Анастасия. Железная княжна - Адель Хайд

Константин кивнул, ожидая, что дальше скажет княгиня.

— Ты знаешь, что его сын не только правая рука россимской княжны, но теперь и один из двенадцати князей ближнего круга?

— Да, матушка, я тоже получаю донесения от начальника разведки, — по-доброму усмехнулся Константин.

— Что она тебе предложила? — задала княгиня неожиданный вопрос

Константин удивлённо смотрел на мать, понимая, что, похоже, она гораздо глубже разбиралась в политике, чем все думали.

— Что ты так на меня смотришь, Коста, — назвала она его детским именем, — да, твой отец всегда советовался со мной и я до сих пор получаю донесения от разведки и министерств.

— Надеюсь, что не раньше, чем я, — пробурчал Константин, где-то в глубине души обрадовавшись, что он теперь не один, он может поделиться с матерью и вместе они найдут приемлемое решение для Лестроссы.

— Княжна предложила стать союзником и начать с того, чтобы помочь вызволить её брата, которого похитила Пеплона, и теперь выставляет немыслимые условия.

— Вот же змеи, — зло проговорила княгиня фон Меттерних, — никогда не гнушаются использовать самые грязные методы, ребёнка втянули. Сколько ему? Восемь?

Константин кивнул и внимательно посмотрел на мать и спросил:

— Означает ли это, что ты склоняешься к тому, чтобы принять предложение россимской княжны?

— Нет, — ответила княгиня Лестроссы, — я не склоняюсь, я рекомендую тебе принять предложение Россимы, потому что если медведя разбудить зимой и разозлить, то мало кто сможет с ним справиться.

Посмотрела на сына и задала совсем уже неожиданный вопрос:

— Коста, ты помнишь сказку про сердце мира?

— Конечно, — улыбнулся Константин, — ты же мне её и читала, очень хорошо помню.

— Так вот, — серьёзным тоном и не поддержав улыбку сына, сказала княгиня, — это не сказка, сердце мира действительно существует, и кто-то попытался его остановить. Именно поэтому и произошло землетрясение и другие катастрофы и те, кто этого не понимают, очень скоро исчезнут с карты мира.

Константин не мог поверить, что мать говорит серьёзно, но глядя на её лицо, и слушая голос, он понимал, что она не будет шутить такими вещами.

Константин протянул матери папку:

— Возьми, прочитай, но только здесь.

Спустя полчаса, когда княгиня закончила изучать документы, она вопросительно взглянула на сына.

— Я приму предложение княжны, по всем пунктам, кроме женитьбы, — в ответ на вопросительный взгляд матери, сказал Константин

— Она предложила тебе брак? — удивилась княгиня фон Меттерних

— Да, устно передала через Демидова, — ответил Константин

— Это большая удача, жениться на россимской княжне, сын

— Но, я люблю другую девушку, мама, — глухо проговорил Константин

— Люби, пока не женат, но помни, что Россима два раза не предлагает.

* * *

Пеплона

Во закрытом дворе загородной резиденции премьер-министра Пеплоны, Дэвида Ллойда, первого графа Дуйворта тренировались двое мальчишек. Один постарше, другой помладше. За ними с балкона террасы наблюдали дочери графа Дуйворта.

Дочерей Дэвид Ллойд любил. Сыновей ему бог не дал, но дочери это тоже было прекрасно. Одной девочке было четырнадцать, второй двенадцать. Юные графини всегда получали то, что хотели. «Каменное» сердце премьер-министра Пеплоны, начинало биться, когда он видел глаза дочерей.

Вот и сейчас, наблюдая за россимскими заложниками, и глядя на то, с каким восхищением старшая дочь смотрит на высокого и плечистого Савву Демидова, он не мог пойти и отправить дочерей заниматься вместо того, чтобы тратить время на созерцание.

Он и пленников сюда привёз для того, чтобы, дочери были в безопасности. Ну не будут же россимцы подрывать дом, где находится их цесаревич. Поэтому граф Дуйворт и не скрывал, что «принимает» у себя гостей из Россимы.

В Пеплоне практически парализована оружейная промышленность, только за последние две недели были теракты на трёх из шести заводов, причём подрывали не те заводы, из которых выходила конечная продукция, а те, на которых изготавливались мелкие детали, сложные компоненты, без которых большие ружья и пистолеты, оставались только красивыми игрушками.

Армейские силы были стянуты к двум заводам, на которых производилось тяжёлое вооружение и только поэтому, считал премьер-министр, и удалось их сохранить. Он не сомневался, что за всем этим стояла Россима. Но он не мог понять, как бюная княжна всем этим управляет. Наверняка кто-то стоит за ней.

Одно время он даже подозревал Фрулессию, но его шпионы так и не нашли доказательств, что это они. Кроме того, что королю Фрулессии кто-то стал рассказывать сказки, что над Северным морем видели летящего дракона

Премьер-министр даже сейчас саркастично усмехнулся: — «Эти россимцы вечно считают себя избранными, но ничего, скоро он сможет поставить их на место. У Пеплоны тоже есть свой …дракон»

Когда Стася вошла в зал заседаний все князья были уже там, некоторые пришли с сыновьями. Морского князья Воронцова Семёна Михайловича не было, он со старшим сыном отправился обратно в Архангельск, но сегодня все с удивлением увидели, что прибыл младший, второй сын князя, глава Восточного флота Воронцов Михаил Семёнович, названный в честь своего героического деда, героя Персидских войн.

Многие удивились и тому, что прибыл молодой князь вместе с Урусовыми и княжной, которая пока так и продолжала проживать в их доме.

Княжна вошла, встала посередине. По сравнению с князьями, княжна была небольшого роста, но все чувствовали, силища от княжны шла великая. Захоти Стася и склонятся головы. Но нельзя было императорскую власть так использовать, основой власти императора в Россиме было доверие.

А доверие штука сложная, разрушить легко, создать тяжело. И пока не было у Стаси возможности доказать всем, что ей можно доверять, что не зря все раскрылись, дали клятву, поэтому сейчас надо быть предельно честной, делиться с князьями всей информацией, не утаивая.

Княжна попросила Ивана Урусова рассказать, что происходит в Острогарде, потом дополнила тем, что узнала от Голицына.

После чего обвела глазами стоявших князей, даже старик Вяземский встал, и сказала:

— Князья, через два часа назначен штурм столицы, но план будем менять и прошу не злиться на меня, но я разобью вас на группы, и каждая группа будет знать только то, что ей надобно сделать.

Стася ожидала, что буду недовольные, что кто-то скажет, что «мол, княжна не доверяет нам», но удивительно, что все приняли это как данность.

Княжна не думала, что кто-то из князей предаёт намеренно, но вдруг, случайно слово обронил, а кто-то нечистоплотный услышал и передал, а может где-то в домах защита ослабла. Всё же не проверишь.

Вон Петя Репнин стоит, старается же, глаза горят желанием служения, а говорят давеча, его в увеселительном доме видели, тётка Стасина плакала. А Петя он такой, может выпил шипучего и ляпнул что-то