Одержимость Анны. Разбитые грезы - Макс Берман

– Ты знаешь… – Голос мужчины стал более доброжелательным, в нем появилась нотка тепла, но внезапно возле Марка снова появилась темная пугающая фигура, из-за которой он даже вздрогнул. Существо словно высасывало из него всю готовность к близости. – Прости, нет.

– Да что с тобой такое?

– Давай пойдем спать, я устал.

– Насколько сильно устал? – Анна стала водить ладонями по более интимным местам, пытаясь пробудить в нем желание близости.

– Очень устал. – Мужчина отстранился и покинул кухню, оставив ее одну с ее потребностью в близости и понимании.

Анна продолжила сидеть на коленях на кухне. Она от злости сжала руки в кулаки, сделала глубокий вдох, но сдержала эмоции в себе. Ее лицо отражало борьбу между желанием выплеснуть фрустрацию и попыткой сохранить достоинство. Через мгновение девушка в домашнем костюме улыбнулась натянутой улыбкой и направилась в свою комнату, а гнилая фигура посмотрела на ту, что наблюдала за своим воспоминанием.

– Ах ты сволочь! – Анна из настоящего подошла вплотную к существу, ее глаза горели яростью. – Это все ты! Кто ты? Что ты?

Она взяла нож с кухни и стала им ударять по черной гнили со всей силы, но все было без толку: нож лишь шел по телу, как по воздуху. Металл проходил сквозь темную субстанцию, не причиняя ей никакого вреда. Фигура засмеялась от попыток Анны уничтожить ее, звук ее смеха эхом разносился по пространству. Одно лишь радовало: она нашла источник всех своих бед. Надо лишь избавиться от него.

И снова вдалеке Анна услышала очередной крик Марка, но она была уверена, что это настоящий Марк, а не его проекция из прошлого. Крик был полон боли и отчаяния, заставляя ее сердце сжиматься от сочувствия. Сквозь густой туман Анна бежала со всей силы, лишь бы поскорее увидеть любимого и помочь ему. Туман сгущался вокруг нее, словно пытаясь замедлить ее движение, но она продолжала бежать, руководствуясь только звуком его голоса. И наконец ей удалось добежать до чего-то видимого и осязаемого – огромной железной двери, что вела во внутренний мир любимого, за которой были слышны его крики.

Дверь была массивной и древней, покрытой сложными узорами и символами, которые казались знакомыми, но в то же время совершенно чужими. Металл был холодным на ощупь, с шероховатой поверхностью, которая царапала кожу. Ручка была большой и тяжелой, украшенной витиеватыми завитками. Она принялась одержимо то тянуть, то отталкивать ручку, но все попытки открыть дверь были тщетны. Замок не поддавался, словно запечатанный магией или чем-то еще более могущественным.

– Марк! Марк! – Анна стучала в дверь как можно сильнее, ее кулаки болели от ударов по твердому металлу. – Я здесь! Открой!

– Хватит на меня давить! Перестань! Я уже не могу!

– О чем ты?

– Джон, прекрати! – Голос Марка переменился, он стал более детским, полным страха и беспомощности. – Дай мне пройти!

Анна обернулась и увидела новое воспоминание, в котором восьмилетний Марк стоял напротив шестнадцатилетнего парня, тот не давал ему прохода. Сцена разворачивалась в узком коридоре дома, стены которого были украшены семейными фотографиями. Высокий блондин с длинными волосами пусть не был похож на Марка, но было очевидно, что он его брат. Джон был значительно выше и сильнее, его лицо выражало жестокое удовольствие от власти над младшим.

– Джон, пусти меня! – Маленький Марк пытался пробиться, но безуспешно: его старший брат был намного сильнее. Ребенок был одет в школьную форму, его волосы были растрепаны, на лице читалось отчаяние. – Кэтрин ждет меня!

– Никто тебя не ждет! – усмехнулся Джон, блокируя проход своим телом. – Ты остаешься дома.

– Но мама разрешила к ней пойти! – Марк все пытался пробиться, его голос дрожал от слез. – Пусти! Это же мое первое свидание!

– «Свидание», – едко произнес старший брат Марка и с силой поднял ребенка. – Какие свидания в твоем возрасте? Знаешь, останься дома. Я тебе скажу по секрету: от девушек одни проблемы, держись от них подальше.

– Что ты делаешь? – маленький ребенок возмутился, что его тащат. – Дай пройти! Отпусти, Джон! Умоляю.

– Побудь дома, пока родители домой не вернутся, – холодно сказал блондин, запихал мальчика в гардеробную и закрыл дверь на ключ. Маленький Марк стал со всей силы биться о дверь, пытаясь выйти. Его крики и плач эхом разносились по дому, но Джон уже ушел, оставив брата в темноте.

– Выпусти меня! – со слезами на глазах кричал младший брат. – Выпусти меня!

– Какой ужас… – прошептала Анна, смотря на эту сцену. Ее сердце сжималось от сочувствия к маленькому Марку, который испытывал такую жестокость от собственного брата.

За дверью, возле которой стояла Анна, снова послышались крики.

– Нет! Перестань! – кричал уже взрослый Марк. – Выпусти меня!

– Марк, открой, прошу! – Анна снова попыталась безуспешно открыть дверь. – Я помогу тебе!

– Я не знаю, что мне поможет! – кричал он. – Все это не имеет смысла!

Рядом с Анной снова появилась ходячая черная гниль, которая ехидно засмеялась, уставившись на нее.

– Можешь не прятаться за этой оболочкой! – злобно сказала Анна. – Я знаю, что это ты, Джон. Хотя знаешь, твоя внешность полностью отражает тебя самого, только бы волосы следовало покрасить в черный!

– А-ха-ха, пытаешься быть остроумной? – «Гнилой» Джон даже ни на секунду не задумывался о сожалении. – Знаешь, Марк в шестнадцать лет хотел в первый раз заняться сексом с одной девушкой, а я ему сказал, что у него не встанет. Он настолько испугался, что отменил свидание. Я так смеялся.

Она взяла нож с кухни и стала им ударять по черной гнили со всей силы, но все было без толку: нож лишь шел по телу, как по воздуху. Фигура засмеялась от попыток Анны уничтожить ее. Одно лишь радовало: она нашла источник всех своих бед. Надо лишь избавиться от него.

И снова вдалеке Анна услышала очередной крик Марка, но она была уверена, что это настоящий Марк, а не его проекция из прошлого. Сквозь густой туман Анна бежала со всей силы, лишь бы поскорее увидеть любимого и помочь ему. И наконец ей удалось добежать до чего-то видимого и осязаемого – огромной железной двери, что вела во внутренний мир любимого, за которой были слышны его крики. Она принялась одержимо то тянуть, то отталкивать ручку, но все попытки открыть дверь были тщетны.

– Марк! Марк! – Анна стучала в дверь как можно сильнее. – Я здесь! Открой!

– Хватит на меня давить! Перестань! Я уже не могу!

– О чем ты?

– Джон, прекрати! – Голос Марка переменился, он стал более детским. – Дай мне пройти!

Анна обернулась и увидела новое воспоминание, в котором