Золотарь. Путь со дна - Игорь Чиркунов
Я аж сглотнул.
— Сколько… — голос мой внезапно охрип, — говорите стоит… такая… услуга?
— Шесть геллеров.
Кажется на секунду кровь от мозга отлила… в некое другое место, и у меня даже земля под ногами качнулась.
Слава богу! Слава кому угодно, что я с собой из тайника прихватил лишь пять медях! Было бы у меня с собой больше…
— Давайте, — мне пришлось сглотнуть набежавшую слюну, — я ограничусь простой помывкой… Сам…
Блин, если тут такие банщицы… Боюсь я или стану импотентом, или мне срочно придётся бежать ещё за парой медяков!
Видимо тётка поняла моё состояние и понимающе улыбнулась.
Вначале я оставил одежду в прихожей — большой комнате с лавками, где сидел угрюмый мужичина. Как мне пояснили — он здесь выполнял обязанности «помогая» — топил котлы для горячей воды, печь в парной, а ещё — приглядывал за тем, чтоб люди «по чистой случайности» не уходили в чужих вещах.
После проследовал в «мыльню» — соседнюю комнату больше прихожей, где в углу на небольшой печушке стоял здоровенный котёл, а рядом — ещё бо́льшая бадья холодной воды. Мне дали шайку — деревянный тазик, мочалку из пучка шерсти и небольшой кусочек мыла — очень жёсткого и, по-видимому, сильно щелочного. А ещё я обнаружил таз с каким-то очень приятно пахнущим травяным отваром, как было сказано — чтоб после мытья можно было ополоснуться.
Сколько времени я ожесточённо тёр себя мылом сказать не могу, но намыливался и смывался как минимум три раза. Трижды я промыл и голову. Потом прошёл в другую комнатку, где стояло четыре больших бадьи с горячей водой, залез в одну из них и натурально расплылся как сливочное масло по забытой на солнце маслёнке.
Мысли тут же переключились на «особые» услуги купальни, и я, чтоб в конец не завестись и не рвануть за деньгами, заставил мозг переключиться на что-нибудь другое.
Да, всё на те же бои.
Вообще-то, я, как самый обычный пацан, подраться любил. А кто из нормальных пацанов не любит померяться силушкой со сверстниками, кто не сшибался хоть по пустяку, хоть нет, кто не получал в глаз и не давал в глаз такому же как ты?
Я даже боксом занимался… Почти целый год, в восьмом классе. Но дважды довольно сильно получив в голову, решил, что мне хватит. Всё-таки голову я планировал в жизни использовать немного не так. И ушёл в самбо. А на первом курсе универа было джиу-джитсу, но без особого прогресса — меня влекли кабаки и девчонки, поэтому занятия спортом вскоре сократились до банальной качалки.
Но, всё равно! Какое-никакое преимущество перед местными «кулачными бойцами» у меня было. А вот физухи не было, от слова «совсем». Слабый мне пацанёнок достался. Так ещё и голодал, на грани выживания, месяц целый. Мы с Джезеком раньше даже часть своих порций Гынеку отдавали, чтоб он мог «за речкой» хоть какой-то шанс иметь. Гынек крысой не был, и, выигрывая, всегда делил с нами выигрыш поровну. Как правило, выигрышем оказывался обед в корчме.
Так что выходить на ринг для меня сейчас — сродни гарантированному самоубийству. Однако мысль попробовать не оставляла. Ладно, решил сам для себя, отъемся. Может массы чутка поднаберу. Да позанимаюсь чуть-чуть, благо свои тренировки не забыл, а там посмотрим.
* * *
[1] Кто не узнал, фильм «Жмурки»
Глава 10
«Зонк»
От души намывшись я решил «шикануть». Не, ну а что? Раз пошла такая пьянка — режь последний огурец! И я отправился в городскую корчму.
Конечно, можно было бы поесть и у Качки, но… Меня не отпускала мысль, что все они — там, на выселке — повязаны. И весть, что я откуда-то раздобыл деньги, немедленно дойдёт до Хавло. А в том, что этот хорёк сможет сопоставить не нашедшуюся пряжку с моим внезапным обогащением, я не сомневался.
На входе в верхнюю корчму вновь был остановлен Якубом.
— Вонючим говнарям тут не место, — не глядя на меня брезгливо бросил корчмарь.
Ах ты ж, тварь! Кровь бросилась в лицо, но я сдержался. Значит так?
— Так значит? — я посмотрел на хозяина исподлобья, стараясь придать взгляду тяжести. — Решил обвинить честного члена гильдии? Беспочвенно обвинить? Похоже, мне стоит сходить за рихтаржем и предъявить тебе, Якуб, встречное обвинение в оскорблении моего достоинства!
Не знаю, поверил он в мои угрозы или просто охренел от такой наглости, но, натурально обнюхав меня и выразив всем видом изумление, корчмарь тут же сменил презрение на милость и широким жестом пригласил войти.
Впрочем, внутри я не остался — в корчме дым стоял коромыслом, а я теперь к вони относился… по-особенному. Я по-прежнему вонь — терпеть не могу. И перед каждым выходом на работу стараюсь не есть, хотя бы часа за четыре, иначе обед рискует оказаться в том же самом ведре. Выезжаю, как говорится, «на морально волевых». Но за работу мне хотя бы платят. А терпеть дым, гарь, запах пережаренного масла, лука, а ещё — вонючих кож, преющей соломы и ещё чёрт знает чего бесплатно? Увольте!
Расположился на улице, усевшись под навесом на лавке так, чтоб за спиной оказался подпирающий навес столб. На обед я решил взять кашу с мясом и вдобавок — хороший шмат свинины. Пиво пришлось заказывать, так сказать из среднего ценового диапазона, поскольку, когда я услышал сколько стоило «хорошее», я опять резко почувствовал себя нищебродом.
И, всё равно — чисто намытый, с вкуснейшей кашей в животе и неплохим, по местным меркам, пивом в кружке, я откинулся спиной на столб и почувствовал себя на вершине блаженства. Дело близилось к полудню, народу в корчме было немного, погода сегодня стояла отличнейшая. Эх, и чего ещё человеку надо⁈
На счёт «человека» не знаю, а мне — надо.
Мне нужен свет в яме. Не тот, что сейчас, позволяющий разве что стенки ямы да поверхность хм… содержимого видеть. И различать вёдра. Но как сделать так, чтоб фонарь светил вниз⁈ Почему-то в голову лезли варианты, которые без развитого стекольного и оптического производства не реализовать. Да ещё эта свеча! Она же помимо света даёт и копоть, и размещать какой-нибудь рефлектор над пламенем было не самой
