На деревянном блюде - Алина Игоревна Потехина
Тело качнулось назад, едва уловимо, но волк тут же подобрался. «Не поворачиваться спиной. Не убегать. Не показывать страх», – пронеслись в голове слова, услышанные в глубоком детстве от пожилого охотника, который часто заходил к бабушке в гости.
Я опустила руки и шумно втянула воздух. Волк сделал ещё один шаг навстречу, склонил голову и присел, словно готовясь к прыжку. Тогда я сделала единственное, что могла, – перехватила сумку, чтобы в случае, если волк всё-таки прыгнет, – ударить его по морде. «Если успею», – скользнула неожиданно холодная мысль.
Не знаю, сколько мы так простояли до того, как я услышала первый звук – глухое, исходящее из глубины груди рычание. Волк не скалился, не подходил ближе, только смотрел исподлобья, держал взглядом крепче, чем зубами.
Я медленно сжала свободную руку в кулак. Волк чуть наклонил голову и сдвинулся ещё на полшага ближе ко мне.
– Что тебе нужно? – прошептала я пересохшими губами.
Волк остановился. В по-человечески осознанном взгляде мелькнула искорка удивления.
Сбоку послышался шум, топот ног пробежал рябью по пространству.
– Тынагыргын! – крикнул кто-то.
Волк повернулся на звук, оскалился, затем бросил на меня последний, чуть насмешливый взгляд и сбежал, проломившись напрямую через кусты.
Только после этого я смогла осмотреться. Первое облегчение схлынуло ледяной волной страха, когда я поняла, что ко мне подбегает Майя Дмитриевна. Но не это напугало меня, а осознание того, что она знает моё настоящее имя. Рядом с ней бежали двое росгвардейцев. Они посмотрели на меня, озадаченно переглянулись и, поглядывая в сторону, в которую убежал волк, подошли. После секундного колебания один из них полез в кусты, в которых скрылся зверь, а второй приблизился ко мне.
– Всё в порядке? – спросил он.
– Да.
Я отошла на шаг от преподавательницы, что не укрылось от взгляда гвардейца.
– Вы её знаете? – спросил он, кивнув на Майю Дмитриевну.
– Да. Это мой преподаватель, – неуверенно ответила я. – То есть лаборант на кафедре.
– Вы эту собаку раньше не видели?
– Видела. Он тут в округе ходит, – я провела рукой, очерчивая пространство.
– Крупный. Странно, что раньше никто не пожаловался, – парень нахмурился. – Вас проводить?
Я неуверенно покачала головой. Присутствие молчащей Майи Дмитриевны действовало мне на нервы, но количество вопросов к ней, которые у меня возникли за последние несколько минут, заставило отказаться.
Мы попрощались с росгвардейцем, который пошёл вслед за напарником, и медленно пошли в сторону моего дома.
– Как вы меня назвали? – не выдержала нервного напряжения я.
Преподавательница замялась, почесала затылок, а потом махнула рукой и ответила:
– Тебя же Тынагыргын зовут?
– Откуда вы знаете? – практически закричала я.
– Я… – Майя Дмитриевна замолчала. – Давай дома поговорим.
– Я вас домой не пущу!
Я остановилась, из-за чего женщина споткнулась и, чуть не упав, пискнула.
– Нам надо поговорить, – сказала она после того, как выпрямилась. – Всё не то, чем кажется, Тынагыргын.
– Кто ты? – от страха я перешла на ты.
Майя Дмитриевна несколько мгновений смотрела мне в глаза, после чего тихо ответила:
– Вувыльту.
– Кто? – я сделала шаг назад.
– Блюдо же работает, да? – с сочувствием спросила она.
Я медленно кивнула. Пальцы налились холодом. Приглядевшись, я поняла, что воздух вокруг женщины всё-таки рябит, и сжала челюсти.
– Ты же не думала, что твоя сказка – единственная?
– Та самая Вувыльту? – я сглотнула. – Мышка Вувыльту?
– Ну… да, – она слегка улыбнулась.
– Я не верю.
– Я смогу доказать, но не здесь, Тынагыргын.
– Откуда ты знаешь моё имя?
Майя Дмитриевна устало махнула рукой в сторону моего дома.
– Давай поговорим там. Обещаю, от меня тебе ничего не грозит.
– Так я и поверила.
– Иначе пусть духи отвернутся от меня.
Я вздрогнула. Она произнесла страшную клятву, такую, от которой не отрекаются. Мои глаза зацепились за её взгляд – слишком обеспокоенный, чтобы быть враждебным, и я, внутренне содрогнувшись, кивнула.
Глава 5
Всю оставшуюся дорогу до дома мы молчали. Я судорожно переваривала информацию и пыталась сформулировать вопросы, на которые было бы невозможно ответить двусмысленно. Периодически ловила на себе сочувственные взгляды Майи Дмитриевны, но старательно делала вид, будто не замечаю её.
В квартиру мы вошли так же молча. Лаборантка, не дожидаясь приглашения, прошла на кухню, налила воды в чайник, после чего включила его и невозмутимо уселась за стол. Несколько минут до закипания я сверлила Майю Дмитриевну злобным взглядом. Её, впрочем, моё возмущение ни капельки не трогало. Она с любопытством оглядывалась вокруг, водила ладонями по столу и еле заметно улыбалась.
Когда чайник вскипел, лаборантка, которой ребята дали прозвище Мышка, выразительно посмотрела на меня. Моим первым порывом было проигнорировать её взгляд, но законы гостеприимства взяли верх. Я встала, достала кружки, налила до краёв чай и достала конфеты, которые Алёна припрятала на верхней полке шкафа. Прятала она их не от меня, а от себя, поэтому угрызений совести я не испытывала.
Майя Дмитриевна, или Вувыльту, благодарно покивала мне, взяла сразу две конфеты и с выражением блаженства на лице одновременно отправила их в рот.
– Вы обещали доказать мне… – я замолчала, подбирая слова, – свою мышиную сущность.
– Ну не во время чаепития же. – Майя Дмитриевна вскинула брови. – Называй меня Вувыльту.
– Как вы… – я снова замялась, – ты попала в универ?
– Ну, сначала я жила на кафедре. Потихоньку изучила материал, а после приняла человеческий облик и устроилась на работу.
– Зачем?
– Я почувствовала тебя. Нам стоит держаться вместе. – Вувыльту взяла ещё одну конфету, раскусила её и понюхала. – Обожаю шоколад. Лучшее изобретение человечества.
– Подожди!
Я растёрла лицо ладонями и снова посмотрела на лаборантку. Небылица про то, что она является сказочной мышью, никак не укладывалась в голове. Даже меткое прозвище не помогало. Но чем дольше я её разглядывала, тем больше убеждалась в том, что она и вправду чем-то похожа на мышь. Студенты, как всегда, выцепили из образа главное. Серые волосы, маленькие тёмные глаза, острый нос, тонкие черты лица, нервные ноздри. Пальцы тонкие, длинные, сама вся какая-то подвижная.
Пока я разглядывала Вувыльту, Вувыльту разглядывала меня с широкой улыбкой.
– Не испугаешься? – спросила она, когда наши глаза встретились.
– Не должна, – ответила я после секундного колебания.
– Мышей не боишься?
– Нет.
После моих слов Вувыльту кивнула, затем встала и опёрлась ладонями на стол. Её тело начало плавиться, стремительно уменьшаясь до тех пор, пока на столе не осталась сидеть серовато-коричневая
