Меч Черный Огонь - Джеймс Логан

— Я тоже на это надеюсь, — ответила она и поспешила к двери, но остановилась, увидев несколько ящиков, сложенных рядом. На них были нарисованы разноцветные языки пламени. Крышка одного из ящиков была снята, и из нее торчало несколько странных цилиндрических предметов. «Что это?» — спросила она.

— Фейерверки, — ответил Матисс, присоединяясь к ней. — Привезены прямо с Моря Скорби. Я подумал, что это может стать для нас небольшим дополнительным доходом. Кроме того, этому унылому городу не помешало бы немного взбодриться. — Он искоса взглянул на нее с заговорщической улыбкой на губах. — Может быть, хочешь увидеть демонстрацию?

Блохе очень хотелось сказать да; до этого она видела фейерверк только однажды, когда эрцгерцог Сафроны женился на своей второй жене. Зрелище ярких красок, взрывающихся в небе, запечатлелось в ее памяти. Но ее и так уже достаточно долго не было. «Может быть, в другой раз», — неохотно сказала она и, помахав на прощание, ушла.

Холодный ветер вцепился в нее, когда она вышла на улицу, но на этот раз она едва обратила на это внимание, так как была поглощена тем, чтобы вернуться на прежнее место, прежде чем Лукан и Ашра заметят ее отсутствие. Как долго ее не было? Она понятия не имела. Но это не могло быть очень долго. И что с того, что они уже заметили? спросила она себя, почувствовав искру неповиновения. И что с того, что Лукан разозлился? Поделом ему за то, что он заставил меня следить за ним, когда сам…

Блоха замерла.

Она смотрела на Искр, переходивших улицу впереди. Их было много, ярких в своей оранжевой и желтой униформе. Ашра и Лукан шли, спотыкаясь, рядом с ними, их руки были скованы наручниками за спиной…

— Нет, — прошептала Блоха, ее глаза расширились от ужаса. Она шагнула вперед, выставив Ночной Ястреб перед собой, но замешкалась, когда ее отточенный на улицах прагматизм взял верх. Что она собиралась сделать, выстрелить в одного из Искр? Это закончилось бы только тем, что она тоже оказалась бы в наручниках. С упавшим сердцем Блоха опустила арбалет. Это моя вина, подумала она, наблюдая, как стражники уводят Лукана и Ашру. Мне нужно это исправить.

Она побежала за ними и преодолела расстояние за несколько ударов сердца.

— Лукан! — крикнула она. — Ашра!

Лукан обернулся, в его глазах светилось облегчение.

— Блоха! — крикнул он в ответ. — Возвращайся к Разину! Скажи ему, что мы…

— Тихо! — прорычал капитан, ударив Лукана кулаком в живот. — Ты, — добавил он, указывая на Блоху. — Иди сюда.

Блоха щелкнула на него мизинцем.

И побежала.

Глава 13

МЫ ПО-ПРЕЖНЕМУ УБИВАЕМ ПО СТАРИНКЕ

— Что ж, — сказал Лукан, оглядывая камеру. — Это… — Улучшение по сравнению с предыдущей, собирался он сказать. Так оно и было; во-первых, в отличие от камеры, в которой они содержались в качестве узников Дважды-Коронованного короля, здесь было зарешеченное окно, не говоря уже о железном унитазе, и — верх тюремной роскоши — настоящие кровати (ну, каменные плиты) с тонкими одеялами. Но слова замерли у него на языке, как только он увидел выражение лица Ашры.

— Не надо, — предупредила воровка, присаживаясь на одну из кроватей. Ее голос был таким же острым, как лезвия, которые Искры отобрали у нее. Они забрали и прочие ее воровские принадлежности, ни одно из которых не подтверждало заявление о непричастности. Совсем наоборот. Они забрали меч Лукана — старый клинок, который он позаимствовал у Тимура взамен того, что потерял в банке, — и его кинжал, не говоря уже о кошельке с монетами. Без сомнения, он станет легче, когда я получу его обратно. Если я получу его обратно. И, еще хуже, они забрали эскиз, который Ашра украла из городского дома Баранова. А без этого у нас нет ничего, что могло бы связать Баранова с Грачом. По крайней мере, они не забрали серебряное кольцо его матери, то самое, на котором он дал клятву серебряной крови. Сейчас он играл с ним, вертя его на пальце, вспоминая комнату в ночлежке в Торлейне, слова, которые он произнес, и мрачное выражение лица Шафии, управляющей его отца. Неужели это было всего два месяца назад? Казалось, прошла целая жизнь. Держись, подумал он, почувствовав проблеск надежды. Если они позволили мне сохранить мое кольцо, тогда, возможно…

— Я полагаю, — сказал он, снова поворачиваясь к Ашре, — что они не заметили твое… — Он указал на свое кольцо. Его надежда угасла, когда воровка подняла руки, растопырив пальцы. Все они были голыми.

— Они забрали его, — ответила она, опуская руки.

— Черт возьми, — ответил Лукан, бросив взгляд за решетку на темный проход, ведущий на поверхность, где их похитители, вероятно, рылись в их снаряжении. Хотелось надеяться, что они не заметят прозрачного кольца, которое было намного ценнее всех остальных предметов, вместе взятых. У Блохи был двойник кольца — Ашра дала его ей утром, на всякий случай, — но без кольца воровки они не могли вызвать портал. Что сейчас было бы весьма кстати. Он тяжело вздохнул и начал расхаживать по комнате, не обращая внимания на свирепый взгляд Ашры, не в силах подавить растущие в нем разочарование и гнев. Чертов Баранов. Этот человек не только солгал ему в лицо, но и убил Зеленко и планировал, что Лукан возьмет вину на себя. И я попался прямо в его ловушку. Как последний дурак. И теперь его задержали по подозрению в убийстве человека, которого он даже никогда не видел. Единственного человека, который мог бы дать ему ответы на некоторые вопросы. Он прошипел проклятие сквозь стиснутые зубы, сжав кулаки. Единственный ответ, который сейчас имел значение, — как ему выбраться из этой камеры. Но когда он поглядел вокруг — каменные стены, железные прутья, темнота за ними, — ответа не последовало. Итак, он продолжал свое бесполезное хождение по комнате, не зная, что думать, не зная, что сказать. В конце концов, он ограничился двумя словами.

— Вот дерьмо.

— Это подводит итог, — ответила Ашра. — Ты можешь… — Она кивнула на другую кровать.

Лукан подчинился и сел, хотя тонкое одеяло на каменной плите создавало мало комфорта. Он глубоко вздохнул, словно готовясь подуть на слабую искру своей веры, чтобы пробудить ее к жизни.

— Что ж, — сказал он, потирая руки, как бы говоря: У меня есть план. Так получилось, что у него плана не было. Но он надеялся, что у кого-то другого есть. — Вот что произойдет, — продолжил он. — Блоха приведет Разина. У генерала, должно быть, все еще