Мастер драгоценных артефактов - Александр Майерс

А вот если начнёт шнырять кто-то из тех, кому это запрещено — я об этом узнаю мгновенно.

Я как паук, сидящий в центре паутины.

Погрузившись в это особое состояние, я медленно перебрался на кровать, накрылся одеялом и сладко задремал.

И тут одна из нитей дрогнула. Да блин, серьёзно? Можно я хотя бы одну ночь спокойно посплю?

Нет? Ну ладно…

Судя по вибрациям, на территорию усадьбы заехала пара моих бойцов, но с ними был кто-то ещё. Чужак.

Не только я заметил гостей — с дозорной вышки раздался звон колокола.

Я встал с кровати, накинул халат и подошёл к окну. К дому подъезжала пара моих конных гвардейцев, которые тащили за собой на верёвке какого-то бедолагу.

Я открыл окно и помахал им рукой, чтобы заметили. Мужики в ответ подняли руки.

— Кто это там с вами? — крикнул я.

— Пленник, ваша милость! — ответили гвардейцы.

— Да ладно. А я думал, вы дорогого гостя на верёвке тащите. Где взяли?

Мои ребята подъехали уже вплотную к дому и спешились, а уже затем объяснили:

— Бандиты пытались на деревню налёт устроить. Ну как налёт… Думали в крайнюю избу ворваться да ограбить её по-быстрому. Человек шесть их было. Шелупонь какая-то, не настоящие разбойники.

— Мы настоящие, — проскулил пленный, за что получил подзатыльник.

— Настоящий он. Драпал от нас как заяц!

— В итоге-то что? — перебил я.

— Да разогнали их, господин. Парочку из арбалетов пристрелили, этого вот живьём взяли. Остальные разбежались.

— Сейчас спущусь, — сказал я и не спеша отправился во двор.

Там я подошёл к пленнику и взглянул на него. И правда, шелупонь. Молодой совсем, лет восемнадцать. Усы едва пробиваются.

— Отлично, — сказал я. — Ведите его.

— В казематы, ваша милость? — уточнили гвардейцы.

— Зачем казематы? — я дружелюбно улыбнулся. — Видишь, пленник молодой, страшно ему. Ведите ко мне в покои. Буду беседовать. Это же так замечательно — получить живого разбойника, который может многое рассказать.

Пленник затрясся так, что зубы застучали. Видимо, в его представлении каземат был куда более гуманным местом, чем личные апартаменты сумасшедшего графа.

В этот момент во дворе начали появляться сонные слуги. Вышел и Макар, на этот раз без алебарды, зато с деревянными вилами в руках.

Я повернулся к собравшимся, и ледяным тоном спросил:

— Я разве говорил, что нам нужны здесь зрители?

Слуги слегка офигели от такой прямоты и мгновенно разбежались, как тараканы. Макар замялся.

— Э-э, ну я тоже пойду…

— Да нет, ты останься, — остановил я его. — Ты же управляющий. Распорядись, чтобы принесли горячий отвар мне в комнату. Ночью мне, видимо, спать не придётся. У меня здесь любопытный человечек появился…

Гвардейцы подхватили пленника под руки и повели его за мной в дом.

Надеюсь, он оценит моё гостеприимство.

Глава 9

Я приказал гвардейцам привести пленника в мои покои и снять с него верёвки. Не думаю, что этот доходяга способен причинить мне вред.

Когда его усадили на стул посреди комнаты, он съёжился, как будто пытаясь стать меньше. Гвардейцы вышли, закрыв дверь. Мы остались один на один.

Я медленно подвинул другой стул, скрипя ножками по полу, и сел. Долго, молча смотрел на пленника.

— Что ж, — наконец, нарушил я тишину. — Давай знакомиться. Кто ты, откуда будешь? Как зовут?

Парень заёрзал, потупил взгляд, начал что-то невнятно мямлить.

— Да так… местный я… из деревни…

— Прекрасно. Из какой деревни?

— Ну… как сказать… Ой, что это⁈ — вдруг выпалил пленник и ткнул пальцем мне за спину.

Я лениво обернулся.

— Где?

Бедолага почему-то решил, что настал его звёздный час. Он подскочил со стула и бросился к окну. Я даже с места не встал. Просто напряг волю и заставил проявиться одну из сторожевых нитей.

Парень споткнулся о неё, покатился кубарем, да и замер у стены.

Я поднялся, схватил скулящего разбойника за шиворот и притащил обратно. После чего снял с пояса нож и с размаху воткнул его в стул прямо между ног парня.

Ух, опасно. На сантиметр ближе — и сделал бы ему бесплатное обрезание.

Бедолага застыл, боясь пошевелиться. Только быстро-быстро моргал.

— Вот смотри, — сказал я спокойно. — Это самый обычный нож. Ничего опасного. Вот омлет могу с его помощью сделать, или сосиски покрошить.

— Сосиски? — пропищал он.

— Угу. Если не хочешь сидеть на заднице ровно и продолжать нашу приятную беседу, я вытащу его и вгоню тебе в ногу. Или ещё куда-нибудь, по настроению. В любом случае будет очень неприятно, обещаю.

Парень побледнел и замер ещё сильнее, изображая парализованного.

— Итак, начнём сначала, — я дружелюбно улыбнулся. — Как, говоришь, тебя зовут?

— Мирон…

— Хорошее начало. Откуда?

Он назвал какую-то глухую деревушку, о которой я никогда не слышал.

— Интересно. На карте покажи.

Я достал из ящика стола потрёпанную карту окрестностей, разложил у него на коленях. Мирон неуверенно ткнул пальцем куда-то в сторону дальних лесов.

— Ого, — присвистнул я. — Нихрена себе, далековато тебя занесло.

— Я уже давно в этих краях… В трёх разных бандах успел побывать, — признался парень.

— В трёх разных бандах? — уточнил я, подняв бровь. — Вот это у вас порядки. Вы это как место работы меняете? Захотел в одной банде, захотел — в другой? Так легко отпускают?

Мирон пожал плечами.

— Ну да. А что такого? Косяков за мной не было, никого не подводил. Попросил — и отпустили. А по-вашему, мы в рабстве там, что ли? — он вдруг осмелел. — Плюс, все банды тут… можно сказать, в один круг входят.

Я заинтересованно наклонился вперёд и как бы невзначай щёлкнул пальцем по рукояти ножа, торчащему из стула между ног Мирона.

— Какой такой круг?

— Ну, союз, — пояснил Мирон, снова побледнев. — Он называется Хватка. Не все, конечно, но большинство здешних банд — в нём. Атаманы договорились, территории поделили, чтоб никто никому не мешал и друг друга просто так не резал. И чтоб, если что, друг другу помочь могли.

— Помочь? — переспросил я.

— Ну да. Если жирный куш подвернётся — караван какой богатый, или