Во власти Скорпиона. Начало - Гриша Громм
— Ну и кто сказал, что я бесполезен? — усмехаюсь и вскрываю хлипкое окно.
Теперь самое интересное…
Надо найти кабинет отца. Сева на последнем издыхании указывает на дверь. Выглядываю в коридор и на носочках пробираюсь в комнату напротив.
Здесь, при свете странного фонарика на кристалле осматриваю стол. Подозрительно просто. Печатка лежит напоказ.
Я снова чувствую то странное покалывание. Магия. Часть её внутри меня, а часть в кольце, и они тянутся навстречу друг другу.
При этом есть ещё одна, чужая сила. Она окружает кольцо невидимым коконом, но стоит протянуть руку — как этот кокон распадается.
Сева оказался прав. Кольцо запечатали каким-то колдунством, но оно не выдержало связи между родовым кольцом и графом. Вот это я понимаю — сила притяжения, это вам не хухры-мухры!
Под печаткой с изображением скорпионьего хвоста замечаю целую груду бумаг. Не рискую сразу брать кольцо. Кто знает, что со мной случиться сразу после этого. Повременим.
Всматриваюсь в буквы — завещание отца Севы.
— Эй, — шепчу. — Щегол, а кому всё достанется, если ты помрёшь?
«Матушке», — тихо отвечает Сева.
— Так, она и есть злодейка, — продолжаю читать, но меня озаряет. — А если и она помрёт? Вот же ж…
— Адвокатскому дому Пересмешниковых, — одновременно с Севой говорю я.
И тут внезапно загорается яркий свет. Он слепит меня, заставляя прикрыть глаза рукой.
— Он здесь! — пискляво верещит какой-то мужик.
В комнату врываются ещё двое, они хватают меня и тянут вниз, на первый этаж.
«Всё пропало, — обречённо вздыхает Сева. — Прощай…»
Ощущаю, как в душе становится пусто. Нет-нет-нет! Стой!
Меня затаскивают в комнату, где за дубовым столом сидит моя матушка, вернее, мачеха и какой-то мужик. То, как он держит её за руку, так и кричит — это её хахаль.
— Дайте угадаю, — смеюсь я. — Господин Пересмешников?
— Мальчик мой, — подрывается мачеха.
— Сидеть! — рявкаю я и скидываю с себя руки тех, кто меня тащил. — Какой я тебе «мальчик»? Я глава этого рода.
— Ты болен, — пищит она, зыркая на меня огромными глазищами. — Слаб. Я не знала, что мне делать…
«Она хорошая», — подаёт голос Сева.
Ага, хорошая. Знаю я таких!
— Я здоров, а ты, что же, решила заграбастать себе всё добро нашего рода? — нависаю над ней, но тут подрывается Пересмешников.
— Да как ты смеешь с ней так разговаривать, щенок! Если бы не Алиса!
Алиса, значится…
— То я бы сейчас сидел за этим столом и спокойно ужинал, а не пробирался в собственный дом, как вор!
— Господин, — эхом раздаётся голос одного из охранников. — Только прикажите, и мы увезём его обратно.
В комнате повисает тишина. Все смотрят на Пересмешникова, а я — на Алису. Пока эти идиоты думают, что сделать со мной, я уже знаю, что сделаю с ними.
И тут начинают бить часы. Вот, чёрт! Полночь. Надо ускориться, а то карета превратится в тыкву, а мне нравится моя новая карета.
Надеваю кольцо, которое успел стащить со стола до того, как меня схватили, и ощущаю, как тело трещит по швам. В прямом смысле этого слова. Боль разрывает, из груди раздаётся ужасающий вопль.
Ну, хоть уйду эпично!
Очередная судорога становится настолько сильной, что меня натурально вышибает из тела! Как в каком-нибудь кино про призраков. Зависаю над полом в паре метров от себя, и вижу всё происходящее со стороны.
И себя со стороны вижу. То есть Севу. Хотя какая разница — у нас же типа одно тело на двоих.
Не так-то всё и плохо, в целом. Ну да, дрищеватый, подкачаться не мешало бы. И патлы эти состричь. Но я в его возрасте примерно таким же был по комплекции. Всё впереди.
Если выживем.
Худое юношеское тело на глазах становится массивнее. Покрывается какими-то синими пластинами, ладони превращаются в клешни… Твою мать, он превращается в гигантского скорпиона!
И как только я это осознаю, меня тянет обратно. Только тут замечаю, что с телом меня связывает тонкая серебристая нить.
Интересно, каково это — быть чудищем? Впрочем, сейчас я это и узнаю.
— П-прикончите его! — заикаясь, визжит Пересмешников.
— Не смейте! — отвечает на это мачеха. Кажись, она всё-таки беспокоится о Севе.
Ну а я бросаюсь на охранников адвоката. Толком не понимаю, как управлять скорпионьим телом, тем более таким огромным. Колочу противников клешнями, сбиваю с ног хвостом или просто тараню, как бычара. А попутно разношу всю комнату.
Схватка быстро заканчивается. А вместе с ней и моё превращение.
Тело скукоживается до уже привычных размеров. С удивлением обнаруживаю, что одежда осталось на мне. Как это возможно? Я уж решил, придётся перед всеми своим хозяйством светить.
Хотя выяснить, что мне там ниже пояса досталось, тоже не помешает. На корнишон я не соглашусь.
Одно слово — магия. Поди, и с этим вопросом, если что, решит.
Голова становится чугунной, а глаза горят. Сквозь кровавую пелену пробивается полнейшая разруха: стол перевёрнут, стулья сломаны, тарелки и кружки мириадами осколков валяются на полу.
— Какого хрена это было? — хриплю я, понимая, что из тела постепенно, толчками уходит ярость и мощь, какой я доселе не ощущал.
Смотрю вниз и в осколках вижу, как моё тело, вернее, тело Севы, постепенно принимает человеческий облик.
— Охренеть… — в полной мере осознаю, что я сейчас был огромным скорпионом.
Так вот какой дар на самом деле дало мне чудище.
«Я твой бог», — раздаётся бас Скорпиона.
«Да как скажешь! Ха-ха-ха! — смеюсь про себя. — Это было круто. Только… Где все? Я что, сожрал их?»
Божество лишь щёлкает клешнями. Затем испаряется, а я вижу, как в углу трясутся охранники, Пересмешников и моя «матушка».
— А нет, живы, — улыбаюсь и подхожу к дубовому столу. — Всё в порядке.
Переворачиваю его и ставлю уцелевший стул рядом:
— Ну, что же, — щёлкаю пальцами, — слуга, есть тут кто-нибудь? Нам бы ментов вызвать. Думается мне, мы найдём массу доказательств, что эта шайка пыталась замочить единственного наследника рода Скорпионовых. Я прав, Алиса?
Она лишь моргает испуганно, а потом до неё словно что-то доходит. Она медленно поворачивается к Пересмешникову и начинает лупить его по лицу. Будто разъярённая кошка оставляет длинные царапины на его щеках.
Похоже, она — лишь пешка в его игре.
