Осатаневшие - Джефф Стрэнд

Мать Грега едва ли обратила внимание на мой комментарий. То ли кивнула, то ли пожала плечами – непонятно. Я на мгновение замер, ожидая нормального ответа.

– Спасибо, – наконец сказал я, решив, что разговор окончен.

– Ага.

Я пошел обратно к себе. Меня так и подмывало упомянуть, что ее десятилетний сын показывает средний палец взрослым, но я не хотел быть нытиком и сплетником. Пока они не портили вещи и не причиняли вреда животным, я твердо стоял за то, что у детей должно быть детство. Я прожил в этом районе почти три года, и раньше никаких проблем не было.

На следующий день я был так поглощен работой, что потерял счет времени. Очнулся, только услышав, как взвизгнул от боли Игнац. Я выскочил за дверь, как раз когда эти маленькие засранцы запустили в него еще по камню (надо сказать, оба промахнулись), а затем с хохотом убежали. Я присел рядом с Игнацем и провел ладонью по шерсти. На спине остался небольшой рубец.

Сейчас-то я понимаю, что они дети, а я взрослый, что надо было быть выше этого. Но тогда мне не хотелось «быть выше». Я быстро рисовал и намного опередил график сдачи «Спотыкашки». Так что потратил вечер на отдых и планирование мести.

Во-первых, нужна была фальшивая бензопила. Не какая-нибудь резиновая дешевка – я хотел такую, чтобы выглядела и звучала как настоящая, но, понимаете ли, не разрезала пополам детей. После пары телефонных звонков такая нашлась в магазине костюмов в полутора часах езды. Я с удовольствием туда съездил.

Я подумал, что еще хорошо бы найти фальшивую отрубленную голову, имитирующую десятилетнего ребенка, но такую к следующему вечеру найти не смог. Так что выбрал голову взрослого человека – по-настоящему классную, с вывалившимся изо рта резиновым языком и торчащими из шеи позвонками.

На следующий день я выпустил Игнаца во двор и облился искусственной кровью. Посмотрел на себя в зеркало. Нет, маловато. Когда крови стало достаточно, она уже «запеклась», хе-хе.

Мерзкие маленькие подонки явились точно по расписанию. Когда Деннис вдарил кулаком по забору, я выскочил из дома и побежал к ним, держа в правой руке отрезанную голову, а в левой – ревущую бензопилу.

Грег и Деннис закричали. Грег мгновенно намочил штаны. Крича от ужаса, дети рванули прочь.

Знаю, надо было остановиться тогда. Но я открыл ворота и погнался за ними по тротуару, хохоча как сумасшедший. К моему разочарованию, они не могли услышать этот чертовски странный смех из-за шума бензопилы.

В конце квартала Деннис споткнулся и упал. Грег оставил друга и припустил, не оглядываясь, до самого дома.

Я выключил бензопилу и подошел к Деннису. Он тоже обмочил штаны. А рука его вывернулась под неестественным углом.

Ой-ей.

Вот чувствовал же, что наживу себе проблем.

* * *

– Почему? – спросил Чак Роудс, мой агент и издатель. Мы сидели в шикарном ресторане морепродуктов, где он всегда заказывал ребрышки барбекю. – Почему ты решил, что это нормально – гоняться за маленькими детьми с бензопилой средь бела дня?

– Это была фальшивая бензопила.

– Не умничай. Не смешно.

– Многие с тобой не согласятся. Надо будет сделать из этого выпуск.

– Джейсон, я серьезно. То, что родители не выдвинули обвинений, не значит, что они не подадут в суд. И это может обернуться настоящим кошмаром.

– И по идее, тебе понравится.

– Нет. Нет, не понравится. – Чак сделал большой глоток воды со льдом. Бедняга разменял пятый десяток, но выглядел на десять лет старше. Он часто пытался свалить вину за этот лишний десяток на меня, но вообще-то у него подрастало шесть детей (причем трое из них приемные). Так что я не собирался брать на себя ответственность за его совершенно седые волосы и многочисленные морщины.

– Я уже говорил, что оплачу медицинские счета и даже нарисую на гипсе несколько скетчей.

– Да, это все компенсирует. Особенно возможную травму на всю жизнь.

– Значит, они будут всю жизнь бояться психов с отрезанными головами и бензопилами в руках. Нужный страх. Моя бензопила была фальшивой, но в следующий раз они могут столкнуться с настоящей.

– И снова не смешно. Совсем. Подростков от пятнадцати до девятнадцати, возможно, позабавила бы твоя выходка, но большинство не одобряет тех, кто ломает руки детям. Ты можешь всего лишиться.

– Нормально все будет. Пропихнем в СМИ по-настоящему умилительную фотографию Игнаца, и меня все поддержат.

Чак вздохнул.

– Знаешь, вот с Festering Pus у меня никаких проблем. Почему от хеви-метал-группы у меня голова не болит, а от комиксиста болит? Ты знал, что после них в гостиничных номерах лучше, чем до них? Так вот, это чистая правда. Они даже цветы уборщицам оставляют. А ты сводишь меня с ума. На законных основаниях.

– Прости.

Во многом я был обязан успешной карьерой именно Чаку. Но если бы я знал, чем, черт возьми, обернется первая попытка попробовать себя в комиксах, то, наверное, никогда бы не подписал с ним контракт. Как и я, он жил в Джексонвилле, штат Флорида, а не сидел, зарывшись в бумаги, в Нью-Йорке. Не имея особых знаний, Чак представлял интересы самых разных клиентов. Невероятно усердно трудился, был хорошим другом, и мне ни разу не приходило в голову взять на его место «настоящего» агента. Даже из известных. С другой стороны, ему наверняка ну очень-очень часто хотелось дать мне пинка.

«Спотыкашка» выстрелил куда быстрее, чем мы ожидали, и деньги потекли рекой. Я быстро понял, что чувствую себя виноватым. Я думал, что боюсь прикасаться к деньгам, но оказалось, что у меня страх именно денег как таковых. Это было еще более странно. Впервые получив чек на по-настоящему крупную сумму, я потом маялся животом. Почему, сидя дома и рисуя забавные картинки, я зарабатываю так много? И я начал выписывать чеки в разные благотворительные организации. Без огласки, без «Посмотрите на меня! Оцените! Я отдал 0,0007 % своего годового дохода на такое благородное дело!».

Как ни странно, налоговая засомневалась, что я жертвую почти все доходы на благотворительность. Это привело к ряду проблем, и мне пришлось доказывать, что я не финансирую терроризм и подобное дерьмо. К счастью, я хоть и боялся денег, но был не настолько глуп – подшил все чеки. Из этого сделали небольшой инфоповод: чудно́й успешный комиксист раздает свои деньги направо и налево.

Само собой, мне создали имидж психа, живущего за мусорным баком и слизывающего засохшую нугу с оберток от шоколадных батончиков. Чаку это не понравилось. Как не понравились и тысячи просьб «пожертвовать»,