Эпоха Титана 5 - Артемий Скабер
— Подойди, — сказал вслух.
Выпустил тонкую струйку силы Титана. Ни волну, ни давление, а лишь каплю. Луркер дёрнулся. Вскочил на лапы мгновенно. Подбежал ко мне, остановился в метре. Сел. Смотрел снизу вверх, ждал.
Улыбнулся.
— На землю, — приказал, указав пальцем вниз.
Тварь легла плашмя.
— Вверх.
Встала.
— Налево.
Сделала шаг влево.
— Направо.
Шаг вправо.
Идеально. Абсолютное подчинение. Без сопротивления, без задержки. Попробовал с другими. Подозвал взрослого, среднего, малыша. Все подошли мгновенно. Выполняли команды без ошибок.
— Сядьте, — сказал всем сразу, выпуская силу Титана шире.
Все сели. Сотни тварей опустились на землю разом.
— Встаньте.
Все встали.
— По кругу.
Они побежали по кругу. Взрослые медленнее, малыши быстрее. Круг ровный, никто не сбивался. Я стоял в центре, смотрел на это. Чувствовал удовлетворение — глубокое, первобытное. Контроль. Власть. Сила.
Армия. Борис с Василисой поднялись. Стояли рядом, смотрели на Луркеров. Лица-морды мрачные. Кровь всё ещё сочилась из глаз.
— Мы голодны, — прорычал Борис тихо. — Очень голодны. И они тоже. Если не покормим… Разрешите нам поохотиться. Или убьём сейчас этих двух девчонок.
Посмотрел на него. Не угроза. Констатация факта. Гиганты на пределе.
— Наверху много людей, — сказал я спокойно. — Можете туда сползать. Но проверьте, чтобы никто вас не видел, кроме местных. Развлекайтесь. Я пока побуду здесь.
Они кивнули разом. Развернулись, побежали к туннелю. Исчезли в темноте.
Я подошёл к Вике с Ольгой. Обе всё ещё без сознания. Положил их на ровный участок пола, подальше от Луркеров.
— Остаёмся здесь, — сказал тварям. — Никого не трогать.
Сел рядом с девушками. Ждал. Они пришли в себя почти одновременно. Вика первой. Веки дрогнули, открылись. Глаза мутные, невидящие. Потом сфокусировались.
Она увидела потолок пещеры. Вздрогнула. Села рывком, огляделась.
И увидела их.
Луркеров. Сотни Луркеров вокруг. Рот раскрылся. Воздух втянула судорожно. Закричать хотела, но голос застрял в горле. Только хрип вырвался. Ольга очнулась следом. Поднялась на локтях, посмотрела по сторонам. Увидела. Замерла. Лицо побелело мгновенно. Губы задрожали.
— Нам надо бежать, — прошептала она. Голос дрожал так сильно, что слова едва различались. — Они нас убьют. Нам надо…
— Расслабьтесь, — сказал я спокойно. — Они меня слушают.
Обе уставились на меня. Не поняли.
— Смотрите.
Встал. Повернулся к ближайшей группе Луркеров.
— Пошли сюда.
Выпустил каплю силы Титана.
Десяток взрослых особей сдвинулся разом. Подползли ближе, остановились в трёх метрах. Сели, смотрели на меня.
Вика с Ольгой замерли. Не дышали.
— Назад.
Луркеры отползли на прежнее место.
— Лечь.
Легли.
— Встать.
Встали.
Девушки смотрели, не моргая. Челюсти отвисли.
— Как… — выдавила Ольга. — Как ты это делаешь?
Пожал плечами.
— Они меня слушают.
— Но это… это невозможно! Гиганты не подчиняются людям! Никто никогда…
Ольга сглотнула. Нашла в себе силы. Села ровнее, выпрямила спину.
— Зачем мы здесь? — спросила она тише. — Что ты планируешь?
Посмотрел на неё. Потом на Вику. Обе смотрели на меня, ждали ответа.
— Я пришёл вам показать кое-что, — сказал спокойно. — И то, почему я не собираюсь продавать Вику или обменивать.
Ложь.
На самом деле я притащил их сюда, потому что выбора не было. За ними охотятся Вороновы, теперь ещё и военные. Оставить в гостинице — найдут. Я своё слово я держу.
Ольга открыла рот, хотела спросить ещё что-то. Рык из туннеля. Борис с Василисой вернулись. Шли медленно, тяжело. Морды в крови — свежей, красной, человеческой. Куски плоти застряли между зубов. Животы раздулись.
Вика с Ольгой прижались друг к другу. Вика закрыла лицо руками.
— Сожрали? — спросил я.
— Всех, — кивнул Борис. Голос довольный, сытый. — Промзона. Банда какая-то. Человек двадцать. Быстро, чисто.
— Хорошо.
Ольга смотрела на них. Потом на меня. Лицо белое, но глаза… Глаза думающие.
— Это был Матросов и Мамонтова, — сказала она тихо. Не вопрос. Утверждение.
Кивнул.
— Результат вмешательства Змеевых. Недобровольное, смею заметить.
Пауза.
— То есть люди сами создают гигантов? — выдохнула она. — Аристократы?
— Ага.
— А то, что они хотят убивать людей и жрать их… это не их вина?
Рассмеялся. Коротко, без юмора.
— Их вина в том, что они были слабы. Змеевы сильнее. Сильный забирает у слабого.
Ольга молчала. Думала. Вика смотрела на Бориса с Василисой. Потом на меня. В глазах страх, но ещё что-то. Понимание? Принятие?
Они думали, что я забочусь о своих друзьях. О Матросове с Мамонтовой. Спас их, прячу, кормлю. Частично правда. Они мои, я их не брошу. Но не из заботы, а из расчёта. Ресурс нужно беречь.
— А Луркеры? — спросила Ольга тихо. — Зачем ты их притащил?
Улыбнулся. Ничего не ответил.
— Надо этих выпускать, — буркнул Борис, кивнув на Луркеров. — Иначе скоро перестанут слушаться. Голод сильнее страха.
— Поверьте, — сказал я, — я как раз для них готовлю хороший обед.
Борис посмотрел на меня внимательно. Потом кивнул медленно.
— Нужно сменить ваше место гнездования, — продолжил я. — Перетащить через канализацию ближе к центру.
— Как мы поймём, где это? — спросила Василиса.
— Я буду постоянно выпускать импульс магии земли. Вы почувствуете место, где нужно сделать новое гнездо.
Она кивнула. Вика с Ольгой сидели тихо. Тише воды, ниже травы. Не говорили, только смотрели.
— Идём, — сказал я им. — Нам пора.
Они встали медленно. Не отрывали взгляд от Луркеров. Шли к туннелю боком, спиной ко мне. Мы вышли в канализацию. Запах дерьма снова накрыл волной. После пещеры показался почти свежим.
Шли молча. Вика с Ольгой позади, я впереди. Магия земли показывала путь. Ближайший выход, лестница наверх, люк в переулке. Вылезли на поверхность через час. Переулок узкий, грязный. Мусорные баки, крысы, никого вокруг.
Девушки дышали жадно. Свежий воздух, даже городской, вонючий — для них райское блаженство после канализации.
Ольга остановилась, набрала воздуха, выпрямилась. Вика смотрела на меня тоже. Ольга открыла рот, хотела спросить.
— Прогуляемся немного запах проветрим, — оборвал я.
Шли по улицам. Переулками, дворами, избегая людных мест. Одежда воняла канализацией, прохожие шарахались.
Дошли до проспекта. Поймали такси. Водитель поморщился, но деньги взял.
— Куда? — спросил он.
— Центр, — начал я.
— Я знаю одно место, — перебила
