Драконий отбор, или Нежеланная невеста-попаданка - Оксана Волконская
— О чем, ваше величество? — вежливо (насколько могла) поинтересовалась я. Ведь вроде бы она сама дала добро на некое отсутствие церемоний. Вроде бы… Какое обманчивое сочетание!
— О тебе, Стефания. Как поживает твоя матушка? — цепко поинтересовалась рида. И непонятно, то ли это такая прелюдия, то ли действительно цель ее визита.
— Благодарю, прекрасно, — нейтрально ответила я. Королева же посмотрела на меня еще внимательнее:
— Скажи, где вы жили все эти годы? Я искала Марианну, однако никаких ее следов не было обнаружено. Скрыться от поисков на таком уровне не так-то просто.
Она говорила вроде бы небрежно, а у меня сердце в пятки уходило. Потому что я понятия не имела, что отвечать. И насколько вообще можно доверять ее величеству? Она вроде бы добра ко мне, то так ли это на самом деле? Мама вроде намекала, что королевская семья меня не обидит, но…
— Вы ее искали? — состроила из себя дурочку я. — Зачем?!
Я ведь понятия не имею, что произошло двадцать лет назад. Меня еще на свете не было, так что с меня и требовать нечего.
— Затем, что она была моей фрейлиной, — спокойно ответила королева. — И подругой. А еще она была беременна тобой и находилась в опасности. Когда я получила информацию, что Марианны Кобрет в этом мире не обнаружено, я даже подумала, что она умерла, — на последних словах ее голос дрогнул, и я на мгновение почувствовала порыв все ей рассказать. Впрочем, ее величество заметила мое замешательство и тихо проговорила:
— Ты мне не доверяешь, девочка. Что ж, это вполне обоснованно. Полагаю, тебе вообще никто ничего не рассказал о происходящем, правда?
Я медленно кивнула, а она сделала шаг вперед и взяла со стола нож для разрезания бумаг. Им она решительно рассекла ладонь и проговорила:
— Я, Матильда Эльдор Уилдер, действующая королева Изерии, приношу клятву, что не замышляю ничего против Стефании Кобрет, а также Марианны Кобрет и желаю им только добра. Также ни я сама, ни по моему приказу им не причинят вред.
Магия подхватила ее слова и испарила капли крови. А я изумленно выдала:
— Зачем, ваше величество?!
— Ты мне не доверяешь, — спокойно отозвалась Матильда. — И это вполне обоснованно. Но, учитывая все происходящее, я думаю, что хоть кто-то должен рассказать тебе правду. Сомневаюсь, что твоя мама что-то тебе объяснила. Иначе бы ты не сидела здесь все дни напролет и не копалась в старых подшивках. Впрочем, я так понимаю, кое до чего ты докопалась и самостоятельно.
Серьезно? Я ушам своим не поверила! Неужели хоть кто-то действительно собирается рассказать мне правду? И даже клятвой не будет ограничен? В такой хороший расклад мне не верилось, но спугнуть удачу мне не хотелось.
— Только имей в виду, девочка, — мягко проговорила королева. — Часть фактов будет перемешана с моими предположениями. Потому что мне тоже доподлинно неизвестно, что именно произошло.
— Я буду вам благодарна, если вы поделитесь информацией, — глухо проговорила я и поразилась, насколько хрипло звучит мой голос. Так переволновалась? Очень может быть!
Королева присела в кресло и жестом велела присесть мне. Видимо, разговор предстоял долгий и волнительный. Я послушно опустилась на сиденье.
— Более двадцати лет назад твоя мама была моей первой фрейлиной, — медленно проговорила королева. — Марианна была юной, дерзкой и очень умной. Осторожной. Сама понимаешь, при дворе это необходимое качество, — и, дождавшись моего кивка, продолжила. — Она блистала. Самые завидные женихи добивались ее внимания, но не затрагивали сердце Мари. Пока при нашем дворе не появился он, — королева сделала паузу, и я не выдержала:
— Дарек Вальцих.
Я сама не знаю, спрашивала я или утверждала, вот только королева кивнула:
— Именно. Красавец феникс, посол королевства Ферендия. Он как-то сразу пришелся к нашему двору, освоился, начал активно ухлестывать за моей первой фрейлиной… И если сначала Мари относилась к его ухаживаниям с юмором, то затем ответила взаимностью. Их отношения не приветствовались, ведь Мари — мое доверенное лицо, а он — представитель другого государства. Однако я желала Мари счастья, она ведь не только моя фрейлина, но и подруга. И когда Дарек сделал Мари предложение, я одобрила их брак. Скорее всего, ты просто не успела добраться до этого момента в подшивках, — по губам Матильды скользнула улыбка.
— Да, этой информации я не нашла, — подтвердила я. — Но что же случилось дальше? Почему… — я запнулась, не зная, как правильнее сформулировать. — Родители не вместе? Если они действительно так сильно любили друг друга.
Королева в ответ на мои слова грустно покачала головой:
— Вот она, боль одинокого ребенка, не знавшего отца. Мне жаль, что так получилось, девочка.
— Как получилось? — тут уже я буквально впилась взглядом в ее лицо. — Что тогда произошло?
— По моей просьбе, Дитрих надавил на Альбера, чтобы он не смел возражать против брака сестры, — продолжила королева, точно не слыша моего вопроса. — Маркиз всегда был с характером, он считал, что Мари заслуживает лучшего. И это далеко не посол соседней страны.
В голосе королевы послышалась неприязнь, а я как-то сразу вспомнила причину, по которой оказалась здесь. Это ведь он буквально шантажом вынудил нас прийти на отбор.
— Он хотел для мамы лучшей партии? — уточнила я.
— Или хотя бы, чтобы она оставалась при дворе, — уклончиво ответила Матильда. — Думаю, ты понимаешь, девочка, что Мари не могла оставаться моей фрейлиной, выйдя замуж за иностранного посла. Это слишком рискованно.
Я с трудом удержалась от горькой усмешки: ну да, конечно. Политика — дело тонкое, неблагонадежных личностей на высоких должностях предпочитают не держать. Мама же, став женой посла, уже не была такой желанной особой в качестве королевской фрейлины. Все понимали, что с должности ее сместят.
— И поэтому мой отец пропал? — уточнила я, с трудом удерживаясь от ругательств. Первая мысль, которая пришла в данных обстоятельствах в мою голову: дядя устранил отца. Нет жениха — нет и проблемы. Наверное, это объясняло все. И, возможно, дядюшка не одобрил беременность мамы, требовал, чтобы она от меня избавилась. Поэтому-то мама и бежала!
— Пропал? — искренне удивилась Матильда. — Нет, в Изерии Дарек не пропадал. Его выслали.
— Почему?! — я аж подскочила на месте от удивления. Почему-то я думала, что отец пропал.
