Меч Черный Огонь - Джеймс Логан
— Итак, начинается второй акт этого представления, — пробормотала Рецки. — Ради вашего же блага, я надеюсь, что все закончится так же.
— Мы оба надеемся, — смущенно ответил Лукан. Все в порядке, сказал он себе, когда Марни жестом велела своему камердинеру ввести газ. Ашра испортила формулу. Несмотря на это, он почувствовал, как учащенно забилось его сердце, когда снова повторились те же события: знакомый гул, наполняющий воздух, пульсирующие символы и золотая линия, очерчивающая круг вокруг них, окутывая их своим сиянием.
Четверть.
Половина.
Три четверти.
Лукан снова задержал дыхание, когда круг приблизился к завершению… и выдохнул, когда снова раздался низкий гул, а круг, как и прежде, стал исчезать.
— Как я тебе и говорила, — сказала Ашра, — я выполнила свою работу.
— Кажется, ты справилась, — согласилась Железная Дама, и на ее морщинистом лице отразилось облегчение.
— Да, Ашра! — сказала Блоха, улыбаясь воровке и протягивая правую руку. Улыбка заиграла в уголках губ Ашры, когда они с девочкой исполнили замысловатый танец пальцами, смысл которого Лукан не понял, не в последнюю очередь потому, что он наблюдал за языком тела Марни и задавался вопросом, придется ли Рецки выполнять свое обещание защищать его прямо сейчас. Но Марни осталась на месте, обмениваясь словами со своим камердинером.
— Что это? — пробормотал Лукан, когда мужчина поспешил обратно к собравшимся.
— Леди Марни просит второй шприц, — крикнул камердинер, как только оказался в пределах слышимости, нетерпеливо указывая на остальных членов ее свиты.
— Минутку, пожалуйста, — воскликнул лорд Мороз, поднимая руку. — Что здесь происходит?
— Миледи намерена предпринять еще одну попытку, — ответил камердинер, в то время как другой слуга Марни поспешил вперед со вторым шприцем в руках.
— С какой целью? — спросил лорд Мороз, перекрывая шум. — Ее формула уже не сработала.
— Это вторая порция, — сказал камердинер, забирая шприц. — Миледи опасалась нечестной игры и тайно приготовила еще одну дозу.
— Храни нас Строитель, — пробормотала Рецки.
— Вторая порция? — спросил Лукан, обменявшись взглядом с Ашрой, чье мрачное выражение лица отражало его собственные чувства. — Вы знали об этом?
— Думаете, я бы проигнорировала это, если бы знала? — прошипела в ответ Железная Дама. — Я понятия не имела. — Она поморщилась и уронила сигариллу, раздавив ее ботинком. — Похоже, леди Марни умнее, чем я о ней думала.
— Вы не можете так говорить. — Лукан беспомощно наблюдал, как камердинер поспешил обратно к своей хозяйке, держа в руках шприц с составом. — Я хочу вернуть свой ключ, вы понимаете? Мы сделали то, о чем вы нас просили. Мы не виноваты в том, что появилась вторая порция этой чертовой смеси.
— Если эта дверь откроется, — ответила Рецки, — у вас могут возникнуть проблемы поважнее, чем судьба вашего ключа. У всех у нас.
— Тогда будем надеяться, что она останется закрытой. — У Лукана пересохло в горле, когда он наблюдал, как камердинер Марни вводит в сосуд содержимое второго шприца.
— Если нам повезет, — сказал Рецки, — тот, кто готовил вторую порцию, допустил ошибку. Или, возможно, неверна сама формула.
— Это не так, — ответила Ашра.
— Откуда ты знаешь?
— Я была там, — сказала воровка, глядя куда-то вдаль. — Я видела ее. Сафию Калимару, алхимика, открывшую формулу. Я прочитала ее письмо. Увидела проблеск ее таланта. — Она встретилась взглядом с Железной Дамой. — Ее формула верна.
— Кровь Леди, — выругался Лукан, когда жужжание раздалось снова. — Ну вот, опять.
В третий раз появились глифы, за которыми последовала светящаяся линия, снова окружившая символы, которая изогнулась вниз, закруглилась и стала снова подниматься, все ближе и ближе к вершине. Конечно, это прекратится, подумал Лукан, когда конец линии сократил расстояние. Должно прекратиться.
Но этого не произошло.
Линия продолжала двигаться и на этот раз прошла все расстояние, завершив круг.
Ничего не произошло.
Это не сработает, подумал Лукан, и в его груди затеплилась искра надежды. Эта чертова формула не…
Гул усилился; не та низкая нота, которую он ощущал всем телом, а пронзительный вой, который было почти неприятно слышать. Затем он оборвался, оставив после себя затянувшуюся тишину.
И с ужасающей медлительностью дверь начала открываться.
Глава 38
ЭТО МЕСТО СТАНЕТ ВАШЕЙ МОГИЛОЙ
Темнота.
Это было все, что Лукан смог увидеть за Багровой Дверью, когда она, наконец, раскрыла свои секреты, поднимаясь так плавно, словно в последний раз открывалась только вчера. Несмотря на свое беспокойство, он испытывал смутное чувство благоговения перед изобретательностью инженеров Фаэрона, механизмы которых по прошествии тысячи лет все еще безупречно работали. Очень жаль. Если бы шестеренки или винтики просто проржавели, это избавило бы их от многих неприятностей. Но работа Фаэрона всегда имела в виду бессмертие, как говаривал его отец, поэтому неудивительно, что механизм двери пережил течение времени.
Темнота за дверью сгущалась по мере того, как та поднималась все выше.
Теперь она была достаточно высока, чтобы леди Марни могла пройти, но она оставалась неподвижной, как и все остальные. Не прошло и тридцати ударов сердца, как дверь исчезла в камне наверху, оставив после себя зияющую черноту, как будто гора раскрыла пасть.
Пронзительный гул стих.
Тишина.
А затем воцарился хаос, когда странное затишье, воцарившееся среди собравшейся знати, рассеялось, и все разом обрели дар речи. По собранию пробежала дрожь, когда аристократы двинулись вперед, их охранники и лакеи поспешили за ними, все мысли о традициях и приличиях были растоптаны обутыми в сапоги ногами их коллективной жадности. Некоторые из младших, в том числе Драгомир, бросились вперед, их свита кричала друг на друга. Блеснула сталь, и кое-кто выхватил меч. Лукан взглянул на леди Рецки, ожидая, что она каким-то образом укротит безумие, охватившее аристократов, но Железная Дама просто стояла, качая головой, сигарилла безвольно свисала у нее изо рта. Впервые с тех пор, как Лукан встретил ее, эта женщина выглядела на все свои восемьдесят лет.
Лорд Мороз, напротив, яростно размахивал своим колокольчиком и что-то кричал во весь голос, но его слова тонули в общем шуме. Мгновение спустя двое слуг, безуспешно колотивших друг друга, столкнулись с ним, и все трое упали на снег, переплетя конечности. Они были не единственными; по всему двору аристократы и их свита толкались, пихались и спотыкались, пытаясь добраться до двери, где стояла леди Марни, казалось, не обращавшая внимания на хаос, царивший у нее за спиной.
— Жалкое зрелище, — презрительно бросил
