Одержимость Анны. Разбитые грезы - Макс Берман
Наконец-то вдалеке она увидела Марка и побежала к нему. Он стоял прямо в центре города, возле небольшого домика, в котором, очевидно, проживал. Этот белый каменный домик с коричневой угловатой крышей словно предназначался для кукол, особенно на фоне бескрайних стеклянных небоскребов. Дом был окружен маленьким садиком с аккуратно подстриженными кустами и цветочными клумбами, что создавало странный контраст с урбанистическим окружением.
В отличие от Анны, мужчина выглядел куда более стильно: он был одет в строгие темные брюки, светлую рубашку и коричневый кардиган. Рубашка была идеально выглажена, кардиган сидел по фигуре, подчеркивая его силуэт. Обут он был в кожаные черные ботинки, которые блестели, словно только что отполированные, использовал дорогие стальные часы в качестве аксессуара и, конечно же, не обошелся без стильной прически, будто собирался на важный вечер. Волосы его были аккуратно уложены, каждый волосок на своем месте.
Если бы в реальности по этому образу можно было оценить неплохой заработок мужчины, то в снах его внешность показывала, насколько ему важно выглядеть хорошо. Еще бы, ведь все вокруг – мир, который принадлежит только ему.
– Марк! – кричала девушка, приближаясь к любимому мужчине. – У нас получилось!
– Иди же ко мне, любимая! – Он радостно помахал ей. – Моя спасительница!
До мужчины оставалось почти двести дюймов. Анна почти добежала до мужчины своей мечты, представляя, как окажется в его объятиях и страстно поцелует, но все изменилось, когда Анна внезапно уперлась в невидимую стену.
– Что за…? – ошарашенно спросила девушка.
– Иди же ко мне! – крикнул Марк в сторону девушки.
– Я не могу к тебе подойти! Не могу! – непонимающе крикнула она и стала бить по невидимой прозрачной прочной стене. Поверхность была гладкой и холодной, как лед, но абсолютно прозрачной. Она пыталась обойти стену, но безуспешно: она оказалась заперта в невидимой крохотной клетке.
Словно призрак, прямо мимо Анны пробежала девушка, один в один похожая на нее. Для «призрака» невидимой стены словно не было. Она спокойно подбежала к Марку прямо в его объятия.
– Я скучал по тебе, моя принцесса, – сказал мужчина двойнику Анны, сделав особый акцент на последнем слове. Он крепко обнял ее и стал страстно целовать.
Анна посмотрела на свою копию и удивилась увиденному. «Призрак» выглядела вульгарно, будто проститутка. Это была Анна, но другая: более страстная, дерзкая, готовая практически на любые шалости. Ее одежда была откровенной – короткая юбка, глубокое декольте, яркий макияж. Волосы были распущены и небрежно растрепаны, создавая образ роковой женщины. Полная противоположность пленнице невидимой тюрьмы.
Увиденный образ напомнил Анне о том роковом дне, когда она воспользовалась «Нейрро» и трансформировалась в другую личность, что привело к фатальным последствиям. Но это не воспоминание.
– Ну что ж. – Марк посмотрел прямо в глаза пленнице. – Вот мы снова и увиделись.
Марк ехидно улыбнулся, а копия Анны высокомерно посмотрела в глаза своему «оригиналу». Девушка поняла, что попала в настоящую западню. И все произошедшее было лишь кукольным спектаклем, в котором она была лишь марионеткой в руках кукловода.
9
– Что это только что было? – недоумевающе спросила Анна, недовольно поглядывая на своего двойника.
– Как же ты плохо меня знаешь, – усмехнулся мужчина. – После стольких встреч и разговоров ты забыла, что у меня не было братьев и сестер?
Девушка стояла в ступоре в невидимой клетке и вспомнила, что Марк действительно никогда не упоминал никакого Джона. И в профиле «Мэнсиса» не было никакой информации о братьях и сестрах.
– Я просто посчитала, что ты специально старался забыть его, ведь он… – Анна замешкалась, – якобы он над тобой издевался.
Пейзаж вокруг изменился, словно по щелчку пальцев. Небоскребы сменились европейскими постройками, а день мгновенно превратился в ночь.
– А может, это действительно было так? – задумчиво спросил Марк то ли Анну, то ли самого себя. – Может, я действительно это забыл, а ты исцелила меня?
Щелчок, и европейский городок сменился сельской местностью. Вместе со щелчком Марк тоже словно изменился: взгляд его стал более безумным.
– Или… – протянул мужчина. – Никакого брата не было? Может, была сестра? А может, мои родители надо мной издевались? Или бывшие одноклассники?
– Я не понимаю. – Девушка скрестила руки и пыталась уловить суть. – Ты со мной снова играешь?
– Просто я сам порой не знаю, что случилось, – усмехнулся он. – Иногда вроде забываю, а потом вспоминаю, но потом снова забываю, а вспоминаю что-то иное. Знаешь, это из серии того, что я говорил, что смотрел раньше твой любимый фильм, но это была не совсем правда.
– Тогда зачем ты мне врешь? – спросила девушка, и сразу же окружение вокруг заполнилось современным мегаполисом.
– Ты задаешь порой такие сложные вопросы, а меня это раздражает. А вот она, – Марк кивнул в сторону двойника Анны, – она не задает никаких глупых вопросов, зато классно трахается. Точнее, задает, но только тогда, когда я готов на них отвечать.
– Ты хочешь, чтобы я задавала вопросы в определенное время? Или при определенных ситуациях? Почему ты мне не говорил, мы бы смогли найти компромисс.
– Анна, ты себя слышишь? – унизительно засмеялся Марк, сильнее обнимая клона бывшей, что еще больше раздражало Анну. – Тебе, что ли, инструкцию надо написать?
– Да, черт возьми, да! – не выдержала она. – Ты знаешь, что я устроилась в «Мэнсис» из-за тебя! Ты знаешь, что я видела твой профиль: все твои перемещения, увлечения, порнушки, сообщения, лайки и подписки в социальных сетях. Я пыталась понять тебя, найти путь к твоему сердцу, после того как ты меня бросил! Я пыталась говорить твои любимые слова, действовать так, чтобы ты снова меня полюбил, но это ни черта не помогло!
– Вот тебе делать было нечего. – Марку было плевать на все ее усилия. – Заказала андроида с моей внешностью, причем нелегально, подсовывала мне «МоноГамму», встроила в себя нейронный имплант, причем не самый дешевый. И зачем это все?
– Да потому что я люблю тебя! – закричала Анна сильнее. – Почему ты не можешь вести себя нормально? Да нормальный мужчина, увидев свою копию, понял бы, что я не могу без него. Почему ты это не видишь? Потому что ты не можешь мне открыться? Почему ты даже не можешь дать мне ответ на вопрос, почему ты меня
