Materia Prima-1. Добавь Яркости - Вова Бо

План был, и именно он не давал моему мозгу сойти с ума. Пока жила надежда на светлое будущее, окружающая реальность воспринималась легко, словно дурной сон, от которого я вот-вот очнусь.

В то, что я могу помереть в глубине, я не верил ни на мгновение. Уж скорее тут, чем там. В отличие от местного мяса, мозгов мне хватало. Разберусь, что к чему, дальше буду действовать по обстоятельствам.

Оставалась главная загвоздка. Как быстро перейти в красную зону, чтобы попасть в команду счастливчиков? Увы, добровольцев они не набирали. Кредитный рейтинг в этом мире был не только долговой кабалой, но и неким идентификатором полезности. Так что понапрасну рисковать дойной коровой никто не собирался.

Держись серединки, работай, плати проценты, не гаси слишком быстро, ведь выскочек нигде не любят. Не нарывайся на штрафы, не попадешь в глубину. Будь середнячком, серой массой, проживешь долго и счастливо. Последнее не точно. Первое тоже, если уж начистоту. Такие правила.

Но мне на них было насрать. Штрафы капали каждый день, но для меня это было слишком медленно. Лихой прикончит меня раньше, чем я попаду в красную зону.

Но удача пришла откуда не ждали. Похоже, в этом мире иначе не бывало, но повезло мне лишь потому, что кто-то где-то умер. И меня переставили с костей на сортировку риса. Это была их главная ошибка.

Рисом тут называлась белесая крупа скорее шарообразной формы. Именно из неё готовилась та жидкая дрянь, которую я ел все эти дни. Моей задачей было следить, чтобы сито, через которое просеивалась крупа, не забивалось. Я должен был убирать слипшиеся комочки и складывать их в отдельное ведро. Они позже пойдут нам в пищу, а нормальное зерно — нормальным людям.

Разумеется, при виде этого праздника живота я тут же сорвал маску и принялся запихивать рис в глотку горстями. Сухой, твёрдый, абсолютно безвкусный. Я грыз его с такой скоростью, что треск стоял в ушах. Глотал, давился, хрипел, но продолжал есть. Кажется, охранники среагировали лишь через две минуты, после чего влетели в сортировочную, повалили меня на пол и принялись избивать, но было уже поздно.

Позже я добрался до столовой и на имеющиеся кредиты запил всё водой. Рис в животе разбух, даруя чувство сытости, которого я, кажется, не испытывал никогда. Настоящее блаженство. Потом всю ночь мне крутило живот, так что уснул с трудом, но оно того стоило.

В итоге за эту выходку, помимо избиения и криков старшего, мне влепили тысячу кредитов штрафа. И вернули на кости, само собой.

На следующий рабочий день я действовал умнее. Отработал положенную смену, заработал кредитов, а примерно за час до конца просто ушёл со своего места и направился к рисовой кормушке. Охранник на входе вовремя меня увидел и открыл рот, но тут же получил по лицу лопатой. Той самой, которой я грузил кости в тележку. Уже через две минуты прибежали ещё несколько охранников, и им пришлось приложить немало сил, чтобы оторвать меня от чана с рисом.

Дальше всё по накатанной: избиение, мат, уже две тысячи штрафа за рецидив. К сожалению, в столовую меня не пустили. Хорошо, что в обед я потратил все заработанные кредиты на воду, так что зёрна легли куда надо.

Вторую ночь спал ещё хуже. Тело ныло от побоев, зато желудок потихоньку начал привыкать к необработанной пище.

На третий день меня сверлили свирепым взглядом все местные охранники и работяги. Похоже, штрафанули не меня одного. Я лишь шёл к своей тележке с довольной улыбкой. Лопата оказалась приварена толстой увесистой цепью. Ага, теперь понятно, чего местное мясо смотрело на меня с такой ненавистью. Но высказать претензии разноглазому психопату-смертнику почему-то никто не осмелился.

Да, потяжелевшие инструменты добавили неудобств, но тело окрепло достаточно, так что восемь кредитов за смену я сделал. А проблемы остальных — это проблемы остальных. Хотели бы, давно бы объединились и устроили бунт. А раз терпели до меня, потерпят и после.

Сегодня я не стал выпендриваться и просто поел в столовой, как в первые дни. Каша и чудесная вода с привкусом ржавчины. Я уже был в красной зоне — опять же спасибо тем, кто помер. По местным правилам казино никогда не остаётся в минусе. После того как кто-то погибал, его долг равномерно распределялся между всеми жителями его модуля. Так что та парочка, которую забрали на моих глазах, в итоге накинула мне ещё почти триста кредитов минуса.

— Эй, свеженький, — окликнул меня довольный голос Лихого, стоило мне вернуться в барак. — Подойди сюда на минуточку, будь так любезен.

Несмотря на вежливость, этот тон мне ой как не понравился. Но я всё же сделал, как он просил. Стоило приблизиться, как я увидел своего соседа, который дежурил для меня каждую ночь.

Парень сидел на полу в их крытом уголке и жадно уплетал здоровый бутерброд с паштетом. На меня он старался не смотреть, но я разглядел несколько свежих синяков, алыми пятнами расплывавшихся по его роже. Избили и накормили.

Неприятное чувство холодком поползло по позвоночнику. И усилилось, стоило мне взглянуть на довольную харю Лихого, развалившегося на шконке.

— Смотри, что мы сегодня нашли? — он поигрывал заточенной костяшкой, на которой до сих пор виднелась его запёкшаяся кровь.

Получалось, они всё-таки нашли мою заначку. Разумеется, после предупреждения Соломона я поостерегся держать оружие при себе. Так что прятал его в матрасе моего ссыкливого дежурного.

— Оставь себе, у меня ещё есть, — попытался я изобразить равнодушие.

— Ой, что-то чую пиздежом запахло. Пацаны, обшмонайте-ка эту сучку. Бегом.

Пятеро парней вальяжно взяли меня в полукольцо, но нападать не спешили. Я же демонстративно убрал руки в карманы, словно там что-то было.

— Ну давайте, — задорно улыбался я. — Кто бессмертный?

Сам лишь покрепче сжал в кулаках металлические бруски, которые нашёл в одной из мусорных куч. Даже не оружие, просто утяжелители. Но использовать не успел.

Ударили в спину. Подсекли ноги. Повалили, набросились сверху, прижали к полу, заломили руки. Через мгновение подняли и поставили на ноги, но не отпускали ни на секунду. Я успел оглядеться и наконец понял, что произошло.

Ещё двое парней из числа местных. Новенькие, появились в бараке недавно. Их-то я не учёл, не думал, что Лихой завербует кого-то ещё. Мой просчёт.

— Бруски какие-то, — шестёрка Лихого радостно подбежала к боссу, показывая моё «оружие». — Нет у него нихрена.

— Да кто бы сомневался, — Лихой поднялся со