Легион Лазарей - Эдмонд Мур Гамильтон

— Ничего фатального. Вы не потратите больше получаса, чтобы выбраться.

Он проводил их к люку и проследил, как они входят внутрь. Хирст наблюдал за небом, чёрным, расцвеченным звёздами небом с пересекающей его сияющей аркой Колец и одной великолепной молочно-белой дугой Сатурна, видимой и встающей над восточным горизонтом.

— Они идут, — мысленно сказал он Шерингу.

— Хорошо.

Тот начал закрывать люк, и один из молодых людей внезапно указал на мешок, привешенный к поясу Шеринга.

— Ты что-то украл.

— Расскажи это Беллаверу.

— Будь уверен, что расскажу. По всей строгости закона, мистер! В полнейшем объёме.

Люк закрылся. Шеринг заклинил крепёжный механизм, чтобы его нельзя было повернуть изнутри. Потом подошёл и встал рядом с Хирстом на мерцающей равнине, наблюдая, как падает из Колец корабль.

— Они расскажут Беллаверу, — заверил Хирст.

— Естественно.

— Что сделает Беллавер?

— Точно не знаю. Что-нибудь радикальное. Он так хочет наш звездолёт, что убил бы своих детей, чтобы его получить. Ты можешь понять, почему. Корабль сам по себе бесценен, на сто лет опережает время, но это ещё не все. За ним кое-что стоит. Для нас это свобода и безопасность. Для Беллавера это…

Он жестом указал на небо, и Хирст кивнул, увидев в мыслях Шеринга изображение гигантского Беллавера, в десять раз больше бога, прибравшего к своим рукам всю галактику.

— Желаю вам удачи, — произнёс Хирст. Он отцепил от пояса мешок титанита и отдал Шерингу. — Всё равно потребуется время, чтобы обработать руду и смастерить реле. А мне времени может хватить. Вернитесь за мной, если сможете.

— Вернон?

— Да.

Шеринг кивнул.

— Я сказал, что помогу тебе до него добраться. Я помогу.

— Нет. Это моё дело. Я сделаю его в одиночку. Ты должен быть там, с ними. С Кристиной.

— Хирст, послушай…

— Не рассказывай мне, где звездолёт. Я могу не продержаться так хорошо, как ты.

— Всё верно, но Хирст, в случае, если мы не сможем вернуться, ищи нас в стороне от Солнца. Не ближе к нему.

— Я запомню.

Корабль приземлился. Шеринг с титанитом вошёл в него. А Хирст зашагал к запертым и погребённым зданиям завода.

Снова пошёл снег.

Глава 9

Холод, темнота и бесконечная грусть. Хирст бродил по комнатам, чувствуя себя призраком и думая, как призрак. Из зданий вынесли всё. Жилые помещения были теперь лишь гробницами множества воспоминаний, полностью лишёнными чего-либо человеческого или привычных связей. Хирсту очень странно было это чувствовать. Он твердил себе, что прошло пятьдесят лет, но не мог поверить. Казалось, прошло всего несколько месяцев со смерти Макдональда, месяцев, занятых расследованием и судебным процессом, и безумной бесполезной тоской несправедливо обвиняемого. Длительный промежуток псевдосмерти был не более чем ночным сном для мозга, проведшего время в бессознательности. Сейчас казалось, что где-то здесь по-прежнему должны находиться Саул и Лендерс, и должны быть огни, тепло и движение.

Не было ничего. Он не мог заставить себя оставаться в жилых помещениях. Он пошёл в одну из подсобок, сел на бетонную тумбу и стал ждать. Долгое жуткое ожидание. Все эмоциональные бури, вызванные убийством и его последствиями, снова проходили через его разум. Сцены с Саулом и Лендерсом. Сцены со следователями, с семьей Макдональда, с адвокатами и репортёрами. Сцены с Еленой. Весь ужасный кошмар, неминуемо ведущий к моменту кульминации, когда открылась дверь шлюза, и он присоединился к спящим на равнине. Когда всё закончилось, Хирст почувствовал себя потрясённым и истощённым, но спокойным. Лицо Вернона ярко горело перед глазами его разума.

Не потрудившись поднять стальные жалюзи с окон, он наблюдал, как двое молодых людей выбирались из башни подъёмника. Он смотрел, как они бегут к своему кораблю и взахлёб стрекочут по радио. К тому времени, когда много позже на посадочное поле на истекающих пламенных струях с рёвом опустилась яхта Беллавера, он мог следить за ней с почти прохладной отчуждённостью зрителя. Ему хватало осторожности крепко держать щиты против Вернона, но он не думал, что другой лазарь стал бы его искать. Вернон, казалось, был полностью поглощён Беллавером.

— Что ещё им было красть, ты дурак? Тебе нужно было убить Хирста раньше, когда была возможность.

— Кто-то должен был взять на себя вину за Макдональда. К тому же, он побывал на борту «Счастливого Сна». Почему вы его не удержали?

— Не хами мне, Вернон. Я в любое время могу сдать тебя полиции за любое из сотни дел.

— Не стоит открывать карты, Беллавер.

— Оно того стоило бы, — череда непечатных именований, вырвавшихся в яростном крике. — Ты не мог найти титанита, но они нашли, едва только заполучили Хирста.

— Хорошо, господин Бог Всемогущий Беллавер, сдайте меня. Но если они утащили именно титанит, у вас нет шансов найти этот звездолёт без меня.

— До сих пор ты не слишком-то преуспел.

— На радостях они могут допустить небрежность. Но вам решать.

Последовала ещё более нецензурная фраза, но Беллавер не повторил угрозу. Они с Верноном и с парой других мужчин облачились в вакуумные костюмы и пробрались по снегу к башне подъёмника. Изнутри погребённого в холодной темноте здания Хирст следил за ними, сосредоточено и быстро думал и улыбался. Вскоре он покинул здание и осторожно двинулся в обход в снежном мраке, пока не попал в зону действия их нашлемных коммуникаторов. Теперь он мог слышать их ушами, но продолжал следить экстрасенсорно.

* * *

Они осмотрели пустой свинцовый ящик, молодые люди рассказали, что случилось, и Беллавер в ярости накинулся на них. Больше не оставалось никаких сомнений, что титанит найден и похищен, и Беллавер видел звёзды, миры и луны, ярко сияющую захваченную галактику, ускользающую от него. Он грозил двум молодым людям всеми карами, какие сумел придумать, за то, что не остановили воров, и один из парней побледнел и испугался, а другой покраснел, как красный кирпич, и помахал кулаком рядом с беллаверовым шлемом.

— Иди к чёрту, — сказал он. — Мне всё равно, кто ты такой. Убирайся к чёрту.

Он выбрался из башни подъёмника вместе с наступающим на пятки напарником, Беллавер что-то кричал им вслед, члены экипажа за его спиной глядели потрясённо и презрительно, а Вернон открыто рассмеялся во весь рот.

Двое молодых людей сели на свой кораблик и улетели. Беллавер развернулся и стоял, не сводя глаз с пустой коробки. Сейчас он казался измученным, утратившим надежду, как ребёнок, который вот-вот упадёт и заплачет. Вернон подошёл и пнул ящик.

— У Хирста было преимущество, — сказал он. — Он знал Макдональда, и он знал обогатительный завод. И при всём том, это должно было