Статус: В общем и целом – ученик - Андрей Мельник
Демонесса, как и ожидалось, подвела её. Не посмела даже пошевелиться в присутствии Фиора. Что ни говори, а демоны остаются демонами. Что в сказках и легендах нашего мира, что здесь, в реальности.
Время перестало что-либо значить. Давление, что я испытывал, было несравнимо легче, чем бремя моего поражения.
— Ненавижу… — тихо произнёс я, прикрывая глаза. Но и это не помогло мне забыть глаза тех, кто вместе со мной оказался раздавлен в тот день. Их обращённые ко мне взгляды, полные надежды на то, что уж я-то выдержу, справлюсь, создам очередное чудо и обращу поражение в победу.
Не выдержал. Не справился. Не создал.
— Слабак, — произнёс я, ощущая, как жар в груди нарастает.
— Хорошо! Отлично! Все справились с первой волной… Но что будет дальше? Пришла пора повысить сложность испытания! — голос глашатая разнёсся по арене.
Призрачный дракон вновь зарычал и резко на плечи упали килограммы тяжести, словно добавился слой невидимых гирь. По ощущениям, тяжесть удвоилась, может, даже утроилась за секунду.
Плечи опустились. Даже дышать стало заметно тяжелее. Но я устоял, не упал и не согнулся пополам. Собрал волю в кулак и сосредоточился на контроле тела и разума. Попытался отрешиться и подумать о чём-то хорошем.
«Молодец, держишься хорошо, — подбодрила Алиса в голове. — У тебя Воля сильно выше среднего, справишься без проблем».
Огляделся по сторонам, желая оценить состояние других участников и прикинуть, кто продержится дольше, а кто вылетит в первые минуты испытания.
Ящеры стояли напряжённо, многие уже согнулись, упёрлись массивными руками в колени и тяжело дышали открытыми пастями. Один особо слабый уже опустился на колено: лицо красное от напряжения, чешуя потемнела от выступившего пота. Явно на пределе возможностей, скоро вылетит.
Орк Моргат стоял почти прямо, скрестив руки на широченной груди. Даже усмехался, показывая свои клыки. Давление на него действовало слабо.
Эльф Эларион стоял с закрытыми глазами, руки были сложены перед грудью, словно в молитве. Хотя он скорее медитировал: дышал ровно и глубоко, будто вообще не замечал давления. Погружён в себя, спокоен как… Не знаю кто.
Зен'Тар тоже медитировал, но стоя в боевой стойке. Ноги широко расставлены, будто на лошади сидит, ладони вытянуты вперёд, мизинец и безымянный палец загнуты, остальные прямые. Чем-то он мне китайских любителей кунг-фу напоминает…
Дракониды стояли уверенно, хотя и с заметным напряжением в позах. Лишь Дракс Омараз стоял абсолютно расслабленно. Руки свободно висели вдоль тела, на лице лёгкая улыбка. Давление на него вообще не действовало или действовало настолько слабо, что он его не замечал.
Вокруг меня начались первые потери среди более слабых участников. Пятеро ящеров почти одновременно упали на колени с глухим стуком, затем рухнули на четвереньки и уткнулись мордами в горячий песок арены. Дышали тяжело и хрипло, словно после марафонского забега, некоторые харкали и кашляли. Один закричал от боли, схватился когтистыми лапами за голову и начал кататься по песку.
— Пятеро участников не выдержали и покидают арену! Ничего, вы ещё воспарите подобно драконам! Кто из нас не знал горечи поражения, тот не ценил радости побед! — объявил глашатай.
Один из драконидов — старый, седой, в мощных доспехах — прошёлся по арене, ни капли не показывая тяжесть давления. Собрал отключившихся выбывших и унёс их за пределы зоны испытания. Пока он ходил, ещё двое рухнули, не справившись с нагрузкой. Он и их забрал. А следом заклинание перешло на новый уровень силы.
Тяжесть стала просто огромной. Словно небольшая гора легла на плечи и пыталась вдавить в землю. Мышцы были напряжены до предела, колени мечтали согнуться, но я стоял прямо, мысленно ругаясь. Ощущения всё ещё далеки от того, что я испытал в той битве, но мне уже так тяжело. Насколько же сильной была та ловушка?
«Держись! Не позорь меня! А то укушу и всё мясо заберу!» — подбадривала меня Алиса, как умела.
Соперники начали падать, но я не мог позволить себе расслабиться и следить, кто там выбывает, а кто — нет. Ориентировался на слух, до боли и зубовного скрежета сжимая челюсти.
— Участники падают, как листья с деревьев во время урагана! Ещё восемь участников вылетели! Осталось всего двадцать четыре! — объявил глашатай, и мимо меня с телом ящера на плече спокойно прошёл старый драконид.
Господи, он ещё и насвистывает какую-то мелодию!
«Чего зовёшь меня? Сосредоточься, осталось всего двух обойти!» — ответила Алиса.
Прошло ещё несколько минут мучительного ожидания и сопротивления. Уровень не повышали, никто и не упал. Я даже постепенно привык к этому давлению и ощутил, как напряжение падает.
Орк Моргат всё ещё стоял достаточно прямо, хотя уже не усмехался, как раньше. Лицо напряжённое и серьёзное, мышцы вздулись под зелёной кожей. Но стоял крепко, не собирался сдаваться.
Эльф Эларион открыл глаза и, задрав голову, смотрел на дракона. Шея его при этом вздулась, и все вены торчали, показывая степень напряжения.
Зен'Тара била мелкая дрожь. Вокруг него то вспыхивала, то затухала видимая аура. Защита явно слабела под натиском давления. Но монах держался упорно, не желая сдаваться.
Драконоиды заметно сдали позиции. Двое уже вылетели. Виаран Огнехват опустился на одно колено, тяжело задышал открытым ртом, чешуя потемнела от пота. Таэрис Громозар стоял, но опирался обеими руками на свой посох с молниями. Странно, что подобное оружие не запрещалось. Впрочем, это испытание на волю, а не на силу и выносливость. Здесь давят ментально, а уже как тело это воспринимает — другой вопрос.
Дракс Омараз по-прежнему выглядел абсолютно спокойным и расслабленным. Стоял свободно, даже не вспотел, на лице всё та же лёгкая улыбка. Вокруг него переливами кружила защита, показывая преимущества того, за кого готовы пахать божества.
— Кажется, все уже приспособились! Давайте вновь поднимем давление! — объявил глашатай, и я понял, что сейчас будет по-настоящему тяжело.
В один миг меня поглотило ментальное цунами. Голова заболела, во рту появился неприятный металлический привкус крови.
«НЕ СДАВАЙСЯ! Ты сильнее этого давления!» — кричала Алиса в моей голове изо всех сил.
«Пытаюсь! Очень стараюсь!» — выдавил я мысленно, собирая волю.
«Давай, выпрямись! Справишься — я разрешу тебе даже…»
«Что?»
«Подожди, я ещё не придумала…»
«Давай быстрее! Что-то меня накрывает… Даже звуков не слышу уже. Перед глазами тоже темнеет…»
«Поздно…»
«Что „поздно“?»
«Ничего я тебе не дам», — ответила она, появляясь передо мной с высунутым языком.
Ко мне внезапно вернулся исчезнувший слух, и я ощутил бешеное сердцебиение. Кажется, давление
