Осатаневшие - Джефф Стрэнд

Эпилог

Утолю ваше любопытство: мы с Куинн не полюбили друг друга и даже не стали парой. Мы даже не обедали больше вместе, хотя и сохраняли теплые отношения. Должен сказать, мы проявили чудеса командной работы, заметая следы и объясняя исчезновение Вика. Конечно, Куинн пришлось обратиться в полицию, но криминалисты в ее доме не появились. Насколько я могу судить, нам все сошло с рук.

Куинн и правда волонтерила по вечерам и выходным в приюте для животных. Думаю, ей нравилось этим заниматься. И хорошо: это ведь было не наказание, а отработка кармы.

Я продал бо́льшую часть того, что имел, и взял на работе отпуск.

Демоны могли явиться откуда угодно, и узнать их было невозможно: у них ведь лица меняются.

Как бы то ни было, с историей про резню в Гранд-Рапидс я разобрался быстро. Ну, вы помните, Куинн рассказывала про исполнение «священного долга» в прошлый раз. Найти того, кто проехал на красный и врезался в машину отца семейства, было легко. Видимо, эта авария так его разозлила, что он призвал для мести своих друзей-демонов.

Очень скоро меня ждала встреча с Блейком Уоллсом.

А пока я готовился, прорабатывал детали. Нужно было уединенное место для «бесед», нужно было иметь возможность отрубить ему голову, если начнет читать заклинания. Но я был уверен, что при должном планировании смогу заставить его выдать имена братьев-демонов. Может, не всех, но на первое время хватит.

Если Уоллс все-таки призовет их исполнять «священный долг», и они придут… Что ж, я закупился как следует, и мой арсенал полон самых убойных (но, разумеется, легальных) средств обороны, какие я только смог найти.

Вперед, ублюдки.

Болячка

Благодарности

Спасибо мощному Тоду Кларку, мощной Венди Лэтэм, мощному Майклу Макбрайду, мощному Джиму Мори, мощной Ронде Реттиг, мощной Донне Фитцпатрик Стинсон, мощному Полу Синурии II, мощному Тристану Торну и мощному Мэтту Уортингтону за огромную помощь в работе над этим романом.

Глава 1

Вообще, я профессиональный лжец. Но эта история – чистая правда.

Она очень запутанная. Возможно, я позволю опубликовать ее после смерти. А может, и нет. Не решил пока. Сейчас все в моих руках.

Если ее все-таки опубликуют, хочу, чтобы вы знали: я лично написал каждое слово. Специально уточняю, чтобы вы не думали, что поработал литературный негр или что история «верно записана с моих слов», когда я бормочу в диктофон, а кто-то перерабатывает мои несвязные мысли в готовый коммерческий продукт. Все не так. На этих страницах мои слова. На этой клавиатуре моя кровь.

Меня зовут Джейсон Трей. Да, тот самый Джейсон Трей. Возможно, вы наслышаны о случившемся. Лучше бы нет, конечно: предубеждения – то еще дерьмо. Но неважно, что вы видели, слышали или читали, – это все неполная правда. Правда здесь. И Болячка тоже. Если вы пришли за историей Болячки, поверьте, дамы и господа, на этих страницах болячек хватает!

Не парьтесь. Обещаю, тут не будет плаксивых причитаний, какой я бедный, и череды блевотных оправданий. Мне не надо, чтобы меня жалели после смерти. Просто хочу записать, что именно произошло и почему.

Книгу я пишу в 1986 году, но в повествовании мы вернемся к середине сентября 1985 года. Именно тогда началась эта маленькая история. И началась она с соседских детей, Грега и Денниса, которые только-только пошли в школу после каникул. Выглянув как-то из окна гостиной, я увидел, как они стоят у меня на заднем дворе и гремят прутьями забора, дразня моего шнауцера. Ничего страшного в этом нет, я и сам в десять лет частенько дразнил собак. Так что я вернулся к работе.

На следующий день все повторилось. Игнац бегал взад-вперед, яростно лая, а дети смеялись и кричали что-то вроде: «Не достанешь, глупый пес!» Не могу спорить с этой оценкой. Игнац один из самых милых псов, что я знал, но его интеллект действительно оставляет желать лучшего. Как бы то ни было, я решил положить этому конец.

Я вышел через заднюю дверь и дружелюбно улыбнулся.

– Ребят, я вынужден вас попросить. Не дразните собаку. Если он заходится лаем, соседи расстраиваются.

– Пошел ты, дедуля! – Грег показал мне средний палец, и дети со смехом убежали.

Дедуля? Дедуля?! Мне тогда едва исполнилось тридцать восемь! Всего месяц назад день рождения справлял!

Маленькие ублюдки. Я немного поиграл с Игнацем, отвел его в дом и вновь взялся за комикс «Спотыкашка». Я зарабатывал его рисованием последние десять лет. Кульминацией нынешнего эпизода стал момент, когда жуку Зепу засунули в нос каменную горгулью. Рисовка этого кадра далась труднее, чем я ожидал.

На третий день маленькие гаденыши начали швыряться камнями. Я выбежал на улицу и как раз услышал громкий скулеж: камень попал Игнацу в бок. Грег и Деннис убежали. Игнац, кажется, не пострадал: он радостно лизнул меня в лицо, когда я взял его на руки, – но теперь пришло время навестить родителей.

Если я правильно помнил, Грег жил в красном доме на углу, в двух кварталах. Я отнес Игнаца домой, подошел к двери и постучал. Мне открыла усталая коренастая блондинка.

– Приветствую, – сказал я. – Вы мать Грега?

– Да.

– Я Джейсон Трей, уже пару лет как живу в белом доме…

– Тот, у которого кладбище во дворе?

Я улыбнулся.

– Только на Хеллоуин.

– Вообще-то, весь октябрь. – На ее лице и мускул не дрогнул.

– Да. Как бы то ни было, ваш сын и его друг бросали камни в мою собаку.

– Может, они защищались.

– Пес за забором.

– Может, они боялись, что он вырвется наружу.

Я покачал головой.

– Если бы они боялись его, то не стояли бы там и не бросались камнями. Слушайте, я не из тех, кто постоянно нудит: «Дети, брысь с моей лужайки!»

– Ну-ну.

– Серьезно, я не из таких. Просто не могу допустить, чтобы ваш сын обижал мою собаку. Так что я был бы признателен, если бы вы поговорили с ним и дали понять, что бросаться в животных камнями нехорошо.

– Почему вы не держите пса в доме?

– Я поставил забор именно для того, чтобы Игнац мог гулять на улице. Я не прошу вас сажать ребенка под домашний арест, а прошу сказать, чтобы он перестал вести себя как психопат.

От этих слов я и сам поежился. Как правило, родители нездорово реагируют, когда их ребенка называют психопатом. Но эта дама уже начала выводить