Прикопать ректора, или Ведьма в академии Хаоса (СИ) - Виктория Цветкова
На практиках Обжорка стала таким же обычным участником учебного процесса, как и любой из студентов нашего потока. Благодаря ей, на практиках по зельеварению ничего не взрывалось, а если что-то и взрывалось, то так и было задумано.
Поначалу такие преподаватели, как Азандраза, были недовольны присутствием «посторонней сущности». Но им на горьком опыте пришлось усвоить простую истину: шалить я всё равно буду — так пусть лучше шалость удастся, чем вызовет катастрофу!
Разумеется, это не касалось предметов, которые вел сам ректор. У темного колдуна не забалуешь: подвешивание меня на стуле к потолку — совсем не предел его фантазии. Издеваться над студентами — настоящее призвание дей’Клера, так что на его лекциях нам никогда не удается оторваться всласть.
В течение первой недели магистры пристально наблюдали за нами с Обжоркой.
Инквизитор уже не был лысым, к сожалению: волосы у него отросли невероятно быстро (наверное, не обошлось без косметических заклинаний, хи-хи). Он постоянно замерял магический фон, но никаких отклонений — пока Жорка была со мной — не наблюдалось.
Однако это не значит, что моя своевольная питомица всегда следовала за мной. Иногда она вдруг исчезала надолго. Возвращалась довольная, счастливая и… сытой. Не иначе как подчищала от ценных книг окрестные библиотеки и книжные хранилища. Я заранее дрожала при мысли, что будет, если паразитку поймают.
Спустя неделю инквизитор объявил, что его ждут в столице. Прощаться было грустно — причём, не только мне. Ректор вида не показывал, но тоже, кажется, был расстроен. Наблюдение за мной и вывертами Хаоса сделало то, чего не смогли сделать годы их совместной учёбы. Эти двое мужчин — такие разные по характеру — подружились.
Да и я буду скучать без красавчика с ледяной внешностью и совсем не демоническим характером. После последнего занятия на полигоне дан’Кьет протянул мне небольшой кулон на тонкой серебристой цепочке с прозрачным сверкающим изумрудом.
— Держи, Вивьенна. Советую носить эту вещицу. Я зачаровал её специально для тебя от случайных переносов во время медитации. Ну и охранная функция есть: защита от проклятий.
— Ух ты! Спасибо! — улыбаясь, я взглянула на мужчину. Смутилась. — А мне… нечего вам подарить, магистр…
Блондин ухмыльнулся и подмигнул.
— Может, подаришь поцелуй?
— Что?!
Вот уж чего не ожидала услышать!
Меня рассматривали с насмешливым видом. Как же неловко, что рыжие краснеют от макушки до кончиков пальцев на ногах.
— Ладно, отдашь, когда повзрослеешь.
Я задохнулась от возмущения, и уже собиралась доказать, что я и сейчас взрослая: мне все-таки восемнадцать!
И тут весьма некстати вмешался ректор:
— Дейтон, прекращай смущать мою студентку! Ей учиться надо, а не о поцелуях думать.
Без инквизитора в академии стало скучно. Нет, здесь, конечно, есть симпатичные парни: Ник, Ясон, Герд, Алеран… Но все они серьезно не ровня высшему инквизитору из столицы, не так ли? Такому обаятельному лапочке, красивому и… взрослому.
Грядущий перевод в группу тёмных ведьм меня совсем не радовал. Мои друзья — Ник, Дора, Квента и Сара — замечательные и дружелюбные, а тёмные ведьмы совсем другие. Сима и Сина вечно командуют всеми и корчат из себя королев. Терпеть их не могу! Агнета Рыбоклок — зануда и постоянно важничает.
Ну ничего! Я ведь не одна, а с Жоркой. Будем воспитывать задавак.
Вот только мне заранее это всё не по душе. Я вообще не желаю быть болотной ведьмой! Это не каприз, а осознанное решение, которое давно уже зрело.
На днях, я получила письмо от своего приятеля из Волчьей Чащобы. Кнут пишет, что соскучился и ждёт меня на каникулы. Рассказал, что стал учеником пекаря в Кошмаринге и мечтает открыть когда-нибудь свою пекарню. Упомянул и то, что все в округе в обиде на бабушку Розу. Совсем свирепая стала: в лес не даёт ходить, а ведь для крестьян он необходимое для выживания подспорье. Раньше хоть разрешала собирать хворост в ольшанике на краю Болотной топи, а теперь и там понаставила коварных ловушек.
Дом Кошмаровых совсем опустел. Я уже знала, что моя старшая единоутробная сестра Джудит уехала в далекое от Кальвара Чернолесье и стала там хранительницей. Кнут раскрыл причину столь внезапного и скорого отъезда: крестьяне долго терпели выходки молодой болотной ведьмы, но, когда Джуди отравила одну из девушек в соседней деревне… Нет, они не взялись, по обычаю, за колья и топоры — понимали, что этим болотных ведьм не проймешь. Они поступили умнее: подали жалобу в Совет магов Багрового замка — высший орган магической инквизиции. Потому бабушке и пришлось срочно отсылать на чужбину самую перспективную из своих внучек. То, что Роза Кошмарова не рассказала мне всей правды, совсем не удивило. Кто‑кто, а бабушка будет защищаться до последнего.
Среди других новостей с родины, потрясших меня, — бегство одной из моих средних сестёр с бродячим торговцем. Представляю, как злилась старая болотная ведьма! Она вечно твердит, что удел болотной ведьмы не любовь, а служение лесу. В нашем старом доме, спрятанном в темной чаще, наверное, стало совсем тихо теперь, когда в нём живут только бабушка и Лу (но и сестрица, думаю, скоро не выдержит и сбежит).
Размышляя о переменах в нашей семье, я поймала себя на мысли, что не хочу после окончания учёбы возвращаться в Волчью Чащобу.
А чего хочу? Сложный вопрос. Может, побродить вместе с Обжоркой по миру и поискать отца? В последнее время, мысли о нем посещают меня все чаще. Какой он? Почему даже не дождался моего рождения? Нужна ли ему дочь?
Получив ответы на эти важные вопросы, обязательно найду лес, который согласится принять меня как хранительницу. Вот только болотной ведьмой я вряд ли стану — только если очень сильно разозлюсь на кого‑нибудь. Например, на ректора, который вчера поставил мне пару за одну‑единственную ошибку на контрольной по теории магии.
Кстати, в отместку, я проследила за ним поздним вечером. Я узнала, что тёмный колдун делает, когда уединяется в заброшенной оранжерее и спускается в свой тайник. Но это начало совсем другой истории…
— Конец первой части —
