, заставив Торнадо идти быстрее.
– Лживая задница, – прошептала она себе под нос, мысленно вычеркивая его из всех списков наемников.
В коридоре становилось теснее. Скачки не были профессиональными, а потому не имели строгих критериев допуска, так что лошади оказались самых разных мастей. Сандра наметанным взглядом определяла породы и их потенциал. Номер два – добротный ахалтекинец под наездником-цыганом, похоже хозяином коня. Третий – арабский жеребец, слишком норовисто мотающий головой. Чересчур молод и, похоже, так же неопытен, как его парнишка-жокей в зеленом камзоле. Дальше шли трое чистокровных классических английских верховых, владельцев которых Сандра знала: местные бизнесмены, которые тоже выставлялись на скачки для общего имиджа. Восьмой номер удивил – давно в их краях не было видно французского селя, ярко-рыжего и очень послушно шагающего под указом наездника, еще одного смуглого цыгана.
Неплохой конь – можно попробовать перекупить его после скачек. Нечего такой капризной породе делать в руках кочевников.
С этими мыслями Сандра уверенно вышла из коридора на дорожку, даже не думая, что как раз сейчас их с лошадью зрители видят во всей красе. И нервно сглотнула, услышав в спину неприличный свист.
– А хто бабу пустил? С каких пор у нас девок на коня по-мужицки садють? – надрывался уже явно нетрезвый незнакомый ей мужчина в первом ряду, и его возмущение внезапно подхватили сидящие рядом:
– И впрямь, а с ходу незаметно было. Эй, а я на шестой номер поставил! Вот же срань…
– Ни стыда ни совести, – заворчала пожилая женщина в огромной шляпе, которая полями закрывала обзор окружающим. – Разве ж можно порядочной девушке, да в таком виде… Тьфу, срамота!
Нет, эти возгласы совсем не стали сюрпризом: нечто подобное Сандра ожидала от общества с его закоренелыми устоями. Мужской костюм на ней и вправду для взоров прошлого поколения равнялся выходу в неглиже. И все же слышать подобное все равно неприятно, особенно когда на пьяный бред зачинщика отреагировали другие жокеи, с любопытством кидая оценивающие взгляды на соперницу. Наездник ахалтекинца даже презрительно сплюнул в сторону, прежде чем занять место во втором боксе:
– Дуреют бабы. Им детей рожать, а не задницу об седло стирать.
– Снимите уже шестой номер, эй, там! – продолжал орать пьяный голос, как вдруг резко замолк и сменился на протяжный стон.
Сандра машинально оглянулась и не смогла сдержать улыбки: схватив пьянчугу за шкирку, Деон смачно приложил его лбом о решетку ограждения, и тот сполз под лавку. Встретившись взглядом со своей госпожой, Деон довольно ухмыльнулся и отсалютовал ей, как верный солдат, вставший в обороне своего лагеря.
Благодарно ему кивнув, Сандра поспешила в шестой бокс, потому как над ипподромом уже разнесся второй гудок, а следом прозвучал усиленный рупором голос ведущего:
– Дамы и господа, приветствую вас на первых в истории Нью-Биллингтона рождественских бегах! Прошу всех занять свои места, а участников встать на старт!
Искорка вела себя
