Операция: Лох-Несс - Уильям Микл
- Слышал, Bиггинс? Только выстрелы в голову.
- Да, капитан. Либо это, либо пару выстрелов в задницу - и дело сделано.
Бэнкс огляделся в поисках Хайнда.
Сержант стоял на дальнем конце уступа от высокого пиктского креста, глядя вниз, на поверхность озера.
- Здесь еще есть ступеньки, капитан, - сказал он.
Он говорил тихо, но его голос эхом разносился по пещере.
Бэнкс поднял глаза, гадая, не спугнут ли они каких-нибудь сидящих на скале летучих мышей, но, кроме четырех мужчин, в целой сверкающей пещере, казалось, не было ни одной живой души. Бэнкс подошел к Хайнду и посмотрел вниз, на озеро.
Ряд столь же изношенных каменных ступеней спускался от его ног к краю воды и продолжался за поверхностью озера, углубляясь в мерцающие зеленые глубины. Сетон заговорил у него за спиной.
- Место для ритуала, какого-то крещения, не удивлюсь, - сказал он. - Еще одна вещь, которая объединяет христианство с более древними, эзотерическими традициями.
Bиггинс сумел докопаться до сути дела.
- Да, все это очень мило, несомненно, - сказал он. - Но где, черт возьми, это чудовище? Я устал гоняться за ним по этому проклятому озеру. Оно убило моего друга, и пришло время расплаты.
* * *
Сетон повернулся к Бэнксу. Старик снова выглядел уставшим и бледным. Зеленоватый оттенок свечения подчеркивал тени под его глазами и впадины на щеках. Но его голос был достаточно сильным.
- Позвольте мне попробовать. Мне нужен только мой голос, - сказал Сетон. - Позвольте мне встать на кресте и снова попробовать его позвать. Вы все видели, что это работает, вы знаете, что даже раненное, оно должно отреагировать, здесь, в месте, где его дрессировали. Позвольте мне привести его сюда.
- А потом мы отстрелим этому ублюдку голову? - спросил Bиггинс.
Сетон с болью посмотрел на эту мысль.
- Я надеялся успокоить его, - сказал он.
- Да, это не помогло Келли, верно? И даже если я позволю тебе попытаться удержать его под контролем, и даже если тебе это удастся, что мы будем делать дальше? Мы же не можем привезти сюда огромную клетку, чтобы отвезти его в Эдинбургский зоопарк, верно? - ответил Бэнкс.
- Конечно, с ресурсами армии в вашем распоряжении...
Бэнкс остановил его смехом, который эхом разнесся по озеру и шепотом вернулся к ним.
- Мы отстранены от службы, наш начальник в этот самый момент получает по заднице от одного конца Эдинбурга до другого, и единственные ресурсы, которые у нас есть, - это то, что мы привезли с собой сюда.
Bиггинс прервал его.
- Значит, мы отстрелим этому ублюдку башку? Потому что я хочу отстрелить этому ублюдку башку.
Бэнкс улыбнулся.
- Мне это нравится, Bигго.
* * *
Сетон стоял у высокого пиктского креста, положил руку на камень, словно пытаясь вытянуть из него энергию, и начал петь. Сначала его голос был тонким и хриплым, но эхо в камере, казалось, усиливало каждую слогу и возвращало энергию пожилому мужчине, потому что его голос становился сильнее с каждым повторением.
- Ri linn cothrom na meidhe, Ri linn sgathadh na h-anal.
- Ri linn tabhar na breithe Biodh a shith air do theannal fein.
По поверхности воды пробежала серия ряби, исходящая из дальнего конца, где они стояли. Бэнкс смотрел прямо на нее, когда, более чем в ста метрах от них, голова зверя вынырнула из воды и издала лай, который раздался по пещере, как выстрел.
- 14 -
Сетон продолжал петь. Зверь двигался вперед, не прямо к ним, а показывая все три горба сбоку, плывя зигзагом, который медленно и осторожно приводил его через озеро. Он поднимал голову только для того, чтобы лаять на последней слоге каждого повторения песнопения.
Бэнкс увидел напряжение на лице Сетона, боль, запечатлевшуюся в жестких линиях у его глаз и рта, но пожилой мужчина продолжал петь в идеальном ритме, и зверь продолжал приближаться, его лай теперь звучал почти возбужденно. Его огромный размер, когда он плыл, заставлял всю поверхность озера рябиться и колыхаться, отправляя зеленые и черные тени танцевать в сталактитах в такт его вялым движениям.
Бэнкс повернулся к остальным как раз перед тем, как зверь оказался в пределах досягаемости.
- Ладно, парни, все готово. Никаких колебаний, никаких глупостей, мы быстро убьем этого ублюдка, а потом сможем свалить домой в столовую за пирогом и пинтой, которые я пропустил в начале этой херни. Вставьте затычки.
Все трое засунули глубоко в уши мягкие пробки, защищающие слух.
- За Келли! - крикнул Bиггинс, и Бэнкс с Хайнд кивнули.
- За Келли!
* * *
Голос Сетона дрогнул и в конце концов оборвался, а на губах появилась свежая струйка крови. Но он сделал свое дело, и зверь продвинулся вперед, так что оказался почти прямо под ними. Бэнкс теперь сильно чувствовал его запах - мускус, кровь и тепло. Зверь поднял голову, посмотрел прямо на него и дважды залаял, теперь уже не столько возбужденно, сколько злобно.
- Целься в голову и стреляй, - крикнул Сетон.
Вспомнив реакцию зверя на прожектор в замке, Бэнкс включил свет на своей винтовке и направил его прямо в глаза зверя. Тот закричал, издавая высокий визг, и продолжал визжать, пока все трое из отряда не выпустили по три пули в его голову.
Но даже тогда тварь не упалa, а, используя задние лапы и хвост, бросилaсь на них, облив их холодной водой от колен и ниже. Онa судорожно металaсь, отрывая куски камня от края. Бэнкс отступил назад и успел выстрелить еще два раза выше его глаз, но онa все равно приближалaсь, наконец схватилaсь передними лапами за выступ и подтянулось на всю длину, нависнув над ними.
- Попрощайся со своими яйцами, придурок, - крикнул Bиггинс и трижды выстрелил в тяжелый мешок, который висел, вырисовываясь на фоне мерцающего озера.
Бэнкс и Хайнд сосредоточились на голове, даже когда пасть животного открылась, обнажив белые шестидюймовые клыки. Кровь текла из многочисленных ран на его лице, а левый глаз выпал, и кровь стекала по щеке.
Зверь посмотрел прямо на Бэнкса, пронзительно завыл от гнева и боли и бросился вперед с открытой пастью, с толстым розовым языком, свисающим с левой стороны и капающим
