Судьба играет в куклы - Наталия Лирон
Судьба играет в куклы читать книгу онлайн
Автор бестселлера «Помоги мне умереть» возвращается с новой сложной историей, корни которой уходят в холодную зиму 1941 года.
1941 год, Полесье, оккупация…
Юная Анна убивает немецкого солдата, защищая семью, и прячет в деревенской избе раненого поляка Анджея. В тени смертей и предательств возникает чувство, которому не суждено было принести им счастье: война отрывает их друг от друга, кажется, навсегда. Анна уходит на фронт, выходит замуж, растит дочь и учится жить с болью, которую невозможно забыть.
1981 год, Минск…
Внучка Анны, Ксюша, случайно находит в бабушкиной шкатулке письмо из Польши. Этот клочок бумаги открывает дверь в прошлое, которое Анна скрывала всю жизнь. Но принесет ли неизбежная встреча в Варшаве исцеление или разрушит все, во что она верила?
Автор бестселлера «Помоги мне умереть» Наталия Лирон возвращается с новым романом – проникновенной историей о войне, которую мы носим в себе, о любви, не ставшей спасением, и о праве назвать прошлое своим именем – и, возможно, впервые освободиться от него.
Наталия Лирон
Судьба играет в куклы
© Лирон Н., текст, 2026
© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2026
* * *
Часть 1
Глава 1
2018 Анна
Негромкий, но такой назойливый звук – пик… и снова пик…
Никогда еще время не казалось таким весомым… и таким безвозвратно ускользающим.
Смотрю на часы на стене – они придут совсем скоро.
Старший еще по-русски понимает, хоть и говорит плохо, а младший уже нет – славные получились мальчишки, надеюсь, они меня хоть немного запомнят. Наверное, я для них выживший антиквариат. Что ж, это недалеко от истины. Правда, ненадолго.
Пик… пик… аппаратура лупит оглушительным стаккато, отмеряя мои оставшиеся часы и минуты, но никто этого не слышит – только я. Умирающие слышат острее.
Скорей бы. Я знаю, он ждет меня там.
Они оба меня ждут.
Осталось попрощаться с потомками. И с моей девочкой. Какое будущее уготовано им?
Девяносто четыре – хорошее время для смерти.
Я усмехаюсь – надо было пережить войну, перестройку, мобильники и компьютеры, чтобы умереть от банальной пневмонии. У Судьбы отличное чувство юмора.
1981 Анна
– Бабуль, ты представляешь? – Ксюшка тараторила без умолку. – Это ужасно интересно! Я все-таки буду поступать в медицинский!
Высокая, темноволосая, как и ее мать, она стояла в проеме кухонной двери и трясла какими-то тетрадками и листочками.
Я улыбнулась:
– Ты ж мой дорогой доктор, ну погоди, что там у тебя?
Десятый класс – год принятия решений, когда всем учителям и родителям кажется, что в семнадцать ребенок обязан знать свое жизненное предназначение. Внучка металась между медициной и химией.
– Это генетическая совместимость по группе крови и резус-фактору. Вот у тебя какая группа? – она склонила голову.
– Вторая, – выпалила я не задумываясь, – отрицательная.
– Вот смотри, – Ксюшка подошла к столу и села напротив, – если у тебя вторая отрицательная, а у деда первая положительная, я у него уже спросила, то… – она что-то быстро чиркала в тетради.
«Идиотка! – я закусила губу. – Ну что за старая дура! И ее черт бы побрал вместе с этой медициной!»
– Гм… – она подняла глаза, – погоди, ба, че-т не сходится. У мамы четвертая минус, у отца третья минус, то у меня может быть четвертая отрицательная, кстати, самая редкая. Но как, если… у тебя вторая, а у деда первая, то…
– Да, брось, – я поспешно встала, – ты просто запуталась.
– Нет же, смотри, – она тоже встала и подошла ко мне ближе, показывая записи, – если у тебя…
– Ксень, – я остановила ее рукой, – давай не сегодня, я устала, да и сердце покалывает, накапай-ка мне лучше корвалол.
– Хорошо.
Холод пробежался по спине и засел ледяной россыпью между лопаток. Я видела, как она сникла, открыла створки буфета, достала пузырек с лекарством и принялась отмерять сорок капель в мензурку.
– Пойду на диван, – я кивнула на дверь, направляясь в комнату.
– Сейчас принесу, – отозвалась внучка, озабоченно глядя мне вслед, – может, завтра на работу не пойдешь?
– Надо идти, – я не обернулась.
– Чайник поставить? – Ксюшка говорила из кухни.
– Угу.
Мы хорошо жили, ссорились редко, да и то по всякой ерунде. Ее отец с матерью еще осенью перебрались в Москву. Алексей – на новую перспективную работу, строить советский космос, а Люська с ним. Ксюшку решено было оставить со мной, чтобы окончила школу, а дальше – видно будет. Сама она из Минска уезжать не особо хотела, тут друзья-подруги и недавняя первая любовь, так что к родителям она не рвалась. Да и мне с ней было веселее.
Я села на диван и прикрыла глаза…
1941 Анна
Ярко, так ярко! Белым-бело. Снег искристый, холодно.
Хруст снега под добротными немецкими ботинками. Скрип… скрип… «Яволь, яволь»… скрип-скрип.
Один фриц мелькает почти перед щелью, я дергаюсь назад – стой тихо! Стой!
Он обернулся, глянул мимо – круглый, коренастый, с автоматом на шее, глубоко посаженные глазки-бусины смотрят цепко, внимательно. Показывает на дом и что-то говорит другому – слов не разобрать.
Вот и второй – длинный как жердь, кивает первому, и тоже поворачивается к сараю с хлевом. Глаза темные шарят-шарят… И находят меня.
1982 Ксюша
На улице завывала вьюга, зима выдалась на удивление снежной и морозной. Ни на какие дополнительные тащиться не хотелось, но анатомия – это обязательно. Порой я уже жалела, что поступила в мед. Преподы к нам, новым и зеленым, были абсолютно безжалостны. Ну, или мне так казалось. Первая сессия подходила к концу, и я молилась, чтобы сдать ее хотя бы без «хвостов». Я мечтала о загадочной вирусологии, а зубрила название костей на латыни. Но это только первый курс, дальше будет веселее.
Интересно, откуда все-таки у нас с матушкой взялась четвертая отрицательная, притом что у бабушки вторая положительная, а у деда первая положительная? Хм… И мы с мамой обе темноволосые, хотя бабушка русая, а дед вообще блондин?
Я размышляла об этом не в первый раз с того времени, как в прошлом году рассказала бабушке про основы генетики.
Глядя в окно, я снова задумалась о том, что мама не очень-то похожа ни на бабушку, ни на деда – белобрысого бульбяша с носом картошкой, кстати, нужно будет к нему зайти. Как раз сегодня после дополнительных занятий по анатомии.
Господи, когда наконец эта холодрыга уже закончится! Такой дубак! Зима перевалила за половину, но мороз и не собирался слабеть. Скорый приход весны угадывался только по тому, что дни стали немного длиннее. Столбик термометра и не думал подниматься к плюсовой шкале, застряв на минус десяти.
Кто-то умудрился спроектировать наш дом так, что батареи оказались вмурованы в стену, а соответственно наполовину обогревали улицу и квартире тепла доставалось мало, поэтому мы с бабушкой все время мерзли.
Я всунула ноги в тапки, подшитые войлоком, накинула на плечи видавший виды пуховый платок и пошла ставить чайник. Нужно было сделать перерыв – от обилия латыни мозги завязывались узлами.
Я снова подумала о бабушке – утром, когда мы разъезжались в разные концы города – в институт и на работу, она казалась растревоженной. Еще день назад пришло извещение – в почтовом отделении ее дожидалось заказное письмо. Вчера она не успела, а сегодня после работы должна была его забрать. Я была заинтригована – заказное письмо, наверное, что-то очень важное. Интересно, от кого?
– Дедуль, привет, – мы
