Прикопать ректора, или Ведьма в академии Хаоса (СИ) - Виктория Цветкова

Обрадованная, я почти вприпрыжку скакала по лестнице. В приемной и прилегающих коридорах, несмотря на выходной день, отиралось немало зевак. Студенты с разных курсов толпились в холле, чтобы взглянуть на ведьму, знаменитую своей мощью и дурным характером. Среди них мелькнула серая фигура Корбины Морель: наставница метнулась под лестницу, явно не желая новой встречи с бабулей.

— Боятся — значит, уважает! — хмыкнула Роза. — Что у вас за порядки в академии? — Даже войти нельзя — якобы охранные чары не позволяют.

Я почувствовала необходимость вступиться за наше учебное заведение.

— Всё из‑за того, что колдовать здесь нельзя… Аномалии. Ты в этом уже убедилась.

Ведьма фыркнула и направилась к дверям. Тяжелая створка сама распахнулась ей навстречу. А вот меня академия не выпустила: шагнув в открытую дверь, я наткнулась на невидимую преграду.

Бабушка почувствовала это. Оглянулась на крыльце и, махнув на прощание рукой, направилась к старому дубу. Траву возле этого почтенного дерева приминала вместительная деревянная колода — новая ступа.

Я постояла, наблюдая, как старшая родственница легко вспархивает в своё транспортное средство и призывает помело. Ведьма махнула им, и серый дым повалил из‑под днища. Мелькнуло пламя. Ступа бесшумно начала набирать высоту.

Я зачарованно смотрела, как бабушка поднимается всё выше и вскоре чёрной точкой исчезает среди облаков.

Над моим плечом с некоторых пор сопела осмелевшая Корбина Морель, но отгонять меня от распахнутой двери не посмела. Очевидно, бедняжке крепко досталось от бабушки: вид у обычно грозной наставницы — или надзирательницы, как студенты называют эту вредину между собой, — был какой‑то пришибленный.

— Это твоя ба-бабушка? — каким‑то дрожащим голосом спросила пожилая дама и даже не попыталась клюнуть меня своим острым подбородком.

Надо же, какой успех! Вспоминая поведение грозной Корбины всего неделю назад, когда та не пустила меня в академию, заставив ночевать на улице, я добавила мстительно:

— Она передала часть силы мне.

Наставница отшатнулась и нервно сглотнула.

Усмехнувшись про себя, я направилась к себе в комнату заниматься. Однако быстро пройти не получилось: меня буквально атаковали вопросами о том, что произошло между ректором и заезжей ведьмой.

Никто ничего толком не видел, зато шум и крики были слышны даже в новом корпусе. По академии бродили самые разнообразные и причудливые слухи. Кто‑то говорил, что ведьма наслала на ректора смертельное проклятие. Другие утверждали, будто ректор заключил бабушку в магическую темницу, оградив огненными копьями, когда та разбушевалась. Третьи заявляли, что госпожа Кошмарова испепелила инквизитора, недаром никто не видел его в академии вот уже несколько часов. Несколько злыдней из числа темных ведьм обвинили во всем меня.

Боюсь, я разочаровала всех, поведав о происшествии лишь в общих чертах. Особенно избегала унизительных для достоинства нашего руководителя подробностей. Ещё бы — жить‑то мне всё‑таки хочется: дей’Клер, улучив момент, отвел меня в сторонку и пригрозил гарантированной двойкой на экзамене, если кто-то узнает детали инцидента.

Однако старалась я напрасно. Имелся ещё один свидетель, и он — или, точнее, она — держать граммофон на замке был не намерен.

Когда я, наконец, доплелась до своей комнаты, то обнаружила, что там собралась едва ли не половина женского общежития. Обжорка, распушив листочки и пошевеливая цепкими усиками, устроилась на моем письменном столе, а затаившие дыхание девчонки расположились на кровати, на стуле и даже на полу.

— Так вот, демон бился в паутине, словно бабочка, и ничегошеньки не мог сделать! А ректор… Стоило посмотреть на этого пришпиленного к стене жука! — паразитка разразилась громким смехом, а слушательницы заахали.

— Жорка! — в отчаянии воскликнула я, но мне лишь приветливо помахали листочком и продолжили сравнивать магистров с насекомыми, попутно внушая всем почтительный страх перед болотной ведьмой.

— Ох, я и не думала, что твоя бабушка, Ви, такая мощная ведьма! — всплеснула руками Альбина. — Надо же, без труда скрутила и демона-инквизитора, и темного колдуна!

Остальные смотрели на меня едва ли не с суеверным страхом.

Нет-нет, мне вовсе не нужно, чтобы подруги боялись меня. Пришлось срочно развеивать всеобщее заблуждение:

— Конечно, у магистров не было и шанса: магию‑то они для защиты применять не могли. А бабушка о запрете ничего не знала — вот и разошлась.

В голове у меня все еще звучали слова бабули о том, как легко ей давалась тёмная магия. Хаос словно подстёгивал её.

Взглянула на Обжорку: сытая и довольная жизнью. Толстенькие сочные листья блестят, усики задорно шевелятся.

Это магическое создание тоже прекрасно чувствует себя в поле Хаоса. Её преображение явно связано со свитком покойного магистра дан’Манголера. Этот маг тоже наверняка был тёмным — судя по приставке перед именем, он был из демонов, а среди них большинство тёмных магов.

Девчонки еще долго торчали в нашей комнате, переваривая полученную «ценную» информацию. Выпроводить их удалось только перед ужином (в столовой нам даже пирожные подали на десерт!). Лишь после этого я, наконец-то, засела за домашку.

57

Понедельник, как всегда, нагрянул внезапно — нежданный и никем не любимый.

Накануне я засиделась допоздна, так что оторвать голову от подушки оказалось крайне сложно.

Однако у духа академии не забалуешься: бесцеремонно скинутая с кровати, я барахталась на полу, пытаясь выпутаться из одеяла. Судя по возне и проклятиям за паутинной перегородкой, с соседкой происходило то же самое.

Поднявшись, я направилась в душ, а затем быстренько оделась и побежала на завтрак. Исходящая ароматным парком золотистая каша, сдобренная медом, радовала не только желудок, но и взгляд. Студенты не уставали нахваливать Шеббилда Шика и восхищаться столь волшебными изменениями в своем питании. И правда, разительный контраст по сравнению с началом учебного года!

Ровно в девять весь первый курс попал в лапы госпожи Азандразы.

Вплыв в аудиторию, пожилая наставница кинула недовольный взгляд на задние парты, где в числе других аномальщиков расположилась я. Уселась за кафедру и принялась подробнейшим образом излагать историю войн демонов с драконами и эльфами.

Противостояние так называемых первородных наглым захватчикам из мира Тхар обычно не вызывало особого интереса — это и не удивительно, ведь последние события отгремели более пяти тысяч лет назад. Да кому интересна такая древность? Демоны давно уже не те рогатые чудовища, что выжигали целые города в попытке покорить все континенты Андора. Иногда они даже симпатичные — взять, например, нашего инквизитора. Да он просто лапочка! И не одна я так считаю.

Однако кое‑что в изложении Заразы царапало и привлекало внимание, словно заноза.