Пламя не спрашивает разрешения - Ян Ли

Из нашей группы до конца дошли только четверо — я, Ли Мэй, Чжан Хао и, неожиданно, тихий парень по имени Фэн Мин, который обычно держался особняком.

— Неплохо, — сказал Янь. — Очень неплохо для первой ступени. Завтра работаем над точностью. Послезавтра — над силой. Готовьтесь, будет больно.

Он не соврал.

Второй день был адом. Мы часами пытались попасть огненными стрелами в цели размером с монету с расстояния в десять метров. Промах карался физическими упражнениями — отжимания, приседания, бег. К вечеру я не чувствовал ни рук, ни ног.

Но был прогресс. Медленный, болезненный, но прогресс. Точность выросла сначала до сорока, потом и до пятидесяти пяти процентов. Дальность увеличилась на метр. Мелочи, но в культивации не бывает мелочей.

Третий день… третий день я запомню надолго.

— Сегодня спарринги, — объявил Янь. — Но не обычные. Вы будете драться со старшими учениками. Не для победы — вы не можете победить. Цель — продержаться как можно дольше и показать, чему научились.

Моим противником оказался ученик третьей ступени по имени Чжоу Лун. Невысокий, жилистый, с холодными глазами профессионального бойца.

— Правила простые, — сказал он, становясь в боевую стойку. — Бой до первой крови или потери сознания. Запрещены только смертельные техники. Начинай, когда готов.

Я не стал ждать. Огненная стрела полетела ему в грудь, но он даже не пошевелился. Пламя разбилось о его защиту, как вода о камень.

— Слабо, — констатировал он и атаковал.

Следующие пять минут были уроком унижения. Он не пытался меня вырубить или серьезно ранить. Он методично разбирал мою защиту, показывая все дыры в технике. Удар слева — я не успеваю блокировать. Удар сверху — щит не выдерживает. Обманное движение — я покупаюсь и открываюсь.

Но я учился. Каждый пропущенный удар учил меня чему-то новому. Как он перемещает вес перед атакой. Как меняется его дыхание перед сильным ударом. Как пламя вокруг него колеблется перед использованием техники.

На шестой минуте я сделал нечто неожиданное… для себя тоже. Вместо попытки блокировать его удар, я нырнул в собственное пламя и шагнул навстречу, внутрь его защиты. Он не ожидал такой наглости от новичка. Моя ладонь, окутанная пламенем, коснулась его груди.

Конечно, его защита поглотила удар. Но факт оставался фактом — я его достал.

Он отступил, на его лице появилось уважение.

— Неплохо. Ты учишься быстро. Но этого недостаточно.

Следующий его удар вырубил меня чисто. Я пришел в себя уже в лазарете, с адской головной болью и привкусом крови во рту. И сообщением от Системы.

[Техника освоена: Шаг Пламени]

Ты научился не подчинять, а прислушиваться к ритму пламени. Оно не просто горит — оно движется, мгновенно и безудержно. Ты позволяешь своему телу на миг стать его частью, исчезнуть в одной точке и явиться в другой, оставив за собой лишь призрачный всполох огня. Это не скорость, это отречение от пути между двумя точками. Но ты еще не готов к долгому путешествию внутри стихии — лишь к коротким, опаляющим душу прыжкам.

— Семь минут тридцать секунд, — сказал лекарь, заливая мне в горло очередную мерзкую микстуру. — Лучший результат среди первой ступени. Патриарх будет доволен.

Патриарх. Завтра общее собрание, где он что-то объявит. Что-то важное, связанное с Небесным Турниром.

Вечером, едва волоча ноги, я добрел до столовой. Моя обычная компания выглядела не лучше — Ли Мэй держалась за ребра (треснутые, но не сломанные), у Чжан Хао был фингал под глазом размером с кулак, Сюй Фэн хромал на левую ногу.

— Выжили, — констатировал Чжан Хао, поднимая чашку с чаем в шутливом тосте. — За это стоит выпить.

Мы чокнулись чашками. Горячий чай с травами, восстанавливающими энергию, был сейчас лучше любого алкоголя. Да и кто бы позволил алкоголь ученикам, тем более нестабильным.

— Как думаете, что объявят завтра? — спросил Сюй Фэн.

— Турнир, — уверенно сказала Ли Мэй. — Стопроцентно Турнир. Иначе зачем эта интенсивная подготовка?

— Но Турнир через двадцать лет, — возразил я. — Рано готовиться, разве нет?

— Если это обычный Турнир, — сказал Чжан Хао. — А если экстренный? Бывали прецеденты. При особых обстоятельствах император может созвать Внеочередной Турнир.

— Какие обстоятельства могут быть настолько особыми?

Чжан Хао пожал плечами.

— Война. Появление нового клана, претендующего на место среди Великих. Смерть императора без явного наследника. Вторжение демонов. Много вариантов, каждый хуже другого.

Приятные перспективы.

Ночью я снова не мог спать. Внутреннее пламя было беспокойным после дневного спарринга. Оно запомнило вкус боя, противостояния с более сильным противником. И оно хотело большего.

Я медитировал, пытаясь успокоить огонь, когда почувствовал… присутствие. Кто-то использовал технику скрытности очень высокого уровня, но мое Предчувствие Пламени засекло тепловой след.

Не подавая виду, я продолжил медитировать, но внутренне напрягся. Присутствие приближалось к моей двери. Остановилось. Я услышал тихий скрежет — кто-то пытался взломать замок.

В момент, когда дверь начала открываться, я действовал. Огненная стрела полетела в проем, а сам я откатился в сторону, готовя щит.

— Стой, идиот, это я!

Ли Мэй стояла в дверном проеме, уклонившись от моей атаки в последний момент. В руках у нее был сверток ткани.

— Какого хрена ты ломишься ко мне среди ночи?

— Тихо! — прошипела она, быстро закрывая дверь. — Не хочу, чтобы нас услышали.

Она развернула сверток. Внутри был старый свиток, пожелтевший от времени, с выцветшими иероглифами.

— Нашла в библиотеке второго уровня. Не спрашивай как попала туда — это отдельная история. Смотри.

Я взял свиток и начал читать при свете огонька на ладони. Это был фрагмент дневника кого-то по имени Ян Вэй, датированный двумястами годами назад.

«…эксперимент прошел успешнее, чем ожидали. Субъект Д-7 смог интегрировать Солнечное Пламя без обычного отторжения. Ключ оказался не в подавлении дикой природы огня, а в симбиозе с ней. Вместо попыток контролировать, он научился договариваться. Пламя признало его не хозяином, а партнером.»

«День сорок третий эксперимента. Д-7 показывает невероятный прогресс. За полтора месяца он поднялся с первой ступени почти до второй. Но есть побочные эффекты. Его личность меняется. Он стал более агрессивным, импульсивным. Иногда я вижу, как его глаза светятся золотом, когда он думает, что никто не смотрит.»

«День семидесятый. Д-7 сбежал. Убил двух охранников и пробился через внешний периметр. Мы недооценили, насколько сильным он стал. Старейшины приказали уничтожить все записи об эксперименте. Этот дневник — единственное, что я смог спрятать. Если кто-то читает это — знайте, симбиоз возможен. Но цена…»

Дневник обрывался.

— Почему ты показываешь это мне? — спросил я, хотя догадывался об ответе.

— Потому