Легион Лазарей - Эдмонд Мур Гамильтон

Шеринг быстро и резко вдохнул.

— Идём.

Они проникли в тоннель, приседая, обтирая стены.

— Берегись ловушек.

— Я пока никаких не вижу.

Ящик стоял посередине туннеля. Никакой возможности обойти, никакой возможности заглянуть за него, если не лечь на крышку и не втиснуться между ней и низким потолком. Хирст и Шеринг прикрыли глаза.

— Не уверен, но думаю, что вижу провод. Проклятый туман. Не могу сказать, куда он идёт.

* * *

Хирст снял с пояса кусачки и осторожно скользнул над ящиком. Его сердце билось очень сильно, а руки дрожали так, что было очень трудно попасть кусачками по проволоке. Провод соединялся с задней частью ящика, он был очень грубо и поспешно прикреплён каплей пластикового припоя. Только после того, как Хирст зажал проволоку острыми металлическими зубцами, до него дошло, что припой был неметаллическим, а проволока голой. И тогда, конечно, было слишком поздно.

Должно быть, где-то впереди находился простейший генератор, по-прежнему заряжающийся от роскошного источника излучения. Кусачки вылетели из руки Хирста с ливнем искр, а в темноте туннеля впереди внезапно обрисовалась яростная вспышка света и взрыв пыли. Не слишком сильная ударная волна врезалась в старенький шлем Хирста. Сразу же закричал Шеринг, но возмущение быстро оборвалось на середине крика. Они подождали.

Осела пыль. Успокоилась недолгая дрожь скалы.

В потолке тоннеля, где произошёл взрыв, зиял открытый сбросовый люк, но из него не высыпалось ничего, кроме горсти чёрной пыли.

Хирст начал смеяться. Он лежал на животе поверх ящика с титанитом и хохотал. Слёзы текли из глаз, стекали по носу и падали на внутреннюю часть шлема. Сзади его ударил Шеринг. Он бил его, пока приступ смеха не отступил, и тогда Хирст покачал головой и сказал:

— Бедный Макдональд.

— Угу. Давай действуй, теперь ты можешь отрезать про вод.

— Такая милая ловушка. Но он не рассчитывал на время. Они ушли отсюда, Шеринг, понимаешь? И когда они уходи ли, они выкачали жидкий графит и прихватили с собой. Так что не осталось ничего, чтобы затопить туннель. Патетично, правда?

Шеринг стукнул его снова.

— Режь проволоку.

Он разрезал. Они побрели назад по туннелю, волоча ящик. Вернувшись в шахту, где было достаточно места, они его открыли.

— Не кажется, что здесь не так уж много металла, для всех проблем, которые он породил?

— Нет, не кажется. Но ведь и золото не выглядит объёмным, или уран, или горсть маленьких сухих семян. — Шеринг подобрал кусок грубой сероватой руды. — Знаешь, что это такое, Хирст? Это звёзды.

Настала очередь Хирсту развернуться, чтобы успокоить Шеринга тычком. Звездолёт и сопутствующая ему мечта пока что представляли для него только интеллектуальный интерес. Они разделили титанит на два мешка. Это добавило каждому лёгкий груз, едва заметный, когда его прицепили на поясное кольцо на спине.

Внезапно Хирст сильно забеспокоился. Возможно, это было реакцией, возможно, воспоминанием о том, как он попал в ловушку в аналогичной дыре на астероиде Вальхалла. Возможно, это было ментальным предчувствием, экранированным радиоактивным «туманом». Во всяком случае, он кинулся вверх по лестнице с почти самоубийственной спешкой, призывая Шеринга за собой. Шахта казалась многомильной. Казалось, она вытягивалась перед ним, по мере того как он поднимался, так что он никогда не приблизится к устью. Он понимал, это игры воображения, потому что проходил метки уровней, но подъём больше всего напоминал кошмар, который он никогда до сих пор не испытывал, находясь в сознании. Едва они миновали отметку уровня Е, Шеринг заговорил.

— Корабль приземлился.

Хирст глянул ментально. Туманящий эффект теперь был не так велик, и он мог видеть довольно ясно. Кораблик был маленьким, из него выбирались двое мужчин. Снег перестал.

— Должно быть, радар всё-таки зацепил плот, — сказал Шеринг. — Либо кто-нибудь заметил ракетный выхлоп. — Он начал подниматься быстрее. — Нам лучше убраться отсюда, пока они не вошли.

Уровень D. Руки Хирста внутри перчаток превратились в холодные негнущиеся неуклюжие крючки для ловли хилых ступенек. Снаружи два человека стояли в снегу и оглядывались по сторонам.

Уровень С. Один из двоих заметил плот, припаркованный у башни подъёмника. Он ткнул пальцем, и они направились к нему.

Уровень В. Ботинок Хирста соскользнул и сорвался, ударив по стене.

— Ради Христа, — проворчал Шеринг. — Ты гремишь, как храмовый гонг. Что ты пытаешься сделать, переполошить всю луну?

* * *

Снаружи люди склонились над плотом. Они осматривали его. Потом они уставились на башню подъёмника. Они оставили плот и бросились бежать, выдёргивая из чехлов оружие.

Уровень А. Дыхание Хирста ревело в шлеме, как сильный ветер. Он думал о длинной тёмной дороге вниз, которая оставалась за ними, о том, как выглядел Макдональд на дне шахты, и как он, если свалится, снесёт Шеринга, и никто не доберется до звёзд, и Вернон останется на свободе. Он сжимал зубы, всхлипывал и лез. Двое мужчин снаружи осторожно сняли люк и вступили в башню.

Конец лестницы. Ровный пол, можно растянуться. Хирст, извиваясь, отполз от выхода. Он подумал, что вот-вот отключится, и нашарил кислородный клапан, обогащая смесь. В голове начало проясняться. Теперь рядом с ним был Шеринг. В этот раз у них тоже было оружие. Шеринг послал ему быстрое ментальное предостережение:

— Не стреляй без крайней нужды.

Один из двоих мужчин неуверенно поставил ногу на лестницу, которая вела наверх, туда, где они были. Второй держался сразу за ним. Шеринг тщательно прицелился и выстрелил на половинной мощности.

Жёсткий синий разряд не попал ни по одному человеку. Но оба отлетели назад в облаке горящих хлопьев, и когда Шеринг крикнул им бросать оружие и уходить, они, полубессознательные от шока, так и сделали. Хирст и Шеринг запрыгали по ступенькам, задержавшись только, чтобы подобрать оружие. Потом они выскочили наружу. Двое мужчин со всех ног бежали к своему кораблю, но они не ушли далеко, и Шеринг остановил их ещё одним выстрелом, который выбил гейзер испарившегося метана практически из-под их ног.

— Не сейчас, — сказал он. — Попозже.

Двое стояли, угрюмо послушные. Они оба были молоды и не выглядели испорченными. «Просто делают свою работу, — думал Хирст. — В них нет никакого зла, просто исполняют работу, как и множество людей, которые никогда не перестают беспокоиться о том, чтобы иметь работу». На вакуумных костюмах обоих виднелись знаки различия корпорации Беллавера.

— Вы вторгаетесь на территорию частной собственности, — заговорил один из них, словно проговаривая урок, без подлинного личного интереса. — Вы будете привлечены к ответственности по всей строгости закона.

— Конечно, — сказал Шеринг. Он жестом послал их к башне подъёмника. — Давайте внутрь.

Молодые люди растерялись.

— Что