Здравствуйте, я ваша ведьма Агнета. Книга 11 - Евгения Владимировна Потапова

— А это что у вас такое на шее? — поинтересовалась я.

— А это? — Дмитрий потер шею. — Не знаю, фигня какая-то. Я уже с ней и к кожнику ходил, и к венерологу, и к эндокринологу, никто ничего своего не находит. То появляется, то пропадает. У меня первый раз она появилась где-то десять лет тому назад, дочке как раз годик исполнился. Жена тогда на меня за любую мелочь срывалась, то я не так сижу, не так гляжу, не так ем, не так сплю. Но понятно, ребенок маленький, ходить только начала, глаз да глаз за ней. Жена устала, я всё понимал, старался не отсвечивать, лишний раз не шуметь и не выдавать свое присутствие дома. И вот мы поехали к матери все вместе. Сидим за столом после бани, а меня брат спрашивает, кто мне на шею удавку повесил. Он-то пошутил, а мне не до смеха, думал, на работе заразу какую зацепил. Я тогда грузчиком работал, общие душевые и всё такое. Побежал по врачам, а те ничего не нашли. Мать меня к бабке таскала, та что-то там говорила, что это, дескать, жена тебя хочет к себе привязать, да я особо в разговоры эти не вникал. Думаю, конечно, хочет, она ведь моя жена, у нас общий ребенок, никто не хочет один оставаться. Полоса после похода к этой бабке прошла. Потом еще несколько раз появлялась и пропадала. Но как бы она меня не особо беспокоила, я уже на нее внимания перестал обращать. Вот только последнее время чувствую, что что-то не то.

— Ну а женщина эта, последняя которая, — поинтересовалась я.

— Ну откуда же я знаю, о ком вы говорите, — пожал он плечами. — Вы хоть намекните, может я пойму, откуда ноги растут.

Я снова уставилась в карты, вдруг перед моими глазами проплыл образ, за который я уцепилась.

— Беретка такая красная, пальто горчичного цвета и хромает.

Он на меня взглянул с изумлением на лице.

— Да нет, не может быть. Вы уверены?

— Ну извините, мне ее без пальто не показали, — хмыкнула я. — Так что сами думайте, кто это. Я предполагаю, что в вашем окружении не так уж и много женщин, которые хромают.

— У нас хромает только жена моего друга, — сказал Дмитрий. — Но я даже ее не рассматривал в роли женщины, честно говоря, я даже не могу сказать, как она выглядит.

— А про пальто и шапку запомнил?

— У нее просто шарф еще зеленый, и мы как-то с женой посмеялись, что одета она как светофор: красный, желтый, зеленый. Вот в голове и засел ее образ, но только одежда и хромота. Я даже поводов никаких не давал, да и жену я люблю, наверно, люблю. Я теперь даже и не знаю, — вздохнул Дмитрий. — Но вот на жену друга никогда бы даже не посмотрел, для меня это табу. Не знаю, что она там в голове своей возомнила.

— Поэтому приворот лег порчей, — сказала я. — Мама, конечно, у вас своеобразная женщина, но она просто пыталась убрать всё это, что на вас налепили. Чует материнское сердце, что беда с вами происходит, но вам всё же иногда своей головой думать надо.

— Она же моя мама, зла никогда мне желать не будет.

— Ну да, — кивнула я. — Вот только с первой девочкой, конечно, не всё понятно, был приворот или мама ваша отворот на вас двоих заказала, поэтому вас так по голове шарахнуло. Но тут магические остаточные эманации, в которых мне копаться как-то не хочется. Просто это надо всё убирать, чтобы они не фонили. Всё, что было сделано, грязно убрали, наследили. Ну, собственно, всё. Лечиться будем или домой поедете?

— Да я даже не знаю, — пожал он плечами. — Конечно, вот порчу от этой хромоногой фрау надо снять, да и старое не пойми что тоже надо убрать. Но что мне делать с гармонизацией жены? — спросил Дмитрий.

— На данный момент это всё работает как порча. Понимаете? Вот то, что на вас лежит, весь этот пласт приворотов, отворотов, недоделанных чисток — это одна сплошная порча. Она будет вас жрать, жрать и жрать, затягивая всё больше и больше все ваши слои жизни.

— Но, блин, это же по жене ударит, а у нас с ней дети общие, мне ее жалко. Или не ударит? — он с надеждой на меня посмотрел.

— Я ничего не могу вам обещать, вообще никак, у высших сил свои законы и свои мысли на всю эту ситуацию. Я всё это уберу, а куда оно уйдет, меня уже это не волнует.

— Ну то есть есть вероятность, что ударит по ней? — попытался уточнить он.

— Смотри, Дмитрий, я не убираю, ты живешь с этой гадостью. Сто процентов в это влезет твоя мать, попытается всё это убрать своими силами или найдет кого-то еще.

— Я попрошу, чтобы она не вмешивалась.

— Хорошо, ты живешь с этой дрянью, постепенно деградируешь, алкоголизм или еще чего похуже, появляются тяжелые хронические болячки, безденежье, ссоры в семье и т. п. Люди, которые находятся с тобой рядом, часть черноты перетянут на себя. В основном это те, кто самые слабые в семье, — стала я объяснять.

— Это дети, — Дмитрий помрачнел.

— Да, это дети, и твоей жене тоже достанется. Невозможно жить с человеком, у которого открытая форма туберкулеза, и не заразиться. Или жить в помещении с плесенью и не дышать ей. Понимаешь?

— Да, — кивнул он. — Но мне всё равно надо подумать.

— Думай, — пожала я плечами. — Я в помощи тебе не отказываю, но и навязываться не буду.

— Да-да, спасибо.

— Ты чай пей. Тошнота прошла? — спросила я.

— Вроде прошла, вот только на душе как-то муторно.

— Ну, с душой — к батюшке.

— Да, спасибо, я пойду.

— Иди, — кивнула я.

Дмитрий одним махом допил холодный чай, вышел в предбанник и стал одеваться.

— Я вам позвоню, — сказал он.

— Звони.

Проводила его за калитку. Он сел в автомобиль, развернулся и поехал в сторону трассы.

— А пакет со жрачкой он забыл, — радостно проговорил мне в ухо Шелби.

— Потом заберет, — я махнула рукой и прикрыла калитку.

Глава 9-10

Не поедешь сама — отвезут

Через сорок минут после того, как уехал Дмитрий, мне позвонил Олег.

— Привет, Агнета. Как дела? — выпалил он.

— Привет. Нормально. Что-то случилось? — поинтересовалась я.

— Да тут у меня один товарищ сидит, кажись, твой клиент, — сказал он.

— В