Блогеры - Павел Вячеславович Давыденко
Макс схватил резинку со стола и наскоро собрал волосы в пучок на затылке. Еще с начала лета он думал о стрижке чисто из практических целей: слишком жарко, голова постоянно чешется, сколько ее ни мой, расчесывать волосы нужно. Сейчас, когда ушла мама… может быть, как раз и стоит это сделать. Он закинул триммер в рюкзак.
Хорошо бы искупаться, но на это совсем нет времени. Встречают по одежке, да, но если сейчас приедут врачи и начнутся разборки?
С другой стороны, что, если они вызовут ментов? Ну, тогда пускай его вызывают по повестке или как там делается. Он придет, когда будет время. А то еще в отделение повезут, чего доброго.
Но все-таки проверить дом нужно, наверное. Хотя бы для того, чтоб быть в курсе событий на случай подозрений, так? Может, даже снять видео? На случай разборок с полицией.
Сейчас он задумался, что становится заложником какого-то… комплекса спасателя, что ли. И дальше тот его тянет невидимой рукой.
«Лучше просто уйти, пока не поздно…».
Он вышел во двор. Джабба так и лежал под яблоней. Макс кинул взгляд на соседский дом. Кивнул сам себе и зашагал туда.
Линия Паши 3
Паша шел по улице и чуть не плакал. Как же так? Ведь они с Артуром всегда вместе, с детства. Как тот мог так его предать?
Жара стояла такая, что вдалеке покачивалось марево. Нужно идти к дыре. Не может же он просто так сдаться? Да еще ничего и не потеряно, по сути. Он может снять то же самое. Вот только с коптером проблема. Хотя, опять же, можно придумать что-то другое. Он уже давно заметил, что в любом творческом начинании самое важное – это все-таки идея. Реализация может быть какой угодно крутой – монтаж там, собственно техника. Но без годной концепции можно и не начинать. Паша надеялся, что возле трещины к нему придет какое-никакое вдохновение.
Паша задумался о том, чем заниматься, если с блогерством не выгорит. Сейчас везде трубят, что нет ветки перспективнее, чем программирование. Всегда работу найдешь, если с кодом дружишь. С другой стороны, ему встречались видео, где говорили: мол, лучше всего заниматься тем, что тебе нравится, и получать с этого деньги. А к программированию у него душа не лежала.
Он вытащил мобильник и зашел на ютуб. Так и есть: буквально за час на теперь уже Артуровом канале добавилось несколько сотен тысяч подписчиков.
Паша все еще думал о канале как об общем, однако понимал, что друг ничуть не шутил.
Действовать нужно было немедленно: начинать снимать видосы или вовсе скачивать с канала и заливать на новый. Почему нет? Артур присвоил общий контент себе, так теперь Паша просто восстановит справедливость.
Почему ему не пришла в голову эта мысль сразу? Наверное, потому что он не такой гнилой, как Артур.
Еще он опять подумал про Лену. Артур половину выдумал. Наверное, по той же причине. Не может она прямо какие-то отношения с Шулей иметь. В любом случае, он проверит это…
И вот она, трещина. Паша опять почувствовал вибрацию, исходящую от края. Да, она точно была – едва уловимая, ощущалась даже сквозь тонкую подошву кед. Волоски на коже встали дыбом. Казалось, теперь даже прошлогодняя пломба в зубе вибрировала, а раньше Паша такого не замечал. Что-то там точно есть, внизу.
Он взглянул вниз. Чернота сперва была самая обычная, но после она начала клубиться и колыхаться. Будто бы звала и манила к себе, обещая нечто такое, чего в этом мире никогда никто не встречал.
Завибрировал телефон. Наваждение спало. Паша разблокировал экран и увидел пуш-уведомление.
«Добавлено новое видео…»
Грудь изнутри холодила ледышка, когда Паша тыкнул по иконке. Видео загрузилось. Синюшное лицо Артура, улыбка, похожая на гримасу агонии.
Кого-то тянет за веревку…
– Нет, – пробормотал Паша.
Артур тянул к трещине Джека. Пес скулил, но не особо сопротивлялся. Он же добряк и знает Артура. Они же копали крохе-лабрадору подкоп, когда тот был совсем щенком, возились с малышом. Обучали командам… Артур приходил тогда поиграть каждый день, и Джек держал его за второго хозяина. Впрочем, пес ко всем незнакомцам относился почти с одинаковым доверием и радушием.
– Сейчас мы, друзья, узнаем, что будет, если спустить в трещину живое существо! Чекайте, ребзи…
Паша знал, что нужно выключить видео. Заблокировать мобильник и отложить. Но все-таки продолжал смотреть.
Видел, как стягивается петля на золотистой шее Джека. Слышал, как тот жалобно тявкнул, когда Артур пихнул его в бок ногой, сталкивая в дыру. Пес попытался огрызнуться в последний момент, но лапы поехали по краю трещины, а веревка стала быстро разматываться.
Следом на экране возникло лицо Артура:
– А что с ним стало, вы увидите, когда наберете под этим видосом десять тысяч лайков.
Паша замер. Мозг отказывался верить, что это правда. Закричать, ударить телефон об землю – да хоть что-то сделать!
Нет. Это просто фейк. Монтаж.
Он пересматривал ролик раз за разом, пытаясь отстраниться от эмоций, чисто профессиональным взглядом. Кажется, вот склейка? Точно! И еще одна…
После он сел перед трещиной, сложив ноги по-турецки, и положил телефон рядом с собой. Чернота внутри клубилась завитками, оттуда будто бы веяло холодом. Однако Пашу теперь это не трогало. Как будто иммунитет появился.
Он обхватил голову руками. Не было там никаких склеек…
Артур поступил как выродок. Как он мог убить Джека? Да еще снять это на камеру и выложить на всеобщее обозрение… И ведь сколько там гневных комментариев – раз-два и обчелся. Сплошное одобрение и восторг.
Было еще одно видео, где Артур, все такой же деловитый, ухмыляющийся, вытаскивал из трещины освежеванный собачий труп. Лоснящиеся от сукровицы мышцы, жилы и связки, а шкура содрана начисто.
Паша не мог бы сказать, сколько так просидел. И уже не обращал внимания на холод, будто бы вытекающий из трещины и стелющийся по земле.
Вернулся к реальности лишь тогда, когда кто-то ткнул его в бок.
– Слышь, ты че? Все нормально, друг?
– Телефон рядом лежит…
Он поднял взгляд и увидел силуэты, окаймленные солнцем.
– Чет он не в себе, – сказал другой голос. – Ты Паша?
Он моргнул, отгоняя картинки, стоявшие перед глазами. Сунул телефон в карман, выпрямился, опираясь на колено, как дед.
– Ну, я. А что?
– Ты че, борзый? – Сейчас Паша узнал Шулю. На шее у него была рана, а под глазом как будто бы припухлость. Кто-то втащил ему с
