Повелитель Рун. Том 9 - Илья Сапунов
Я ощущал, как по спине медленно ползёт холодок: моё сражение было безумным. Если мои навыки контроля совершили столь же безумный скачок, как его объяснить инструкторам? Вряд ли их удастся обмануть. Попытка занизить свои реальные способности может выйти боком: если кто-то заметит, что я намеренно делаю ошибки, мало мне не покажется.
Если душа действительно адаптировалась…
Если ощущения были настолько интенсивными…
То моя совместимость должна была взлететь на такую высоту, к которой остальные придут лишь через месяцы тренировок.
Инструктор — словно прочитав мои мысли — оглядел зал и объявил:
— Сейчас каждый из вас пройдёт такую же проверку. После болота вы и ваши сосуды связаны иначе, чем раньше. Я хочу увидеть, на что вы способны теперь, когда ваша душа перестала отторгать чужую плоть.
Страх в глазах наследников сменился волнительным ожиданием, и теперь они с нетерпением хотели продемонстрировать инструкторам и друг другу свой прогресс. Мое же настроение было не столь радужным.
Глава 11
К тому времени, когда подошла моя очередь, я уже слегка успокоился.
Каждый маг нашей группы демонстрировал прогресс, кто-то больше, кто-то меньше, но так или иначе улучшения были значительными. Понаблюдав за инструкторами, я окончательно убедился в том, что никому из присутствующих неизвестно то, что происходило на болотах. Иначе отношение к наследникам обязательно было бы другим.
Ведь в нашей группе были как отстающие, так и преуспевающие. И разочарование в глазах инструкторов, когда молодой маг из вершины списка показывал не самое впечатляющее улучшение, казалось совершенно искренним.
К добру или нет, но по результатам предыдущих тренировок я занимал уверенное первое место. Было уже слишком поздно для того, чтобы казаться нормальным. Скорее наоборот, моё изначальное выступление у сферы в подземелье задрало планку слишком высоко, и посредственный прогресс после такого интенсивного теста вызвал бы гораздо больше подозрений и вопросов.
Так что, если хорошенько подумать, карта гения — самый безопасный и логичный вариант, который мне можно разыграть. По-прежнему опасный, да, но другие еще хуже.
И всё же волнение всё равно оставалось.
Артефакт-браслет связал мой разум с марионеткой с необычайной лёгкостью. Как я и опасался, вместо привычной тяжести и дискомфорта, чужое тело ощущалось лишь слегка неудобным. Но неудобство было вызвано банальными причинами: другой вес, другие пропорции и длина конечностей, это сильно сбивало с толку мозг. Но к данному моменту, после стольких тренировок, к этим несоответствиям я адаптировался очень быстро.
— Ты знаешь, что делать, — голос инструктора смягчился, и даже в чужом теле я ощутил, как мою спину сверлят недружелюбные взгляды других наследников.
Было забавно и в некоторой степени тоскливо наблюдать за резкими переменами их настроения. Поначалу, сразу после испытания сферы, я чувствовал их зависть. Чуть ли не каждый из молодых магов считал меня главным препятствием на своём пути к успеху. Но после того, как мне не досталось никаких хоть сколько-нибудь полезных бонусов, кроме того, что инструкторы стали ожидать от меня лучших результатов, их зависть в какой-то момент сменилась злорадством, а иногда я даже ощущал и слабые проблески сочувствия. Ведь рисковали умереть не только те, кто плелся в конце, но и те, кто всех опережал. При излишней торопливости и спешке риск пострадать от неудачной магии был даже выше, а я и ещё несколько наследников часто ставились инструкторами в пример остальным. Приходилось соответствовать.
Но сейчас, всего из-за одного маленького жеста инструктора, я снова почувствовал, как злорадство сменяется завистью. Наверное, за всё это время только Ник относился ко мне одинаково. Либо, что возможно, только делал вид, что относится одинаково.
Мои движения были идеальными. Даже если бы я постарался изо всех сил, выдать худший результат, не рискуя разоблачением, было невозможно. А когда всё дошло до более сложных тестов, всё стало только хуже. Точнее, лучше, если говорить о моём контроле.
— Великолепно, — глаза инструктора засияли, когда я приступил к демонстрации простой магии.
Когда ребром встал вопрос, что показывать, а что оставить при себе, я решил не ограничиваться банальным уплотнением маны. Если уж играть роль наследника клана, специализировавшегося на тонких манипуляциях, то делать это нужно красиво. Вместо того чтобы демонстрировать стандартные заклинания, я выпустил из пальцев марионетки десять тончайших нитей. Это было рискованно: каналы чужого тела всё еще ощущались слегка «деревянными», но память о кровавой резне на болоте, как ни странно, помогала. Тогда я действовал на инстинктах, грубо и грязно, сейчас же я просто придал этой грубой силе изящную форму.
Нити сплелись в воздухе в сложную, вращающуюся геометрическую фигуру. Она пульсировала, но не распадалась. Для стороннего наблюдателя это выглядело как высший пилотаж контроля. Для меня же это было чем-то вроде детской разминки, которую я усложнил, добавив в структуру немного хаоса, чтобы имитировать предельное напряжение.
— Поразительно, — пробормотал инструктор, подходя ближе. Он не смотрел на меня настоящего, его взгляд был прикован к марионетке. — Видите? Вот что значит полная ментальная синхронизация! Сосуд не сопротивляется потоку, он стал продолжением его воли. Он проецирует свой дар!
Фишкой Варенсов, в то же время ставшей причиной их падения, была антимагия. Антимагические струны, разрушающие чужие заклинания, были страшным оружием, если уметь ими грамотно пользоваться. В Кальмире мне пришлось использовать перчатки как костыль, чтобы добиться нужного эффекта. Но с того дня прошло достаточно времени, чтобы я смог улучшить технику. Моим самым главным преимуществом было то, что на самом деле я не был магом седьмой ступени, как показывал. Ложное Вознесение, как бы плохо я его не освоил, давало мне возможности схитрить. Ниито, Бог-Охотник, еще на третьей звезде назвал меня слабейшим божественным существом, и с тех пор мое развитие очень мало походило на путь нормального мага. В Бастионе я перепрыгнул через ступень, а после финального столкновения с Немертвым и моей «смерти» так и вовсе произошло что-то необъяснимое.
Можно смело говорить, что логика и здравый смысл — это не про меня. К счастью, моя уникальность также помогала скрывать мои тайны. Обычный маг всегда пассивно пропускает через своё тело солидный объем маны, и по этим потокам можно понять, какой силы он достиг. Вкупе с внутренним резервом мистиков это приводит к тому, что спрятать свой реальный уровень чрезвычайно сложно. Но моя ситуация… Скажем так, когда я понял, что сложность доступной мне магии ограничена лишь моими
