Неправильный попаданец - Катэр Вэй

Наш «витязь» сражался в одиночку — против трёх здоровенных двуногих монстров и примерно десятка синорглусов. Он рубил мелких тварей одного за другим с холодной, расчётливой яростью. Движения были точными, выверенными, почти грациозными — будто он танцевал смертельный танец посреди хаоса.

Двуногие противники держались настороженно: не лезли напролом, держали дистанцию и атаковали лишь тогда, когда подлавливали удачный момент. При этом возникало странное ощущение, что они переговариваются между собой — время от времени бросали взгляды то в мою сторону, то в сторону парня с девушкой.

Одна крысоподобная тварь прыгнула «витязю» на спину и вцепилась острыми когтями в кольчугу. Он рывком сбросил её, но тут же вторая вцепилась в ногу. Витязь упал на одно колено, однако не сдался — продолжал отбиваться, вращая меч с такой скоростью, что воздух свистел, рассекаемый сталью.

Мне вдруг стало грустно и обидно: такой могучий вояка сейчас погибнет! Всё, чего я хотел, — чтобы рядом с ним оказался поднятый мною воин. И чудо свершилось: к нему рванулся мой воин, по пути снося головы настырным синорглусам. Но он не успевал…

Я тоже бросился на подмогу — и почти сразу понял: тщетно. Ноги подкашивались от усталости, дыхание сбивалось, а расстояние между нами и витязем было слишком большим. Ещё пара секунд — и его разорвут. Один из двуногих попытался атаковать со спины, а двое других напали с флангов одновременно.

Я метнул свой последний уцелевший нож. Попал! Плашмя! Дьявол! Двуногий, получив мой «подарок» меж лопаток, непонимающе развернулся. В его взгляде явно читалось: «Совсем больной?»

Я схватил хомяка.

— Пи-ии-пи-пи-пеп! — заверещал пушистый снаряд, летя к цели.

— Сам такой! — рявкнул я, уже ломясь вперёд.

Ну как «ломясь»? Почти полз на карачках — но очень активно и с чётким желанием убивать. Попутно раздобыл оружие: чей-то топор валялся.

Неправильно это — раскидывать ценные вещи, — бубнил я про себя. — Всё в дом надо, всё в хозяйстве пригодится.

Хомяк врезался в морду двуногого монстра, вцепился когтями в щёки, а зубами — в хрящеватый нос. Тварь взвыла от неожиданности и боли и пропустила удар «витязя».

Тем временем поднятый мною воин наконец достиг места схватки. Одним размашистым ударом он отсёк руку первому двуногому — у того и без того уже свисали кишки из брюха. Вторым ударом располосовал грудь последнему уцелевшему монстру.

Дополз до места схватки я как раз вовремя. Хомяк прыгал на голове метрового третьего врага. Два воина порубили его в капусту. Руки окончательно послали меня в «пещеру эротическую» — и я рухнул рядом. Ноги давно мне сказали «до свидания», а теперь и всё тело отказалось служить. Дыхание вырывалось рваными толчками, перед глазами плыли тёмные пятна.

Оставшиеся синорглусы, увидев гибель вожаков, бросились врассыпную. Один из двуногих, едва державшийся на ногах, попытался прикинуться опоссумом, но воин будто чувствовал, кто ещё жив, а кто мёртв. Безошибочно определив живого мерзавца, прикончил его точным ударом меча.

Тишина опустилась на поле боя так внезапно, что я едва не оглох. Лишь тяжёлое дыхание уцелевших да бешеный стук моего сердца свидетельствовали: мы живы.

«Витязь» медленно поднялся на ноги. Его доспехи были изрублены, лицо покрыто кровью. Его пошатывало, но он стоял — живой, непокорённый. В глазах по-прежнему горел тот самый огонь, что не угасал даже в самой гуще битвы.

Вокруг лежали тела — знакомые и незнакомые. Кто-то сражался до последнего вздоха, кто-то пал, не успев даже понять, что происходит. Земля пропиталась кровью, воздух наполнился тяжёлым смрадом смерти — смесью железа и разлагающейся плоти. Лунный свет выхватывал из темноты жуткие детали: остекленевшие глаза, разорванные доспехи, искривлённые в последнем крике рты.

— Дядя Толя, мы победили? — тихо и неуверенно прозвучал в моей голове голос Пети.

Из двадцати человек нас осталось четверо — не считая хомяка и поднятого мною воина. Атака тварей была отбита, но какой ценой? А главное — что дальше?

Глава 9

Адреналин постепенно отступал, и ощущения возвращались — но какими-то рваными, прерывистыми волнами. В груди нестерпимо жгло, каждая вена будто наполнилась расплавленным огнём и вздулась, пульсируя под кожей. Глаза, казалось, готовы были выскочить из орбит.

Выжившие понемногу стягивались в одну кучу, а меня снова скрутило — тело вывернуло наизнанку.

Хотя в желудке, по идее, ничего быть не могло, организм явно был с этим не согласен. Из меня вышло немало — бурая, вязкая жижа.

И чем больше её выходило, тем слабее становилось жжение в груди. Глаза постепенно вернулись на место, вены успокоились, перестали пульсировать и пылать.

Хомяк, к удивлению, молчал. С видом знатока он внимательно изучал биомассу, которую я исторгнул.

— Слабый хозяин… — скептически изрёк поднятый воин, но развивать мысль не стал.

— Хозяин⁈ — округлил глаза подошедший витязь. — Что значит «хозяин»? Ты кто?..

По оборвавшейся интонации было ясно: витязь начал понимать, кто я и кто этот мой новый служитель. «Значит, сейчас начнётся представление», — подумал я. Правда, бойцом я себя сейчас совсем не чувствовал — да и прежде им не был.

Хомяк скептически окинул взглядом собравшихся и плюхнулся на попу, явно приготовившись наблюдать за цирком.

— Уважаемый! — начал я, всё ещё задыхаясь и невольно брызгая слюной. — Меня зовут Петя. А к вам как обращаться?

— Клим! — ответил витязь. — Ты… воскрешатель? — произнёс он, будто не веря собственным словам.

— Это одна из версий, — осторожно ответил я. — Но прошу заметить: мой новоявленный слуга, как и я собственно, спасли вам жизнь.

— Ты воскрешатель! — теперь витязь не спрашивал, а утверждал.

— У каждого свои недостатки! Ты — воин! — парировал я.

— Ты воскрешатель! — Клима, видимо, заклинило; хомяк уже потихоньку хихикал.

— Ты воин! — ответил я в той же интонации, снова невольно плюясь.

— Воскрешатели — зло! Вас надо уничтожать! — раздался резкий звук стали о сталь.

Я даже не успел осознать, что происходит. Раненый витязь молниеносно сократил дистанцию и уже готовился рассечь меня пополам. Но ему помешал мой боец — он выставил меч поперёк.

— Хозяин неприкосновенен, старый друг, — поднятый твёрдо смотрел в глаза Климу.

— Андрей⁈ Ты⁈ — Клим отшатнулся, но меч не опустил. — Почему? Как⁈ Не понимаю… Тебя же отправили на юг! В Краснодарский разлом!

— Не довезли, — усмехнулся «Андрей», опуская меч и слегка расслабляясь. — Привезли сюда, как и тебя с сосунками, и оставили. Эти мелкие твари нас и порвали.

— Давно? — Клим наконец опустил меч.

— Вчера! — Андрей улыбнулся. — А вот этот, с позволения сказать, хозяин — воскресил. Ощущения странные: всё как-то