Отражение - Ирек Гильмутдинов

Я едва успел перекатиться в сторону, как на то место, где только что лежал, обрушилась сфера сжатого воздуха, наполненная водой. Логично — если я буду мокрым, любая попытка применить мою магию молний обратится против меня самого. На высших рангах такие фокусы не проходят, но среди юных магов — вполне эффективно. Надо отдать ему должное — он действительно искусен. Если бы не изнурительные тренировки с наставником по боевой магии, я бы уже потерпел поражение.

Твою налево, я поторопился с облегчением — сфер было три. Я перекатился прямиком под одну из них. И вот теперь лежу, полностью промокший. Великолепно, просто восхитительно. Я буквально физически ощущаю, как Вортис сжимает кулаки на трибунах.

Собрав волю в кулак, я произнёс заклинание, и из земли поднялись каменные руки, поставившие меня на ноги. Затем я выстрелил в него шквалом мелкой каменной крошки. Это стало для него полной неожиданностью — он-то был уверен, что сражается с магом молний. Ха.

Следом такие же руки схватили его в момент, когда он пытался отпрыгнуть, но потерял равновесие. Расслабляться было рано — это ещё не победа. Я собрал всю землю в пределах досягаемости и начал засыпать его, погребая заживо в стремительно растущем кургане. Если это не поможет, более будет показать сложно точнее опасно тем, что выдам себя. Я и так превысил норму, которая обычно есть у магов моего уровня. Несильно, но всё же.

Ровиус создал защитную сферу, чтобы не задохнуться. Но этого было недостаточно. Вся масса земли, давившая на него, начала пульсировать — сжимаясь и разжимаясь, создавая волны разрушительного давления. Сфера не выдержала и лопнула с оглушительным хрустом.

— «Победа за Академией Феникса!» — возвестил судья, одновременно останавливая каменную лавину в мгновение до того, как она могла раздавить моего противника.

Я подошёл и протянул руку.

— Ты крут. Я не ожидал, что здесь будут настолько одарённые маги.

Ровиус её пожал, но видно было, как он расстроен.

— Не настолько одарённый, раз проиграл, — скривился он в лице.

— Я постараюсь победить в турнире, чтобы тебе не было обидно. Ведь ты проиграл победителю.

— Сначала победи, — усмехнулся он, и мы оба покинули площадку.

Едва я покинул арену, как у самого края боевой площадки мою тень нагнала другая, длинная и знакомая. Ко мне подошёл Тейлос Мубаин, следователь из столичного Управления по Расследованию Магических Преступлений. Его появление здесь было столь же неожиданным, сколь и многозначительным.

— Поздравляю с первой победой, Кайлос, — произнёс он ровным, профессионально-бесстрастным голосом, когда сблизился.

Несмотря на всю внутреннюю насторожённость, я кивнул, проявляя должное уважение к его рангу и годам. В конце концов, мои личные чувства к нему — а их, по правде говоря, и не было никаких — не отменяли правил приличия.

— Благодарю вас, господин следователь. Ценю ваше внимание.

— Каковы впечатления от первого поединка? — Он встал справа, и мы неспешно зашагали вдоль края арены, уступая место следующим участникам, чьи силуэты уже вырисовывались на песке.

— Сложнее, чем ожидалось, — признался я, смахивая с лица песчаную пыль. — Полагал, будет… проще.

— Было бы глупо ожидать, что на турнир с таким призом съедутся одни неумехи и дилетанты, — заметил он, и в его голосе прозвучала лёгкая, почти отеческая укоризна.

— Согласен. Моя ошибка в оценке противников.

— Как вообще твои дела? — Его тон намеренно стал непринуждённым, почти задушевным, но этот внезапный переход от формальностей к личному только заставил мои внутренние щиты сомкнуться с тихим щелчком. Что ему нужно? Неужели он прибыл сюда ради меня? Я тщательно заметал все следы… вроде бы.

— Всё хорошо, — ответил я, стараясь, чтобы мой голос звучал ровно. — Учусь, работаю, понемногу обустраиваюсь. Зарабатываю на жизнь.

— В курсе, — он кивнул, и его проницательный взгляд скользнул по моему лицу. — Правда, мне пока не доводилось лично оценить кухню твоего… ресторана. Но слухи ходят самые лестные.

Прямота всегда была моим козырем.

— А Вы, господин Мубаин, что делаете на турнире? Неужто ради наблюдения за моими скромными успехами отвлеклись от поиска преступников?

Он мягко улыбнулся, но глаза его оставались холодными и внимательными.

— По большей части — присматриваюсь к юным дарованиям. Талантливая молодёжь часто нуждается в… перспективной работе. А моё Управление всегда открыто для стоящих кандидатов. К тому же, я сейчас работаю практически в двух шагах отсюда. — Он остановился и указал рукой в сторону силуэта башни. — Видишь ту башню, что пронзает небеса своим иглоподобным шпилем? Это не просто архитектурное чудо. Это главное здание Совета по Надзору за Применением Магии. Мой кабинет как раз на семнадцатом этаже.

— Впечатляет. Впервые вижу такое высокое здание.

Его присутствие, так близко к моей новой жизни, больше походило на элегантно замаскированное предупреждение, чем на случайную встречу.

— Хотел спросить, — продолжил Мубаин, и его голос приобрёл лёгкий, почти невесомый оттенок деловитости, который не обманул бы и ребёнка. — Ты более не сталкивался со своими старыми… знакомыми из Братства Абсолюта?

Мой внутренний страж мгновенно перешёл в состояние полной боевой готовности. Я знал, что его человек, тот самый маг ветра, давно уже вёл за мной слежку. Его мы, к сожалению, вычислили не сразу. Открыто действовать против него не стали — только изредка пакостили, чтобы сбить с толку и отвлечь. Однажды, помнится, он чуть не пошёл за нами по дну подземного тоннеля до обелиска, но Аэридан подсунул ему кое-что из дамского белья, утянутого из лавки торговки Лилиан. А наш Санчес тем временем настучал стражникам о «подозрительном извращенце». Пока бедолага доказывал, что он не верблюд, мы благополучно растворились в Пепельных кварталах.

Что же касается его вопроса… Простое «нет» вызвало бы больше подозрений. Он и так подозревает, но такой ответ заставил бы его копать с удвоенным рвением. А как лучше всего скрыть правду? Правильно — утопить её в полуправде, приправив щепоткой лжи.

— Сталкивался, — ответил я с нарочитой лёгкостью, будто речь шла о пустяковой встрече.

— Поведаешь подробности? — Теперь в его голосе зазвучал неподдельный, почти профессиональный интерес. Он вообще играл им довольно ловко. Вроде интересуется по-дружески, переживает и всё такое. Но я-то знаю, что это всего-навсего игра, психология. И тональность голоса он меняет чтобы я расслабился.